- Понимаю, я стараюсь выполнять свою работу хорошо, - сказала я и покинула кабинет. Одной проблемой меньше. Останется закрыть отчеты и подвести итоги.
А пока я вернулась на место секретаря, проверила всю входящую корреспонденцию, и на удивление, её почти не было, проверила некоторые задачи босса, подготовила документы и договора, обзвонила начальников. Пока не найдем замену, буду стараться не оставлять завал.
Время на работе летело быстрее света, не удивительно, ведь работа действительно приносила мне удовольствие.
Вечером, вернувшись домой, я застала Никиту за составлением отчета. Мой муж такой трудоголик, даже дома работа не отставляет его в покое. Он отложил ноутбук, улыбнувшись:
- Как твой «любимый» заказчик? Не заставил прыгать через горящие обручи?
- Не ерничай. Он вообще ваш друг, а не мой, Ник. Он… сложный. Но проект движется, и очень хорошо, - я села рядом. - А ты? Когда уже закончишь с этими отчётами?
Он обнял меня, его пальцы нежно коснулись шрама на скуле:
- Через пол часа. Думал, сходим в ту японскую пекарню? Ты же любишь их моти.
- В восемь вечера, хотелось бы, конечно, но… - я прижала его ладонь к своему животу. - Может, пора подумать о другом десерте? Например, о шоколадном торте на крестины?
Он замер, глаза расширились:
- Ты… это значит…
- Ещё нет. Но я готова перестать пить таблетки. Если ты…
Он прервал меня поцелуем, в котором смешались радость и тревога.
- Ну какой же теперь отчёт, когда сегодня столько дел, - мужчина деловито начал откладывать документы.
Мы оба засмеялись, и плавно перекочевали в нашу спальню.
- Приму душ, а ты пока не шали без меня, - я не очень романтично скинула с себя одежду и направилась в ванную комнату.
Стояла под струями воды, закрыв глаза. Горячие потоки стекали по спине, смывая пыль и тревоги долгого дня. За ширмой из матового стекла слышался шелест штор - Никита вошёл в ванную.
- Ты как всегда идеальна, - его голос прозвучал прямо у уха. Тёплые руки обхватили мою талию, а губы коснулись мокрого плеча. Я обернулась, встречая его взгляд в зеркале. Капли воды рисовали узоры на его груди, подчёркивая рельеф мышц.
- Ты подглядываешь, - я прижалась спиной к его телу, наблюдая, как его пальцы скользят по моим бёдрам.
- Нет, - он приподнял мои волосы, целуя в шею. - Я восхищаюсь.
Зеркало запотевало, но я видела главное - как его глаза темнеют, когда он проводит языком по моей шее. Как его руки, сильные и нежные, будто заново открывают каждую линию моего тела.
- Помнишь наш первый раз? - он прошептал, поворачивая меня к себе. - Ты дрожала, как осиновый листок.
- Помню, такое сложно забыть, - я укусила его нижнюю губу, чувствуя, как его дыхание сбивается.
Вода лилась на нас, смешиваясь со стонами. Он приподнял меня, прижав к холодному кафелю. Зеркало теперь отражало всё: как его пальцы впиваются в мои бёдра, как моя голова запрокидывается назад, если это вообще возможно, прижимаясь так близко, как наши тела движутся в едином ритме.
- Я хочу… - он прервался, переводя меня на колени. - Видеть тебя. Всю.
Я опустилась на плитку, не отрывая глаз от его отражения. Его руки в моих волосах, его имя на моих губах, солёный вкус любви - всё смешалось с водой и паром.
Мы сидели на полу душевой, всё ещё тяжело дыша. Его пальцы переплелись с моими.
- Когда ты говорила о ребёнке… - он повернулся, прикасаясь лбом к моему. - Я представил, как она будет похожа на тебя. Твои ямочки, твой смех. Я провела рукой по его щеке:
- А я хотела бы, чтобы у неё были твои кристально чистые и безумно красивые глаза.
Он рассмеялся, подхватив меня на руки. Вода снова включилась, смывая следы страсти, но не чувств. Мы оба были распалены вновь, поэтому вся страсть теперь перенеслась в спальню.
Никита бережно опустил меня на кровать. Простыни пахли лавандой - он знал, как я люблю этот запах после тяжелых дней. Его пальцы, ещё влажные от душа, провели по моей щеке, оставляя за собой дорожку из мурашек.
- Ты дрожишь, - прошептал он, накрывая меня своим телом, как живым одеялом. - Холодно?
Я покачала головой, впитывая тепло его кожи. Его сердце билось ровно, как метроном, задавая ритм нашему молчанию. Я провела рукой по его спине, ощущая шрамы - карту наших сражений. Каждый - история, которую мы больше не прячем.