Пробило три часа ночи. Селена сидела в постели, подтянув колени к подбородку. После нескольких часов поцелуев, перемежающихся разговорами, и разговоров, перемежающихся поцелуями, Дорин пожелал ей спокойной ночи и ушел. Ей так хотелось попросить его остаться. Пожалуй, сейчас это было бы самым разумным и здравым решением. Но если сюда ворвется Кэйн или еще один риддерак и из-за нее пострадает Дорин? Мысли о безопасности принца перевесили, и Селена, тоже пожелав ему спокойной ночи, осталась одна.
Она слишком устала, чтобы читать, но перевозбужденный мозг и страх не позволяли ей уснуть. Оставалось просто сидеть и смотреть на пламя догорающего камина. Каждый шорох, каждый звук, доносящийся из коридора, заставляли ее настораживаться и выхватывать из-под подушки новый самодельный нож. Его Селена тоже соорудила из шпилек, стащив несколько штук у зазевавшейся Фалипы.
Но если к ней вломится риддерак или иное чудовище, вызванное Кэйном, его не остановишь ни ножом, ни тяжелой книгой, ни подсвечником.
«Зря я не взяла из склепа Дамарис», — пожалела Селена.
Возможность была упущена, а идти за мечом снова… нет, пока Кэйн жив, она туда не пойдет. Селене вспомнилась тьма, откуда появился риддерак. Одно воспоминание бросило ее в дрожь, и она покрепче обхватила колени.
Должно быть, Кэйн узнал о силе «знаков судьбы» у себя на родине — в Белоклычьих горах. Проклятые эти горы служили естественной границей между Адарланом и Западным краем, куда пока еще не дотянулась властная рука адарланского короля. Поговаривали, что в развалинах Королевства Ведьм и по сей день таится зло, могильной змеей выползая оттуда. И на горных тропах нет-нет да и встретишь старух с железными зубами.
Озноб не проходил. Селена плотно укуталась в теплое меховое одеяло. Если она доживет до парных поединков и завершающей дуэли, она непременно победит Кэйна, и тогда с одним злом будет покончено. Тогда она вновь будет крепко спать по ночам… если только у Элианы не появится какой-нибудь новый, более грандиозный замысел.
Селена прижалась щекой к колену и смотрела на перемигивающиеся угли.
Всадник снова и снова хлестал лошадь, заставляя ее скакать быстрее. Лошадиные копыта ударяли по раскисшей земле, увязая то в снегу, то в глине. Снегопад прекратился, и в ночном воздухе кружились лишь отдельные запоздавшие снежинки.
Селена бежала. Бежала быстрее, чем могли выдержать ее детские ноги. У нее болело все тело. Голые ветви деревьев цеплялись ей за одежду и волосы, камни впивались в ноги. Она продиралась сквозь колючие кустарники, ловя воздух широко раскрытым ртом. Кричать она уже не могла. Да и кто услышит ее крики здесь, в лесу? Сейчас главное — добраться до моста и перебежать на другую сторону. В этом ее спасение. Демону мост не пересечь.
За спиной послышался лязг меча, выхватываемого из ножен.
Селена поскользнулась и упала в грязь, ударившись о камень. Демон ее настигал. Копыта его лошади грохотали где-то совсем близко. Селена пыталась встать, но вязкая глина ее не отпускала. Селена уцепилась за ближайший куст, обдирая руки в кровь. Демон был почти рядом, и тогда она…
Селена застонала и проснулась. Ее рука была прижата к груди. Сердце колотилось. Но это был всего-навсего сон.
В кружевах золы гасли последние угли. Сквозь портьеры пробивался сумрачный свет раннего утра. Сон. Всего лишь сон. Обычный ночной кошмар. Она все-таки заснула, но такой сон был хуже бессонницы. Селена схватилась за амулет на шее, уперев большой палец в его середину.
«Наверное, это ты меня защитил от риддерака».
Амулет молчал. Селена укутала в одеяло крепко спящую Быстроногую. Вот и рассвет. Она пережила эту ночь.
Селена легла и закрыла глаза.
Спустя несколько часов, когда стало известно об исчезновении Нокса, Селену уведомили, что сегодняшнее испытание отменяется. Завтра состоятся парные дуэли, где ее соперниками будут Могила, Ренальт и, естественно, Кэйн.
Завтра — решающий день, от которого зависит ее свобода.
ГЛАВА 46
В лесу было морозно и тихо. Лошадь Дорина ступала мягко, и все равно с деревьев слетали пушистые пласты снега. Принц всматривался в узоры ветвей, нигде не задерживая взгляд больше чем на мгновение. Ему сегодня обязательно нужно было вырваться на охоту — не столько ради добычи, сколько чтобы просто освежиться холодным воздухом.