— Жаль беднягу, — без тени сочувствия отозвался Могила и пошел дальше.
Селена сухо кивнула и до самой библиотеки больше не проронила ни слова. Из двадцати четырех претендентов осталось шестнадцать. Ко дню предпоследних поединков их останется четверо. Ставки росли. Ей нужно бы благодарить высшие силы, решившие оборвать жизнь Ксавьера. Но Селене почему-то не хотелось шептать слова благодарности.
Дорин взмахнул мечом, но Шаол легко парировал и этот удар. Наследный принц выругался сквозь зубы. Он давно не упражнялся, и теперь у него болели все жилы. Принц тяжело дышал, но упрямо пытался атаковать снова и снова.
— Вот к чему приводит праздная жизнь, — усмехнулся Шаол, отходя в сторону, чтобы подловить Дорина на ложный выпад.
А ведь когда-то они оба были одинаково ловкими и сноровистыми. Но это было давно. Тогда Шаол еще спокойно говорил принцу «ты». С тех пор многое изменилось. Дорин не потерял интерес к поединкам, но книги занимали его сильнее, нежели турниры и состязания.
— У наследного принца есть обязанности. Я должен присутствовать на заседаниях и читать всевозможные законы и уложения, которые выдумывают отцовские советники.
Дорин отер с лица пот и сделал новый выпад.
Шаол парировал его удар, провел обманный маневр и пошел в контратаку. Все эти отговорки он уже слышал.
— Ваши заседания не более чем предлог для споров с герцогом Перангоном.
Меч Дорина прочертил широкую дугу, заставив Шаола немного отступить.
— А может, вы слишком заняты, навещая по ночам покои Селены? — Раздражение Шаола нарастало. — И давно это продолжается?
Дорин упустил выгодный момент, и Шаол вновь перешел в наступление. У принца болели ноги, и его оборона становилась все более вялой.
— Это совсем не то, о чем ты думаешь, — сквозь зубы процедил Дорин. — Я не провожу ночи в ее постели. Вчера я заходил к ней всего второй раз. А в первый она встретила меня холодно и даже пыталась выпроводить. Так что можешь быть спокоен.
— Хотя бы у одного из вас сохраняется здравый смысл.
Все удары Шаола были настолько точными, что вызывали невольное восхищение Дорина.
— Рад за Селену, потому что вы, ваше высочество, явно потеряли рассудок.
— А ты сам? — язвительно спросил Дорин. — Думаешь, я не знаю, как ты понесся к ней, когда узнал про убийство этого… как его… Ксавьера.
Принц хотел поймать Шаола на обманном приеме, но капитан разгадал его замысел. Он атаковал Дорина, и тот, пятясь назад, изо всех сил старался не споткнуться. Сердитый огонек в глазах капитана не предвещал ничего хорошего, и принц попробовал словесную уловку.
— Согласен, мой удар был на редкость дрянным. Но я все-таки жду твоего ответа.
— А если мне нечего ответить? Или отвечу вашими словами: это совсем не то, о чем вы думаете.
Карие глаза Шаола торжествующе вспыхнули. Не дав принцу раскрыть рта, он резко поменял тему.
— Как ваш разговор с королевой?
Дорина перекосило. Он просто убежал из покоев матери, чувствуя, что сходит с ума.
— Заткнись! — рявкнул Дорин, ударяя плашмя по мечу капитана.
— Не хотел бы я сегодня оказаться в вашей шкуре, ваше высочество. Придворные дамы прибиваются к вам, как перепуганные овцы, умоляя защитить от таинственного убийцы.
Шаол не позволил себе улыбнуться. Больше всего его удивляло, что он безропотно согласился устроить это состязание на мечах. И когда? Когда в коридоре замка валяется обезображенный труп. Дорина тоже удивляла такая жертва со стороны капитана. Он знал, насколько Шаол дорожит своим постом.
Принц поднял меч вверх, давая понять, что поединок окончен. Хватит красть время Шаола ради собственных прихотей. Капитан не возражал. Он молча убрал меч, и они оба вышли из зала для упражнений.
— Есть вести от вашего отца? — уже в коридоре спросил Шаол. — Такой внезапный отъезд.
Дорин медленно выдохнул, успокаивая колотящееся сердце.
— Вестей нет. Я сам не понимаю, куда это его понесло. По-моему, последний раз он уезжал в поход, когда мы были еще мальчишками. А с тех пор отец безвылазно сидел в замке. Не удивлюсь, если он затеял и проворачивает что-то на редкость пакостное.
— Дорин, выбирайте слова.
— А то что? Бросишь меня в тюрьму за непочтительные высказывания о короле?
Он не хотел срываться, но почти бессонная ночь и новое убийство, случившееся под утро, выбили его из равновесия. Когда капитан не ответил, принц задал другой вопрос:
— Тебе не кажется, что кто-то вознамерился убить всех претендентов?