— Кто здесь?
Ответа не последовало, и в конце концов я двинулась дальше.
В кемпинге, когда я туда добралась, было тихо и спокойно. В одной из палаток горел свет—по-видимому, свеча, а в одном из трейлеров виднелась лампа, и рядом с ней—погруженный в чтение человек. Иными словами, жизнь здесь угомонилась, и лагерь готовился ко сну— вереница неуклюжих силуэтов, весьма напоминавших стадо слонов на вырубке.
В трейлере Пелла тоже было темно. Я постучала в дверь и, не дождавшись ответа, позвала его как можно тише. Однако, как я ни осторожничала, человек, читавший при свете лампы, услышал меня. Он поднялся и вышел из своего фургончика.
— Пелла ищете? — осведомился он.
— Да.
— Что-то я его сегодня не видал. Даже странно как-то. Обычно ой снует взад-вперед. — Он вгляделся в меня повнимательнее. — Вы будете та самая юная леди, что приходила к нему вчера. Верно?
— Да.
— Погодите минутку, — сказал он и двинулся к своему трейлеру, на пороге которого теперь стояла женщина.
— Тут леди спрашивает Пелла, — сказал он. — Не видала его, а?
Она покачала головой.
— Я его не видала с тех пор, как вчера он ушел с этой девушкой, — сообщила она.
— Вы не видели, как он вернулся? — недоверчиво спросила я.
— Уж не знаю, вернулся он или нет, — заметила та. — Лично я его не видала. Но вчера ночью там кто-то был. Не Пелл. Вроде бы мужчина постарше. Плотного такого сложения. Я видела, как он заходил внутрь.
Даже тогда у меня не возникло серьезных опасений, хоть я и встревожилась. Посетитель тот, по ее словам, оставался здесь совсем недолго—с полчаса, может, чуть больше. Она его видела лишь мельком. Прежде чем зажечь внутри свет, он закрыл занавески.
— Вел он себя так, будто ему все здесь знакомо, — добавила женщина.
Она предположила, что это был кто-то из дачников, хотя, конечно, наверняка она не могла утверждать. Некоторые из них покупали у мистера Пелла картины, так ей казалось. В одном она была твердо уверена: это был не Аллен Пелл.
Казалось, она получала удовольствие от беседы, но, возможно, интуитивно предчувствовала какую-то драму. Они все любили мистера Пелла, сказала она.
— Он был такой славный, — продолжала она. — И дети тоже его любили. Он рисовал им картинки и всегда угощал конфетами.
Однако, несмотря на все это, он был довольно замкнутым и необщительным. В общем-то молодым людям это не свойственно.
— Бывало, увидишь, сидит он там внутри и смотрит в никуда… Днем он редко здесь оставался, — пояснила она. — Все больше по холмам бродил. — И добавила, украдкой бросив взгляд на своего мужа: — Нам так показалось, что он не слишком хотел, чтобы его здесь, поблизости, видели. Бывало, пристально наблюдал за машинами, когда появлялись новые люди. Мы и подумали, может, у него какие неприятности.
Такое мне раньше в голову не приходило, и тревога моя лишь усилилась. Отнюдь не утешительным оказался и тот факт, что дверь трейлера оказалась запертой. Лично у меня сложилось представление, что не в его привычках было ее запирать.
— Должно быть, у человека, который здесь побывал, имелся ключ, — сказала я. — Если только… Может, лучше нам разбить окно? Возможно, он внутри, ему плохо или…
Я не смогла закончить фразу. К тому моменту я уже была уверена: с ним что-то случилось, и от этой мысли меня стало подташнивать, голова вдруг закружилась.
Вокруг нас уже собралась небольшая группка любопытных, но моя идея встретила немедленные возражения. По-видимому, здесь свято соблюдался закон о неприкосновенности частной собственности. Однако один мужчина— как выяснилось, слесарь в отпуске— предложил попытаться открыть дверь. Это вызвало всеобщее одобрение, и с помощью карманного фонарика, напильника и бесчисленного количества предложенных ключей он в конце концов добился успеха.
О все возрастающей тревоге говорил тот факт, что когда я сделала шаг вперед, какая-то женщина удержала меня за руку.
— Пусть первыми посмотрят мужчины, сказала она. — Когда вокруг все время происходят убийства, я бы на вашем месте не торопилась.
Я осталась стоять на месте, в то время как двое или трое мужчин зашли внутрь трейлера, и у меня, кажется, остановилось дыхание, пока один из них не появился вновь.
— Его здесь нет, — сообщил он. — Если леди желает войти внутрь…
Я вдруг почувствовала, что вся дрожу. Толпа вокруг меня притихла и напряглась. Кто-то в задних рядах высказал предположение, что убийца снова дал себе волю, и на него тотчас зашикали. Однако я сумела подняться по ступенькам и, очутившись внутри, взяла себя в руки.