Но что-то ее останавливало. Образ той, другой Киры — сильной, независимой, которая смогла сказать «нет» самому Артуру Власову. И она понимала, что если вернется сейчас, то предаст не только свои мечты, но и ту новую себя, которая с таким трудом рождалась в ней.
Она запретила себе думать о нем. Она удалила его номер. Она заблокировала все новостные сайты, связанные с «Глобал-Инвест». Она устроила себе информационный детокс.
И она начала жить. Сначала — просто жить. Гулять по осенним паркам. Читать книги, которые давно откладывала. Ходить в кино в одиночестве. Она заново училась быть наедине с собой, слушать свои желания, не оглядываясь на кого-то другого.
Она позвонила Свете. Подруга, услышав, что Кира ушла от «Демона», сначала была в шоке, а потом примчалась к ней с бутылкой вина и ведром мороженого.
— Ты сумасшедшая! — говорила она, обнимая Киру. — Уйти от такого мужчины! Миллионы женщин мечтают о таком!
— Я не хочу быть мечтой миллионов, — отвечала Кира. — Я хочу быть собой.
Разговоры со Светой, ее поддержка, ее простой, приземленный взгляд на жизнь очень помогли.
А потом Кира начала действовать.
Она вспомнила свою детскую мечту об археологии. Она записалась на подготовительные курсы при МГУ, чтобы через год попробовать поступить на исторический факультет. Она ходила на лекции вместе с восемнадцатилетними абитуриентами, чувствовала себя динозавром, но впервые за долгое время ощущала настоящий, неподдельный интерес. Она снова была студенткой, жадно впитывающей знания, а не винтиком в огромной корпоративной машине.
Но ее аналитический ум, ее опыт, ее гениальная способность видеть скрытые связи, не давали ей покоя. Она не могла просто сидеть на лекциях.
И тогда она сделала следующий шаг. Она зарегистрировала свою собственную маленькую компанию. ООО «Визуализатор Потоков». Название было немного пафосным, но оно отражало суть. Она решила, что будет заниматься тем, что умеет лучше всего — анализом данных. Но не для корпоративных монстров. А для тех, кому это действительно нужно.
Ее первым клиентом стал маленький благотворительный фонд, который помогал бездомным животным. У них был крошечный бюджет, и они не понимали, как его эффективнее распределить. Кира провела для них несколько дней, анализируя их потоки пожертвований, расходы, эффективность разных каналов привлечения средств. Она сделала это почти бесплатно, за символическую плату.
Она построила для них простую, наглядную схему, которая показывала, где они теряют деньги, а где, наоборот, могут получить больше. Директор фонда, пожилая, энергичная женщина, смотрела на ее графики с благоговением.
— Девочка, да вы волшебница! — сказала она. — Мы годами не могли понять, почему у нас вечно не хватает денег!
Через неделю этот фонд порекомендовал ее другому, который занимался помощью старикам. Потом — третьему. «Сарафанное радио» в мире некоммерческих организаций заработало. К ней начали обращаться. Она помогала им оптимизировать бюджеты, находить неэффективные траты, выстраивать стратегии фандрайзинга.
Ее работа была не такой масштабной, как в «Глобал-Инвест». Она не ворочала миллиардами. Но она видела реальный, ощутимый результат. Она видела, как благодаря ее схемам и графикам у фонда появлялись деньги на лекарства для стариков или на корм для собак в приюте. И это приносило ей такое удовлетворение, какого она никогда не испытывала, закрывая многомиллионные сделки. Она не просто зарабатывала деньги. Она меняла мир. Маленький кусочек мира, но к лучшему.
Она была счастлива. По-настояшему. Не пьянящим, адреналиновым счастьем победителя. А тихим, глубоким, осмысленным счастьем человека, который нашел свое место. Свое, а не чужое.
Она почти перестала думать об Артуре. Боль притупилась, оставив после себя лишь светлую грусть. Она желала ему счастья. Она надеялась, что он тоже счастлив в своем мире, в своей стихии.
Однажды, проходя мимо газетного киоска, ее взгляд случайно зацепился за обложку журнала «Forbes». С обложки на нее смотрел он. Артур Власов. В безупречном костюме, с холодной, уверенной улыбкой. Заголовок гласил: «Человек года в российском бизнесе. Как новый глава „Глобал-Инвест“ меняет правила игры».
Новый глава. Он все-таки сделал это. Он достиг вершины.
Кира улыбнулась. Она была рада за него. И она была рада за себя. Потому что, глядя на его фотографию, она не почувствовала ни укола ревности, ни боли, ни сожаления. Только легкую, светлую ностальгию.