Глава 45. Тотальная война.
Ночь была бессонной. Артур не ложился. Он превратил свой пентхаус в настоящий военный штаб. К нему один за другим приезжали люди — хмурые, молчаливые мужчины в дорогих, но неброских костюмах. Это была его «теневая армия» — лучшие юристы по корпоративным конфликтам, специалисты по финансовой разведке, бывшие сотрудники спецслужб. Его команда для самых грязных и самых сложных операций.
Кира сидела в углу на диване, завернувшись в плед, и наблюдала за ним. Она видела другого Артура. Не начальника. Не любовника. Она видела «Демона» во всей его пугающей, смертоносной красе. Он был похож на гениального полководца, склонившегося над картой военных действий. Он говорил мало, отдавая короткие, точные, безжалостные приказы. Его лицо было как маска из стали. В нем не осталось ничего человеческого. Только холодный, математический расчет и ледяная ярость.
Он не обращал на нее внимания, полностью поглощенный своей новой войной. Но она знала, что все это он делает ради нее. Ради защиты ее и ее семьи. И это осознание наполняло ее одновременно и ужасом, и странной, мрачной гордостью. Она была причиной этой войны.
К утру на столах, на полу, на стенах — повсюду были разложены схемы, графики, распечатки. Это была анатомия империи Власова-старшего. Анатомия его власти, построенной на сделках, граничащих с законом, на тайных договоренностях, на политическом шантаже. Артур и его команда вскрывали этот организм, как патологоанатомы, ища его уязвимые точки, его ахиллесову пяту.
— Вот оно, — сказал один из аналитиков, невысокий человек в очках по имени Олег, указывая на сложную схему офшорных компаний. — «Greenstone Investments». Кипр. Формально — независимый инвестиционный фонд. По факту — «черная касса» Власова-старшего. Через нее проходят все его неучтенные доходы.
— Доказательства? — коротко спросил Артур, не отрывая взгляда от схемы.
— Косвенные, но их много. Цепочка транзакций ведет к проектам, которые он лично лоббировал. А номинальный директор фонда — его бывший помощник, который исчез пять лет назад. Мы можем это раскопать. Но это займет время. Недели, может, месяцы.
— У нас нет месяцев, — отрезал Артур. — Нам нужен удар сейчас. Быстрый и смертельный. Что еще?
Они работали весь день. Кира смотрела на них, и ее мир переворачивался. Она, которая привыкла работать с чистыми, легальными данными, видела, как вершится правосудие другого, теневого мира. Мира, где информация — это оружие, а компромат — валюта.
Она чувствовала себя чужой на этом празднике тьмы. Она была аналитиком, а не шпионом. Но она не могла просто сидеть сложа руки.
Она подошла к столу.
— Дайте мне посмотреть, — тихо сказала она.
Олег, аналитик, с сомнением посмотрел на нее, потом на Артура. Артур молча кивнул.
Кира села за компьютер. Она открыла схему «Greenstone Investments». Она смотрела на нее не как шпион, а как аналитик. Она искала не грязь. Она искала аномалии. Нестыковки. Странности в потоках данных.
Через два часа непрерывной работы, когда все уже выбились из сил, она вдруг замерла.
— Артур, подойди.
Он подошел, и вся команда сгрудилась за ее спиной.
— Смотри, — она указала на одну из транзакций. — Вот регулярные, крупные переводы из «Greenstone» на счет одной британской компании. «Oakfield Development».
— Это строительная компания, — сказал Олег. — Мы ее проверяли. Чистая. Занимается элитной недвижимостью в Лондоне. Скорее всего, просто одна из легальных инвестиций Власова.
— Нет, — покачала головой Кира. — Смотри на даты. Переводы идут раз в квартал, всегда в один и тот же день, и сумма всегда одна и та же, с точностью до цента. Это не похоже на инвестиции в строительство. Это похоже на регулярный платеж. Как абонентская плата. Или выплата по обязательствам.
Она открыла еще один файл.
— А вот отчетность самой «Oakfield Development». Они строят элитный жилой комплекс в Найтсбридже. Проект почти завершен. Но если посмотреть на список будущих владельцев квартир.
Она вывела на экран список. В нем были арабские шейхи, русские олигархи, китайские бизнесмены. И одно имя, которое заставило всех замолчать.
Сэр Родерик Грэм, член Палаты лордов, глава парламентского комитета по международным делам.
— Это не может быть — прошептал Олег.
— Может, — голос Киры был холодным и четким. — Сэр Родерик Грэм — один из главных лоббистов снятия санкций с ряда российских компаний. Включая одну из ключевых структур Власова-старшего. Официально он покупает пентхаус в Найтсбридже. А неофициально похоже, кто-то оплачивает эту покупку за него. Через подставную кипрскую компанию.
В комнате повисла оглушительная тишина.
Это была не просто грязь. Это была бомба. Атомная бомба. Подкуп члена британского парламента. Международный коррупционный скандал высочайшего уровня. Если это вскроется, это уничтожит не просто Власова-старшего. Это вызовет дипломатический кризис.
Артур смотрел на схему, и его лицо было абсолютно непроницаемым.
— Доказательства стопроцентные? — спросил он.
— Пока нет, — ответила Кира. — Но это след. И он очень горячий. Если копнуть по цепочке «Greenstone» — «Oakfield» — сэр Родерик, можно найти прямую связь. Нужны инсайдеры в британских банках и регистрационной палате.
Артур повернулся к своей команде.
— Вы слышали. Мне нужна эта связь. К утру. Я заплачу любые деньги.
Люди молча разошлись, снова погружаясь в работу.
Артур остался стоять рядом с Кирой.
— Ты понимаешь, что ты нашла? — тихо спросил он.
— Да, — так же тихо ответила она. — Я нашла оружие, которым можно убить твоего отца.
— Не только его, — сказал Артур, глядя в темноту за окном. — Этим можно разрушить все. Его империю. Его имя. Его жизнь.
Он помолчал.
— Он сам выбрал это оружие, когда решил тронуть тебя, — сказал он наконец.
Кира смотрела на его отражение в темном стекле. Она видела перед собой не мстителя. Она видела сына, который был вынужден убить своего отца, чтобы защитить то единственное, что стало ему по-настояшему дорого.
Она подошла к нему и обняла его со спины, прижавшись щекой к его напряженной спине.
— Я с тобой, — прошептала она. — До конца.