-я учусь на последнем курсе института, - стараюсь слышать его и не тупить, хотя дается тяжело
-надеюсь, у нас еще будет время узнать друг друга поближе. Я буду в Атланте через две недели и хотел бы с тобой еще раз увидеться, - он слегка поджимает губы, сдерживая улыбку, -не будешь против
Говорит прямо в лоб, не увиливая, смотря прямо в глаза… Да как тут отказаться? Тем более все равно одна.. Ах да, он работает, эта способность теперь первая на рассмотрении. Манеры есть.
Так что я теряю?
-я не против, -киваю и глаза неосознанно пробегают по широкой шеи с выраженным кадыком, отмечая по мужски грубые, но привлекательные изгибы. Плавно поднимаю глаза к скулам и неосознанно еще раз облизываю вдруг пересохшие губы.
Этот жест не укрывается от мужчины.
Глава 3
Даниэль
Отец-отец. Вечно сующий свой нос туда, куда не надо. Проблемы у него на фирме видите ли, а я должен подрываться, бросать свои дела и бежать на помощь.
Когда я ему предлагал встать самому во главе фирмы, мне самым неделикатным образом указали, где мое место "У тебя есть куда энергию девать, есть компания, где в тебе нуждаются, а вот когда меня не станет, милости просим в свободное кресло".
Не доверяет, а кучка напыщенных болванов заслужила это место значит. Нервы шалят, а он все в пекло лезет.
Знаю я откуда это недоверие. До двадцати четырех лет я был постояльцем в отделе полиции. Как он выражался, "До старости буду за тобой ходить со слюнявчиком, раз своих мозгов нет, пользуйся моими".
Соглашусь, характер и поведение дрянь полная, но в последнем он ошибся. Видели бы вы его перекошенное от удивления лицо, когда я ему показал диплом об окончании университета. Ха- ха! Я тогда не смеялся, я ржал, просто. Пьяно ржал, почти похрюкивая как свинка, чуть не разбив бутылку джина.
Это был последний вечер, когда мы с ним более-менее общались как отец и сын. После того как он посмотрел диплом, он подошел ко мне в плотную, протянув руку для рукопожатия, выдав мне
-Дан, ты молодец и достоин лучшей похвалы, -резко убирает руку, -но не заслужил моего рукопожатия, потому что ведешь себя как последний идиот, -заорал на меня, брызгая слюной
-как могут в тебе уживаться светлый ум и такие дрянные манеры. Надо думать о будущем, о компании, а у тебя что, -начинает загибать свои пальцы, считая мои косяки, -вереница шлюх, гонки, драки...Ты долго меня будешь позорить, -от таких яростных ноток в голосе я даже глаза отвел в сторону.
Черт! Видимо я его довел.
-в общем так. Окончил учебу, отлично. Собирай шмотки и поезжай к моему брату в Детройт, можете там вместе на пару с ним кутить. А я от тебя и твоих выходок отдохну хоть немного. Как наиграешься и включишь мозги на полную, приедешь обратно, -наконец-то заткнулся, а то, как заезженная пластинка
-ок, а то уже за*бался твою речь высокооктавную слушать, -развернулся на сто восемьдесят и вышел из гостиной, хлопнув дверью.
Он мне не указ, он никто.
В тот вечер, вернувшись через пару часов, собрал свои вещи в спортивную сумку и улетел ближайшим рейсом к дяде. Не буду врать, некоторое время мы действительно с ним кутили так, что вспоминать стыдно было даже мне.
В один из вечеров, когда мы с дядей сидели в баре и в очередной раз пили джин «играя в лесенку», он начал подкидывать мне идеи для развития малого бизнеса. Тот вечер изменил мою жизнь в лучшую сторону, как мне казалось.
Теперь я владелец транспортной компании. За эти годы мы выжили с рынка менее устойчивых. Кто-то сам закрылся, кого-то купили. Команда, которую создал за четыре года, все проверенные ребята и с полной ответственностью подходят к своей работе.
За это время я уже и забыл о нашей ссоре с отцом, но, когда впервые за четыре года он позвонил именно на мой телефон, а не дяди, на меня обрушились вновь воспоминания о его последних словах, о пренебрежительном отношении в последний день перед моим отъездом.
Вспомнил обо мне бл*дь! Задержался немного только, а мне понравилось играть в «обидки».
Он хочет наладить отношения и зовет на банкет. И опять же поставил перед фактом. Сука! Не спросил. А бл*ть поставил. Ничего... потерплю его немного, посмотрю в глаза, в коих нет совести совсем, считай сына почти бомжом сделал. И отказать нельзя, иначе наследства лишусь определенно, тем более уже половина гостей знает, что Томас Кельман с сыном будет.