По другую сторону тяжелой дубовой двери пахло так, что Селена поморщилась и даже хотела зажать нос. Стенные факелы освещали просторное помещение, где в клетках и на привязи обитало множество собак самых разнообразных пород.
Здесь были псы-гиганты, ростом ей по пояс. Этих держали в клетках. На цепях, прикрепленных к деревянным шестам, бегали взад-вперед длинноногие поджарые собаки. Все породы были по-своему красивы, однако искреннее восхищение у Селены вызвали гончие с изящно изогнутыми телами и такими же изящными ногами. В этих собаках сочетались красота, благородство и необыкновенная скорость. Их поведение тоже разительно отличалось от остального собачьего племени. Гончие не лаяли, не скулили и не выли. Они сидели тихо и только провожали Селену своими темными мудрыми глазами.
— И это все — охотничьи собаки? — спросила она.
Ответа не было. Принцесса успела уйти вперед и теперь с кем-то разговаривала. Второй голос тоже был очень знаком Селене. Пройдя еще несколько шагов, она увидела слева от себя нечто вроде загона с полуоткрытыми воротами. В них стоял улыбающийся Дорин. Нехемия уже находилась внутри, расположившись за изящным столиком.
— Приветствую вас, госпожа Лилиана, — церемонно произнес Дорин, опуская на пол забавного мохнатого щенка с золотисто-бурой шерстью. — Не ожидал увидеть вас здесь. Впрочем, учитывая пылкую страсть Нехемии к охоте, я не удивляюсь, что она привела сюда и вас.
На людях принц всегда держался с Селеной официально. Сначала это ее раздражало, но потом она привыкла.
— Так это и есть дворняжки? — спросила Селена, кивая в сторону четырех щенков.
Дорин поднял на руки другого щенка, погладил его по вытянутой голове и вздохнул:
— Увы, это они. Я просто ошеломлен, хотя отдаю должное их очарованию.
Щенята, почувствовав, что разговор идет о них, завизжали от радости, а двое даже прыгнули к Нехемии на колени. Селена вошла. Принц закрыл ворота.
— А почему тот щенок скучает в углу? — спросила Нехемия, указывая на пятого щенка. — Он больной?
Пятый щенок был чуть крупнее остальных и отличался от них серебристой с золотыми прожилками шерстью. Он тоже понял, что говорят о нем, и внимательно посмотрел на людей. Селена, не разбиравшаяся в собаках, подумала, что пятому повезло и он родился чистопородным.
— Нет, щенок вполне здоров, — ответил Дорин. — Просто он находится в дурном расположении духа и не желает общаться ни с людьми, ни со своими собратьями.
— Наверное, не без причины, — сказала Селена, направляясь к грустному щенку. — А почему он должен тявкать и вилять хвостом, если ему не хочется? Только потому, что вы принц?
— Я не только принц, а перво-наперво — человек, — учтиво улыбнулся Дорин. — Собаки ценны своим умением ладить с людьми и подчиняться им. Если щенок не откликается на дружелюбное отношение к нему, из него вырастает пес с непредсказуемым характером. А непредсказуемые собаки бывают очень опасны. Чтобы избежать ненужного риска, таких щенят обычно убивают.
Все это было сказано легко, с улыбкой, однако Селене стало не по себе.
— Убивают? Вы и этого убьете? Но почему? Чем он успел вас обидеть?
— Собаки ценятся тем, что они друзья и слуги людей, — повторил принц.
— Значит, вы готовы убить этого беднягу только из-за его характера? Но это жестоко. Может, он скучает без матери. Кстати, где его мать?
— Смею предположить, госпожа Лилиана, что у вас никогда не было собак. Возможно, вас удивит, что собачьи матери не дрожат над своим потомством, как человеческие. Мамаша этих щенят прибегает, только чтобы их покормить да иногда поиграть. И потом, я выращиваю собак для бегов и охоты, а изнеженные комнатные собачонки мне не нужны.
— А мне думается, вы намеренно не пускаете мать к ее малышам.
Селена сама не понимала, с чего ей вдруг стало жаль этого щенка. Она подошла и взяла его на руки. Щенок мокрым носом ткнулся ей в подбородок.
— Я не позволю вам погубить этого малыша!
Нехемия, удивленно улыбаясь, сказала Селене:
— Принц прав. Своенравные собаки не поддаются воспитанию и потом становятся тяжкой обузой.
— Обузой для кого?
— Лилиана, честное слово, я не понимаю, почему вы так разволновались из-за этого щенка. Поговорите с любым псарем, и он вам скажет то же самое. Каждый день по всей Эрилее убивают сотни и тысячи непригодных щенят. И никого это особо не волнует.
— Я не знаю про других. Не убивайте этого! — почти закричала Селена. — Отдайте его мне, если это единственный способ сохранить ему жизнь.