— Он был нежным и мягким.
— Что еще можно желать? — заметила мать. — Береги свою удачу, Ума. Каждый день благодари за то, что получила.
Месяцем позже, в поезде, администратор внезапно спросил, помнит ли она название мелодии, которую он напевал той ночью. Оно выветрилось у Умы из головы. Они ехали по суровым равнинам Западной Раджпутаны, и Ума была зачарована ландшафтом.
— Не помню, — призналась Ума.
Он резко отвернулся, лицо вытянулось от разочарования. Ума почувствовала, как ее тело медленно сковывает смятение. Она знала, что будут и другие подобные вещи, мелкие разочарования, следующие сплошной чередой и превращающиеся в длинную свинцовую цепь.
Голос Раджкумара вернул ее в настоящее.
— Вы мне поможете, мадам? Вы единственный человек, через которого я сейчас могу обратиться к Долли. Больше мне не к кому пойти.
Она попыталась нарисовать Долли глазами мужчины, который сидит рядом, практически незнакомца. Внезапно Ума почувствовала, что ее сердце переполняет нежность и любовь. Чья она, эта любовь? Его или ее собственная? Или, может быть, их обоих одновременно? Что она будет делать, если Долли уедет? Долли наполнила ее жизнь ярким светом, хотя, по правде говоря, всё должно было оказаться наоборот, потому что это Долли была пленницей, а она, миссис Ума Дей — счастливицей, о которой все говорят: "Что еще можно желать?". Но теперь, задумавшись о том, каково ей будет в Ратнагири без Долли, Ума почувствовала, как слезы застилают глаза. Она оперлась о край земляной скамьи, чтобы успокоиться, и ее рука коснулась руки Раджкумара.
— Мадам? Миссис Дей? — он озадаченно уставился на нее. — Миссис Дей, с вами всё в порядке?
— Да, да, — она отдернула руку. — Просто немного голова закружилась. Не знаю, в чем причина.
— Может быть, вернемся обратно?
— Да, — она поднялась на ноги. — Мистер Раха, вы так мне и не сказали. Чего вы от меня ожидаете?
— Возможно, вы поговорите с ней.
— Вы сами должны с ней поговорить, мистер Раха. Когда действуют посредники, ничего хорошего не выйдет.
Он пристально на нее посмотрел, а потом, застав врасплох, сказал:
— Администратор — прекрасный человек, миссис Дей, очень достойный. Люди вроде него стоят многих…
— Да, разумеется, — прервала его Ума. — Да. Идемте, вернемся в дом.
Айя проводила Долли в гостиную и показала на открытую дверь в сад.
— Мадам вышла в сад, всего несколько минут назад.
Долли кивнула: конечно, в это время дня Уму обычно можно было найти под фикусом. Долли поспешила по лужайке мимо приветствующего ее садовника, к калитке. Открывая щеколду, она услышала голоса. Долли не успела повернуть назад, как перед ней появились Ума с Раджкумаром, внезапно вышедшие из-под корявой бороды воздушных корней фикуса. Все трое уставились друг на друга.
Ума заговорила первой.
— Мистер Раха, — тихо сказала она, — надеюсь, вы поймете правильно, если я попрошу вас на минутку нас оставить? Мне хотелось бы поговорить с Долли, всего несколько слов. Может, вы подождете нас здесь, у калитки?
— Конечно.
Ума взяла Долли под руку.
— Идем, давай ненадолго присядем под деревом.
Пробираясь через лабиринт корней под фикусом, Долли прошептала:
— Что он здесь делает, Ума? Чего он хочет?
— Поговорить. О тебе.
— Что он сказал?
— Думаю, он пытался сказать, что любит тебя, — Ума села под деревом и притянула туда Долли.
— Ох, Ума, — Долли закрыла лицо руками. — Вчера вечером в саду он сказал мне так много всего. Это было так странно, так меня расстроило. Я не могла заснуть, думала о доме, о Мандалае, дворце, стенах из стекла.
— Он сказал, что ты его не помнишь.
— Я так думала.
— Так ты помнишь?
— Не уверена, Ума. Я помню кого-то, мальчика, очень темного, помню, как он дал мне небольшой сверток с едой, помню, как Эвелин велела его взять. Но всё так нечетко. Это было слишком давно, и каждый раз, когда я об этом вспоминаю, то пугаюсь.
— Думаю, он и правда тебя любит, Долли.
— Он любит свои воспоминания. Это не я.
— А что насчет тебя, Долли? Что чувствуешь ты?
— Я напугана, Ума. В прошлом я совершила такие ужасные ошибки. Я обещала себе, что больше никогда такого не повторю.
— Какие ошибки?
— Я никогда тебе об этом не рассказывала, Ума, но много лет назад я решила, что влюбилась в Моханбхая, нашего кучера. Потом это обнаружила принцесса. Она нам угрожала. Думаю, она и сама уже была в него влюблена.