Он сунул здоровенную лапу в походную сумку, вытащил из нее потрепанную, лоснящуюся персональную карточку и неохотно протянул Стэну.
Стэн ввел карточку в мобильный компьютер. Начиналась она со стандартных сведений, удостоверяющих личность уволенного охранника:
ДОКУМЕНТ ВЫДАН НА ИМЯ КИРШЕЙНА, ВИЛЛИАМА.
СРОК ВОИНСКОЙ СЛУЖБЫ: 20 лет.
ЗВАНИЕ: ПЕРВЫЙ ШТУРМОВИК ОХРАНЫ.
ВОЕННЫЕ ШКОЛЫ: НИКАКИХ.
НАГРАДЫ: НИКАКИХ.
КРАТКАЯ БИОГРАФИЯ: 27 планетарных атак, первая волна. 12 вспомогательных экспедиций, 300 штурмов поддержки (ТАВ – Х1 подробности). Представлен к следующим наградам: Галактический Крест четыре раза; Имперская медаль – восемь раз; Орден Созвездия Титан шестнадцать раз. Замечен в убийствах: один раз. Понижался в звании: четырнадцать раз (ТАВ-Х2 – подробности).
Компьютер продолжал считывать сведения с карточки. Стэн посмотрел на великана с благоговейным страхом. «Этот Киршейн был четыре раза представлен к Имперской высшей награде. И...»
– За что вас понижали в звании четырнадцать раз?
– Я не умею ладить с людьми.
– Почему?
– По правде говоря, не знаю. В общем-то, они мне нравятся... поначалу. Но потом... потом они начинают такое вытворять... такие вещи... которые не кажутся мне хорошими. Не могу смириться.
«У меня и так забот полон рот», – подумал Стэн, вынимая из компьютера персональную карточку.
– Киршейн, если бы наш отряд не был полностью укомплектован...
– Прошу прощения, полковник, не могли бы вы подождать? – вмешался Алекс.
Стэн удивленно посмотрел на товарища. Алекс медленно обошел вокруг странного создания.
– Мне знакомы такие, как ты. Ты из тех, кто знает, что правильно и неправильно, однако неверно оценивает ставки. Хочу убедиться, с кем имею дело. Киршейн, наклонив голову набок, в недоумении уставился на приземистого сержанта.
– Предлагаю небольшую игру, – загадочно произнес Алекс. – Знаешь кулачный бой?
– Я знаю такую игру, маленький человек. Ты хочешь сразиться со мной?
– Ага, – ответил Алекс.
– Начинай ты первый.
– Нет, парень, ты, – сказал Алекс, и на его широком лице засветилась улыбка. – Покажи свой лучший удар.
Киршейн налетел на Алекса без всякого предупреждения, его кулак со свистом разрезал воздух и угодил в ребра. Удар был сильнейшим. Алекс отлетел на кушетку, которая тут же разлетелась на мелкие кусочки, ударился о стену и с минуту находился в лежачем положении.
С трудом поднявшись, Алекс подошел к Киршейну.
– Ага, неплохой удар, парень. Что ж, возвращаю. Нужно соблюдать закон спортивной чести. Теперь получи за свой долбанный удар, как у проклятого Кэмпбелла. Моя очередь бить. Но раз мы тебя берем в солдаты, предупреждаю: бью в центр груди. Слегка, потому что не хочу калечить. Судя по тону и усилившемуся шотландскому акценту, Алекс здорово разозлился. Стэн в какой-то мере чувствовал свою вину в том, что произошло. Ему следовало остановить товарища. Непонятно почему, но он проникался к великану все большей симпатией.
Киршейн подбоченился, готовясь отразить удар. Однако вместо того, чтобы послать ответный удар, Алекс, не торопясь, подошел к Киршейну, схватил его – одной рукой! – и поднял над головой. А затем, как бы невзначай, отбросил в сторону.
Двухсоткилограммовый великан пролетел по воздуху через все помещение, словно законов гравитации не существовало вовсе. Ударившись о стену на высоте двух метров от пола, Киршейн вылетел через проломленное им отверстие в коридор. Обломки стены посыпались на голову гиганта, распластавшегося на полу коридора. Алекс подбежал к полубесчувственному кандидату и, склонившись над его ухом, прошептал:
– Ну как, крошка? Полагаю, работу ты себе нашел. Но больше не играй в эти игры.
Киршейн с трудом поднялся на ноги.
– Нет, сэр.
– Я не сэр. Я просто сержант. Стэн – вот кто сэр.
– Простите, сержант.
– Не стоит извиняться, парень, – снисходительно сказал Алекс. Теперь ступай. Я хочу, чтобы ты вернулся сюда через десять часов, чистый и готовый к отлету.
– Есть, сэр!
Киршейн отдал честь и вышел. Стэн и Иган все еще стояли с разинутыми ртами, когда Алекс произнес:
– Теперь у нас двести один солдат, полковник Стэн. – Сержант подошел к консоли, сгреб лапой бутылку Стэна и осушил ее до дна. Черт побери! Вот так чуть не погиб ради святого дела!
Глава 15
«А ведь в молодости передо мной, как перед оператором-кибролатом, открывалось прекрасное будущее», – с грустью подумал Стэн, печально глядя на свою сборную команду.