— Найдите ее, — голос Артура, когда он говорил по защищенной линии со своей службой безопасности, был тихим, но от этого еще более страшным. — Мне не нужно ее трогать. Мне нужно знать. Каждый ее шаг, каждый звонок, каждый контакт. Я хочу знать, чем она дышит. И кто дышит рядом с ней. Особенно меня интересуют ее контакты со Смирновым и Зайцевым.
Он был готов снова бросить в бой свою «теневую армию». Окружить ее сетью тотальной слежки, запереть в невидимой клетке.
— Подожди, — остановила его Кира, когда он закончил разговор. — Не надо.
Он удивленно посмотрел на нее.
— Что значит «не надо»? Она объявила нам войну. Она пытается тебя уничтожить. Я должен ее остановить.
— Именно. Она объявила нам войну. И она ждет, что ты ответишь именно так. Что ты бросишь на нее своих ищеек, начнешь копать под нее. Она — гениальный аналитик, Артур. Она на три шага впереди. Она наверняка уже замела все следы. Прямая атака, тотальная слежка — это именно та игра, которую она нам навязывает. Она хочет, чтобы мы гонялись за ее тенью, пока она будет готовить настоящий удар.
Артур смотрел на нее, и в его глазах боролись ярость и разум.
— И что ты предлагаешь? Сидеть и ждать, когда она нанесет этот удар?
— Нет, — покачала головой Кира. — Я предлагаю думать, как она. Чтобы поймать такого врага, нужно понять его логику. Чего она хочет на самом деле?
— Мести. Уничтожить меня.
— Не тебя. Не твой бизнес. Это слишком просто для нее. Она хочет уничтожить твой мир. Отнять то, что тебе дороже всего. Раньше это была твоя карьера, твоя репутация. А сейчас? — Кира посмотрела ему прямо в глаза. — Сейчас это я. И Алеша.
Артур побледнел. Он понял.
— Ее главная цель — не ты. Ее главная цель — я, — продолжила Кира своим ровным, аналитическим голосом, от которого у нее самой по спине бежали мурашки. — Уничтожив меня, она уничтожит тебя. Не физически. Психологически. Она докажет сама себе и всему миру, что ты действительно разрушаешь всех, кто к тебе приближается. Что ты приносишь только боль. Это будет ее идеальная, извращенная победа.
— Я никогда не позволю ей тебя тронуть, — прорычал он. — Я запру тебя в этом пентхаусе, приставлю к тебе охрану. Она до тебя не доберется.
— И тогда мы проиграем, — спокойно возразила она. — Мы будем жить в золотой клетке, ожидая удара. А она будет дергать за ниточки, наслаждаясь нашим страхом. Нет. Мы не будем защищаться. Мы нападем первыми. Но сделаем это по ее правилам.
— Как? — он все еще не понимал.
— Мы подставим ей наживку. Такую, которую она не сможет не заглотнуть.
— Какую еще наживку? Кира, это не игра!
— Это именно игра. Страшная, смертельная, но игра. И мы должны сделать свой ход. Вспомни, с чего все началось. С ее приспешников, которые копали под мою семью. Они не нашли ничего тогда. Но они обозначили вектор атаки. Антон знает о моих родителях. Он знает, что это моя единственная уязвимость. И Инга обязательно этим воспользуется.
— И что ты предлагаешь? — в голосе Артура звучала плохо скрываемая тревога.
— Я поеду к ним. В свой родной город. Одна.
— Исключено! — отрезал он.
— Артур, выслушай, — она взяла его за руки. — Я поеду к родителям. Якобы для того, чтобы их предупредить, защитить. Я буду выглядеть напуганной, загнанной в угол. Я покину твою крепость и окажусь на открытой, уязвимой территории. Для нее это будет идеальный шанс. Шанс нанести удар, который она так долго готовила. Она отправит туда Антона или кого-то еще. Чтобы надавить, припугнуть, попытаться найти на моих родителей хоть какой-то компромат. Она будет уверена, что я одна, что ты далеко.
— Но ты не будешь одна, — начал догадываться он.
— Нет, — подтвердила она. — Твои люди будут там. Но не для того, чтобы меня охранять. А для того, чтобы ждать. Ждать, когда хищник выйдет из тени и попадет в ловушку. Мы не будем гоняться за ней. Мы заставим ее саму прийти к нам.
Он молча смотрел на нее, и в его взгляде восхищение боролось со страхом. Она была безумна. И она была гениальна. Она предлагала ему поставить на кон самое дорогое, что у него было, — ее саму.
— Это слишком опасно, Кира, — прошептал он. — Я не могу тобой рисковать.
— Опаснее — сидеть и ждать, когда она ударит по Алеше. Или по кому-то еще. Артур, мы должны закончить это. Раз и навсегда. И это — единственный способ. Ты мне доверяешь?
Он смотрел в ее смелые, решительные глаза. Она больше не была его подчиненной, которую нужно было защищать. Она была его партнером. Равным.
— Да, — выдохнул он. — Доверяю. Больше, чем самому себе.
На следующий день Кира взяла на работе отпуск по семейным обстоятельствам. Она собрала небольшую сумку и поехала на вокзал. Одна. Она села в обычную электричку, которая везла ее в детство, в ее тихий, провинциальный мир. Но она знала, что этот мир вот-вот превратится в поле боя.
Она сидела у окна и смотрела на проносящиеся мимо пейзажи. Она чувствовала себя наживкой, брошенной в мутную воду в ожидании укуса хищника. Ей было страшно. Но вместе со страхом она чувствовала и странный, ледяной азарт.