— Ваше величество, какое редкое удовольствие вы подарили мне, пригласив посмотреть на этих изумительных акробатов, — сказала Кальтена, радуясь, что те собирают свои стойки и обручи.
— Да, они сегодня были просто в ударе.
Королева сверкнула зелеными глазами и улыбнулась Кальтене. Как назло, в это мгновение мигрень атаковала голову госпожи Ромпир. Удар был настолько сильным, что Кальтена сжала кулаки, спрятав их в складках своего пышного платья апельсинового цвета.
— Очень жаль, что с нами не было принца Дорина, — едва очухавшись от боли, принялась плести словесные кружева Кальтена. — Только вчера его высочество говорил мне, как он любит сюда приходить.
Ложь давалась Кальтене легко и каким-то непостижимым образом утихомиривала коварную мигрень.
— Дорин так и сказал? — спросила Георгина, вскинув пепельно-серые брови.
— Неужели это удивляет ваше величество?
Королева церемонно приложила руку к груди.
— Я думала, мой сын питает отвращение к подобным зрелищам.
— Ваше величество, — прошептала Кальтена, — вы поклянетесь, что не выдадите меня? Тогда я вам кое-что расскажу.
— Конечно не выдам. Говори, — шепотом отозвалась Георгина.
— Принц Дорин назвал мне причину.
— Какую причину? — спросила королева, беря Кальтену за руку.
— Причину того, почему он редко бывает на придворных собраниях. Принц сказал, что он слишком застенчив и просто теряется среди такого многолюдья.
Королева откинулась на спинку кресла. Огонь в ее глазах быстро затухал.
— Я давно знаю об этой причине. Сама постоянно слышу о ней от принца. А я-то думала, ты расскажешь мне что-нибудь интересное. Например, что принцу понравилась какая-нибудь юная особа.
У Кальтены кровь прилила к лицу, а в висках снова застучали тяжелые молотки. И как она могла не взять с собой никаких снадобий? Но ведь не прикладывать же флакон к носу, сидя рядом с королевой. Только еще не хватало, чтобы Георгина узнала о ее мигрени. Ассамблея могла продлиться еще и час, и два. Все зависело от настроения королевы. Уйти раньше Георгины значило бы серьезно подпортить себе репутацию.
— Я слышала, — почти шепотом продолжила королева, — что в замке появилась какая-то молодая особа, но кто она — неизвестно. Во всяком случае, ее имя никому ничего не говорит. Может, ты что-нибудь знаешь о ней?
— Нет, ваше величество, — ответила Кальтена, усиленно прогоняя с лица досадливое выражение.
— Как жаль. Я надеялась, что уж ты-то непременно знаешь. Ты ведь, Кальтена, такая умная.
— Благодарю вас, ваше величество. Вы очень добры ко мне.
— Чепуха! Дело не в доброте. Я умею безошибочно судить о людях. С самого момента твоего появления при дворе я увидела в тебе чрезвычайно смышленую женщину. Только такая, как ты, и может составить пару для Перангона. Очень досадно, что мой Дорин не встретился тебе раньше герцога!
«Мне мало. Мне мало», — снова заныла мигрень.
Кальтена заставила себя улыбнуться. Наступало ее время.
— Ваше величество, даже если бы Дорин встретился мне раньше герцога, вы бы не одобрили такой союз. Я ведь слишком низкого происхождения, чтобы привлечь внимание вашего сына.
Все это говорилось с почтительным прихихикиванием.
— Твоя красота и богатство восполняют этот недостаток.
— Благодарю вас, ваше величество, — снова произнесла Кальтена, у которой забилось сердце.
Если бы королева благосклонно отнеслась к ее союзу… Кальтена едва успела об этом подумать, как Георгина дважды хлопнула в ладоши. Заиграла музыка, но Кальтена ее не слышала.
Что ж, бальные туфельки Перангон ей добыл. Теперь пора танцевать.
ГЛАВА 30
— Целиться надо!
— А я, по-твоему, что делаю? — огрызнулась сквозь зубы Селена, натягивая тетиву лука.
— Тогда стреляй.
Для упражнений в стрельбе Шаол выбрал заброшенный коридор. Расстояние, с какого требовалось поразить цель, испугало бы любого, но только не ее.
— Посмотрим, сумеешь ли ты попасть.
Селена ответила ему гримасой и чуть выпрямила спину. Тетива подрагивала в ее руке. Подумав, Селена слегка приподняла наконечник стрелы.
— Задание: попасть в левую стену, — сказал капитан.