Пошли мы с ним по бульвару. Винтик вздумал вдруг по лужам землей кидать.
— Давай, кидай! — говорит. — У кого выше вода подымется?
Взял он комок глины, смял его и — бац в самую середку большой лужи.
— Батарея, к бою! — кричит. — Огонь!
Во все стороны полетела желтая грязная вода. И много брызг попало на пальто старухи, которая сидела тут же, на скамейке. Сначала мы ее не заметили — маленькая такая, в пуховом платке, в черном пальто. Но тут, когда Винтик ее забрызгал, она встала, отряхнулась и сказала:
— Ты бы, голубчик, поаккуратнее. Целишь по лужам, а попадаешь в человека!
Винтик еще с утра был сердитый, а теперь он совсем обозлился, покраснел и так скривил рот, что даже смотреть на него стало неприятно.
— А что вы тут сидите? — говорит он. — Вы же видите, это моя батарея? Идите себе на другую скамейку.
И — бац! — опять грязью в лужу. Брызги — фонтаном вверх: и на меня и на старуху. Я начал дергать Винтика за рукав, знаки ему подаю: «Уйдем отсюда, нехорошо!» А он уже занесся, ничего не слушает.
А эта бабушка вытерлась чистым носовым платком и спокойно так говорит:
— Ай да молодец! Должно быть, радуешь ты свою мамашу. Интересно, что за человек получится из тебя?
Винтик губу выпятил, засмеялся:
— Не беспокойтесь! Может и герой получится: я это давно уже задумал.
Старуха посмотрела на него:
— Нет, мальчик, не выйдет из тебя героя. Не такие они…
— А вы откуда знаете, какие герои бывают? Вы же их никогда не видели? — с насмешкой сказал Винтик.
Старуха хотела ему что-то ответить, но тут ее окликнул военный. Подошел он сзади, и мы его увидали, когда он очутился уже у самой скамейки. Смотрим — капитан, молодой, веселый, на груди блестит звезда Героя. И вот этот капитан улыбнулся, вытянулся перед старушкой и давай ей рапортовать по-военному:
— Разрешите доложить вам, товарищ мама: гвардии капитан Новиков с задания явился в четырнадцать ноль-ноль. Согласно вашему приказанию задание выполнено: хлеб куплен, валенки отданы в починку, письма отправлены…
Он засмеялся, козырнул старушке и вдруг ахнул:
— Мама! Это кто же вам так пальто измазал? Смотрите, у вас весь подол мокрый!
— Никто меня не измазал, Коля, — сказала старушка, — это я сама оступилась и попала в воду.
Я чувствовал, что в это время она смотрит на Винтика. Но мы оба не подымали глаз. Капитан взял мать под руку и, осторожно обходя лужи, повел ее по бульвару.
Мы стояли и молчали. Винтик отвернул от меня лицо, но я видел, что оно у него совсем несчастное.
— Ладно, — сказал я, — идем домой.
И он вдруг ужасно заторопился.
— Да-да, идем скорее! — сказал он.
Я рассказал Соне историю с Винтиком, и она говорит, что это на него очень хорошо повлияет. Теперь мы с Соней обо всем говорим. Она открыла мне свою мечту: Соня хочет быть поэтом. Дело в том, что она давно уже пишет поэмы и стихотворения. Соня давала мне читать много своих стихов — это прямо замечательные стихи, и я сказал, что она обязательно будет знаменитым поэтом.
Мне ее стихи так понравились, что я даже некоторые списал. Вот стих под заглавием «Укротитель»:
Я этот стих запомнил наизусть и сегодня в школе сказал его Паше Воронову. И ему понравилось. Тогда я решился:
— Этот стих написала та девочка с авоськой, которая звала меня, когда мы вместе шли по улице. Помнишь?
— Помню, — ответил Паша. — Только ведь ты тогда говорил, что не знаешь ее. Врал, значит?
— Врал, — сказал я. — Я думал, вы дразниться будете. Эта девочка — циркачка, и мы с ней дружим.
И когда я так сказал, мне сразу стало весело.
А Паша сказал:
— Ты попроси у нее пропуск в цирк и возьми меня с собой.
Я пообещал ему. Соня давно хотела, чтобы я пошел посмотреть, как она выступает.
Выписываю еще один ее стих, который мне тоже очень нравится: