-Всё готова, Екатер… - он не смог договорить, мы встретились глазами и он резко отвёл взгляд… За ним в комнату вошла Агата, она тоже была очень рада на лице сверкала улыбка.
-Вот! – она со стуком положила на стол две вещи, - Всё должно получиться.
На столе стояла какая-то чаша и доска уиджи… Они оба как по приказу сели за стол и так же одновременно придвинулись. Я не отрывала взгляд от Антона, надеясь на то, что с его лица спадёт это улыбка или он посмотрит на меня. Но этого не произошло. Меня заставили что-то выпить, Юля закрыла плотные шторы, Агата зажгла свечи.
-А почему это Глеб там сидит? – Антон отклонился на стуле, посмотрев на Глеба…
-Сам так захотел. – тускло сказала Катя, как будто ей теперь было всё равно на него. Хотя наверное я уже точно могу говорить, что это не так.
Когда они начали думать, кого бы им вызвать у меня уже кружилась голова. И знаю, что только Глеб это заметил… но он всё равно не смог бы ничего сделать, какой-то процесс в моём организме уже пошёл, его силы это не смогут остановить. Перед глазами всё поплыло, я только слышала чей-то смех и голос Глеба. Внутри стало очень горячо от боли из глаз пошли слёзы.
Дальше я опустилась в темноту. В этой черноте начал пробиваться свет и тогда я осознала, что вокруг меня сотни этих теней. Кто-то шепотом просил пустить меня их в этот мир, кто-то вдалеке кричал, голоса настолько смешались… И даже в этом сне или, не знаю, мне стало плохо: голова разрывалась от голосов, поэтому я не заметила самого главного. Ко мне спустя несколько минут подбежал Вальтер и обнял как будто очень долго меня искал. Он держал меня за плечи и, смотря мне в глаза, сказал,
-Это будет очень больно, больнее чем как тебе сейчас. Но я тебе помогу, обещаю, только не выталкивай меня. Хорошо? Василис…
-Да… хорошо. – ответила я слабым голосом.
Его глаза мгновенье посветлели и тело начало как будто растворятся. И я в то время почувствовала, что я больше не контролирую своё тело, я не чувствовала боли ни наружи, ни внутри. Стало легко и свободно… Дальше почти ничего не помню. Знаю, что Вальтер им ничего плохого не сделал, Катю приковал всеми возможными способами к стулу, а его прибил к стене. Остальных вроде бы вывел из дома. Всё опять начало темнеть и кажется я снова чувствовала ту ужасную боль…
-Василис! Василис, проснись! – я почувствовала как меня трясут и медленно открыла глаза. Антон сидел рядом и кажется волновался за меня больше остальных. Но я ту же секунду, как очнулась, отсела от него. Антон опустил глаза и, встав, пошёл к Глебу, он тоже ещё не очнулся.
-Что с ним? – спросила я. И взамен поймала равнодушный взгляд Антона.
-Жив он, жив… - Антон так же потряс Глеба, и он медленно встал.
Если честно я ели согласилась на освобождение Кати. Но она ответила за всё. До конца похода назад она не приходила в себя. Я шла сзади всех, одна, пытаясь, понять, что произошло… Кончился лес мы вышли на знакомее поле. Почему-то именно на поле на глаза накатились слёзы, которые я тут же вытерла, не от боли в мышцах, скорее всего, я очень сильно скучала по Вальтеру. Я не могу точно сказать, это его частичка внутри меня или правда он…
-Это… - ко мне подошёл Антон, - как самочувствие? – он смотрел в пол, наверное, понимая, что он в этом тоже принял участие.
-Ты хоть раз был на моём месте? Хотя даже если не был, что тупые вопросы задаёшь?! – я остановилась и подождала пока он пройдёт вперёд. До конца возвращения Антон тоже шёл один. Глеб нёс на руках Катю, разговаривая с Юлей. Хотя мне казалось, что он больше на неё кричит, ругал за что-то.
Я не знаю сколько мы часов там пробыли, но когда вернулись над домами уже сиял рыжий закат, придя домой, я поняла, что сейчас семь… Затем, переодевшись, я очень долго сидела на кухне, держа телефон в руках: думала, что написать Глебу. В голове крутились сотни мыслей и фрагментов нашив встреч и как они заканчивались. Но всё же через несколько минут написал…
«Наверное, я не с кем туда не пойду, если вообще приду. Мне некому доверять в этом классе.»
Оставив телефон, я вышла с кухни. Отправила я это сообщение, зная, что он в сети. И потом услышала как пришло три сообщения, но так и не взяла телефон. Всё остальное время до двенадцати сидела в своей комнате, даже когда мама пришла и спросила, что это за мальчик мне пишет, я не ответила и осталась за столом. В полночь я легла спать, но перед этим заметила, что весь город, наша улица уже прибывает в сонном молчании. Этот сон был таким долгим и долгожданным, что я быстро уснула, мне ничего не снилось. Я провалилась в тёплую темноту и там пробыла десять часов.
Утро настигло меня очень резко, я проснулась от звука пришедшего уведомления на телефон. Как будто он лежал прям рядом с ухом. Я рукой попыталась дотянуться до телефона, лежавшего на столе. Но, поняв, что я не смогу этого сделать, встала и подошла к столу. Там было двенадцать сообщений, но не от Глеба, практически вся это группа нашла меня в сотсетя и что-то писала про Глеба, про Катю.