Всего этого мне уже достаточно, чтобы привязаться к человеку, но я ещё даже не начинал думать о привлекающих меня и внешних данных. Её звонкий смех, тонкая фигурка, лёгкость и плавность движений, небесного цвета глаза и их всегда трепетный взгляд, её шоколадного цвета волосы, волнами спадающие на плечи и спину, а также тонкие губы в изящном изгибе — всё это бесспорно притягивает меня.
Неужели этого мало, чтобы полюбить? Думаю, нет.
Погружённый в такие мысли, я совершенно потерял счёт времени. Ариана стояла опустив голову мне на плечо и иногда ёжилась от набегающего ветра. Но холод, казалось, совсем не отвлекал её от любования картиной. В один момент она неожиданно вскинула голову и, посмотрев вверх, спросила:
— Мне кажется, или небо стало светлее?
Я тоже поднял глаза вверх и, увидев исчезающие Звёзды, проговорил:
— Светает.
Ариана перевела взгляд на меня.
— Ты говорил, это восточная сторона?
Я кивнул.
— Так значит, я увижу, как встаёт солнце? — Она восхищённо посмотрела вдаль.
— Всё увидишь, — в подтверждение проговорил я.
Грэйерша в предвкушении нового чуда сделала глубокий вдох и, словно затаив дыхание, прижалась ближе ко мне.
Небо плавно светлело, растворяя огонёк за огоньком. Океан из чёрного цвета постепенно стал окрашиваться в тёмно-синий и уже давно перестал отражать свет бесследно потерявшейся луны. Совсем скоро он начнёт сиять голубизной под восстающим из его глубин солнцем.
— Сколько мы тут уже стоим? — неожиданно спросила Ариана.
Я посмотрел время на соте и сказал:
— Почти три часа.
— Ого, — удивилась она. — А я-то думаю, чего светает посреди ночи. Уже и не ночь вовсе, получается. И куда время так летит?
— Оно всегда летит, когда не нужно, — проконстатировал я факт.
Мы снова ненадолго замолчали, но, как только на горизонте забрезжила тоненькая полоска янтарного света, я спросил:
— Что ты видишь?
Ариана подняла голову и кинула на меня улыбчивый взгляд.
— Давай, опиши. Хочу слышать твои мысли, — добавил я.
Она опустила голову обратно и начала говорить:
— Вижу проплывающий мимо океан… Он тёмно-синий, но там, на горизонте, словно воспламеняется, и разгорается всё сильнее с каждой секундой. А огонь его касается неба, и оно, накаляясь, светлеет на глазах.
— А что чувствуешь? — спросил я, заворожённо дослушав её слова.
— Всё, — незамедлительно ответила Ариана. — Чувствую тепло этого света и его ослепляющий эффект на глазах. А ещё… чувствую твою руку на своём плече, и она греет намного сильнее.
Невольная улыбка засияла на моём лице, и я опустил взгляд вниз, где волны, пенясь, беспрестанно продолжали биться о нижние стёкла города.
— Ты, кстати, так и не сказала, прощаешь меня или нет, — проговорил я, вспомнив, предшествующий поцелую разговор.
Она кивнула, затем проговорила:
— Можешь почаще просить прощения.
Я усмехнулся и после недолгого молчания поинтересовался:
— Для тебя это было впервые?
Ариана немного подумала и сказала:
— Не желаю вспоминать своё скучное прошлое в такой прекрасный момент.
— Этот момент совсем скоро тоже станет твоим прошлым, — зачем-то разочаровал я её.
— Хочу, чтобы он всегда оставался в настоящем и покорно ждал меня в будущем.