Пусть и немного, но он успел изучить ее характер и почему-то чувствовал, что Селена не причинит ему вреда.
Дорин вспомнил все отцовские предостережения, все предупреждения Шаола. И все-таки после его первого вторжения сюда и их разговора, сплошь состоявшего из колкостей, он почувствовал непонятное облегчение. Должно быть, Селена — тоже, если она вдруг рассказала ему про какого-то Саэма. Сама рассказала. А теперь он явился сюда вторично, глубокой ночью. Спрашивается — зачем. Селена не знала тонкостей придворного флирта, и манеру ее разговора вряд ли можно было назвать учтивой. В прошлый раз она без всяких иносказаний заявила, что роль очередной его любовницы — не для нее. Тогда зачем он толчется на пороге ее спальни?
Сзади послышались осторожные шаги. Обернувшись, Дорин увидел Шаола. Капитан молча схватил его за руку, вытащил в коридор и остановился у входной двери.
— Что вы здесь делаете? — сердитым шепотом спросил капитан.
— А что здесь делаешь ты? — спросил принц.
Вопрос был более чем уместным. Не Шаол ли без конца предупреждал его об опасностях близкого знакомства с Селеной? А сам? Зачем капитану королевской гвардии понадобилось среди ночи появляться здесь?
— Черт бы вас побрал, Дорин! Она же не та дурочка, с которой вы танцевали на балу. Она — ассасин. Она способна убивать голыми руками. Надеюсь, это ваш первый визит сюда?
Ответом ему была глуповатая ухмылка наследного принца.
— Не надо мне никаких ваших объяснений. Уходите отсюда, и побыстрее. Такого безрассудства я от вас не ожидал.
Шаол схватил принца за воротник камзола. Рассерженный Дорин замахнулся кулаком, но капитан оказался проворнее. Не дав принцу очухаться, Шаол бесцеремонно вытолкал его в коридор и запер дверь на засов.
В эту ночь наследному принцу спалось на редкость плохо.
Шаол глотал ртом воздух. Имел ли он право так себя вести с наследным принцем Адарлана? Дорин вполне резонно задал ему вопрос: а что он, Шаол Эстфол, делает в покоях Селены? Капитан не понимал и не хотел понимать причины гнева, вспыхнувшего в нем, когда он застал здесь Дорина. Это не было ревностью; чувство, охватившее Шаола, находилось за пределами ревности, и это чувство превращало друга его детства в совершенно незнакомого человека. Да, Селена успела убить немало мужчин, но еще не отдалась ни одному. Достаточно было понаблюдать, как она держала себя с мужчинами. Знал ли об этом Дорин? Возможно, знал, и это лишь разжигало его интерес.
Шаол приоткрыл дверь чуть шире и поморщился, услышав громкий скрип.
Судя по всему, Селена опять зачиталась и уснула, не успев раздеться. Даже в этом старомодном платье она была просто прекрасна, но обаяние не делало ее менее опасной. В ней и сейчас проступали черты опытной и безжалостной убийцы. Это читалось по ее сильной челюсти, по изгибу бровей, по неподвижности позы. Селена была живым мечом, собственноручно выкованным и заточенным Предводителем ассасинов для своих целей. Наверное, вот так же спят горный лев или дракон — во время сна признаки их силы никуда не исчезают.
Шаол тряхнул головой и сделал шаг. Селена проснулась.
— Послушай, до утра еще далеко, — сонно пробормотала она, поворачиваясь на другой бок.
— Я принес тебе подарок.
Шаол понимал, что говорит какую-то чушь. Ему захотелось опрометью выбежать из ее покоев.
— Подарок? — удивилась Селена.
Она повернулась и уставилась на капитана, моргая сонными глазами.
— Ничего особенного. Это раздавали на празднике. Дай мне руку.
Капитан сказал лишь часть правды. Подарки раздавали не всем подряд, а лишь знатным дамам. Просто ему удалось запустить руку в корзинку и украсть это колечко. Большинство придворных дам с презрением относились к таким подаркам и либо бросали кольца обратно в корзинку, либо отдавали любимым служанкам.
— И что же ты принес? — зевая, спросила Селена, но руку протянула.
— Вот, — с гордостью мальчишки объявил капитан, выкладывая кольцо на ее ладонь.
Селена сонно улыбнулась, но кольцо взяла и тут же надела.
— Какое миленькое, — сказала она.
На самом деле серебряное кольцо было совсем простым. Его единственным украшением служил аметист величиной с ноготь. Круглый камешек с ровной поверхностью. Сейчас он поглядывал на Селену, словно пурпурный глаз.
— Спасибо, — сонно произнесла она.
— Ты так и спишь в этом платье, — сказал капитан, чувствуя, как краснеет.