Лола прошагала мимо череды украшенных искусственными соцветиями входов в ресторанчики и магазинчики, где можно было с легкостью достать как почти аутентичную острую лапшу с почти натуральным острым перцем, процентов примерно на двадцать, так и менее легальные вещи, типа ломанных железок Вангов и Кор, или порцию дымка. Над входами висели самодельные бумажные фонарики как символ удачи. Лола фыркнула, подумав о том, какая же удача лживая мразь. Открыв дверь аптеки Вэя, расположенной в самом сердце Ржавой Биржи, Лола шагнула в пропитанный запахом синтетических специй тёмный зал. лишь несколько огоньков над витриной с муляжами реликтовых блюд освещали крохотное помещение. Лола щёлкнула по звоночку на стойке, каким-то чудом добытому Вэем у перекупов всякой старинной рухляди, и через пару минут лысеющая макушка Вэя показалась над люком в полу за стойкой. Следом за макушкой Лола узрела и переливающийся ядовитыми оттенками всех возможных цветов атласный халат на плечах мужчины.
- А, - протянул он. - Это же моя чуманосная красотуля!
- Ой, завали, Вэй! - Лола шлёпнула на стол контейнер с краденным чипом. По витрине прокатилась дрожь от удара. - Нейроускоритель с новейшей системой охлаждения от Ко́р Биосистемс. С тебя три, нет, четыре дозы чистого Анпассена.
- Ты жадная! - Вэй хихикнул и полез в сейф, укрытый выцветшей картиной с пейзажем давно несуществующих лугов на крошащемся пластике. - Хоть бы раз принесла что-нибудь от Ванг, вот за это я бы дал все десять капсул, а это, - он ткнул в футляр чипа электронной сигаретой, - развалится к чертям после месяца использования.
- Да ладно! Ко́ровские ускорители сейчас больше шестидесяти кусков стоят, а по твоим расценкам я его в три раза дешевле отдаю, - Лола облокотилась на стойку, пытаясь заглянуть в сейф.
Вэй извлёк четыре капсулы с рубиново-красной жидкостью. Три из них он протянул Лоле, четвёртую оставил в руке.
- Четыре, Вэй, - Лола предупреждающе щёлкнула пальцами и крошечные разряды зазмеились между ними в опасной близости от чипа.
- Три, - широкий рот Вэйа растянулся в гадкой ухмылке.
- Тогда пойду предложу чип Кейну или Тёте Лю.
Вэй расхохотался.
- Иди попробуй. Кейн тебя сразу твоему благоверному сдаст, стоит тебе за порог ступить, а Лю, эта карга если и продаст Анпассен, то щедро бодяжный со слезой. С тобой никто связываться не хочет, от тебя много проблем. Бери, пока я предлагаю.
Лолы фыркнула и погасила заряд. Ублюдок Вэй был прав. Она могла ещё пойти к Кристальному Святоше, но тот всегда просил больше, чем она могла дать. Лола швырнула ему чип и выхватила из раскрытой ладони три склянки.
- Подавись, жлоб.
Она устремилась на выход, мимо витрины со вскрытыми пачками от лапши быстрого приготовления, набитыми и пустыми капсулами.
- Кстати, я не проверяла чип на наличие трекеров, - она пнула дверь и вылетела на улицу. - Чтоб тебя ржава заела!
Лола снова спрятала лицо под капюшоном и направилась к выходу из Базара. Даже предрассветный час не разгонял здесь постоянное движение покупателей и торговцев, Лола то и дело сталкивалась плечом то с одним прохожим, то с другим. Одни извинялись, другие слали куда подальше, выдыхая едкий дым ей в лицо. Уже у массивных ворот района дорогу ей перегородил иссушенный стеклом парнишка. Его правая ладонь представляла собой пугающее сплавление его собственных тканей с имплантом, покрытое причудливым узором из био-силикатных кластеров, словно жуткие кораллы, проросшими сквозь мышцы и кожу - проявление стекления, вызванное дефектной сывороткой первого Анпассена.
- Слеза есть? - промямлил он, уцепившись здоровой рукой за куртку Лолы.
Слезой теперь называли смесь первого Анпассена и синтетического наркотика, которому на улицах дали имя Мороз за его свойство притуплять боль.
- Нет. Отвали.
- Мне немного надо.
Лола сглотнула. Отвращение и вина быстро затопили её сознание.
- Нет у меня ничего. Иди к Тёте Лю, она, может, за работёнку тебе чего-нибудь подкинет.
Парень с бульканьем выдохнул и кашлянул, Лола вовремя успела сделать шаг назад, чтобы бедолага не окропил её градом из селикокристаллов и порченной крови из своих легких. Она отдёрнула руку и, протиснувшись мимо скрученного кашлем стекляшки, поспешила к воротам, быстро забралась в машину и с визгом шин сорвалась с места.
Каждый раз, видя стеклянных, она погружалась в бездну самобичевания. Их звали стеклянными за сходство кристаллов, образующихся в процессе мутации тканей вокруг имплантов, со стеклом или хрусталём. Продавая формулу прототипа Анпассена картели "Кровавые тени", она и подумать не могла, к чему приведет её благородное стремление сделать лекарство доступным для всех. Доступным стало стекление или стеклянная чума, как говорили на улицах. Дешевый Анпассен быстро распространился среди бедных слоев населения и поначалу он помогал, останавливал отторжение. Вот только формула оказалась недоработанной - вскоре импланты стали сплавляться с тканями организма. Вместо отторжения происходило слияние, а следом начинался процесс кристаллизации. Рано или поздно кристаллы прорастали вглубь тканей и наружу, причиняя невыносимую боль, потерю возможности двигаться и в конечном счёте мучительную смерть.