Под ногами ещё уверенно ощущался пол. В голове молнией блеснула идея и Кива отшвырнула нож вперёд за спину противника. Она не стала дожидаться как противник воспримет это жест, как то, что она сдаётся или ещё что. Девушка крепко ухватила левой ладонью плечо мужчины, вес перенёсся на одну ногу, а второй она ударила по подколенной ямке мужчины. Затем, издав утробное рычание, дёрнула левой рукой вниз и перенесла весь свой вес вес уже на неё. Трюк удался. Мужчина от неожиданности, на пару мгновений лишённый надёжной опоры, покачнулся вперёд, а дальше, повинуясь силе тяжести и заданному импульсу, начал падать головой вниз. Это вынудило его разжать руки, выставить их вперёд, чтобы приземлиться и сделать перекат. Кива же соскользнула с него вниз и получилось, что она, пролетев между поднявшихся ног врага, упала спиной на пол, где она тут же вскочила и устремилась к своему ножу. За спиной она слышала, как противник приземлился и встал на ноги. «Руки остаются самой большой проблемой», она устремилась к нему, теперь избегая часто оставаться на ближней дистанции. Девушка ловко уходила от ударов, стараясь нанести как можно более серьёзную рану, но враг тоже был весьма опытен. Несколько минут она куницей прыгала вокруг него, то ближе, то отпрыгивая назад, уворачиваясь. Но вот мужчина перехватил её за руку и со всей силой отшвырнул Киву к стенке. Ударилась она об угол дверного косяка спиной. Колющая и заставляющая неметь кожу, а потом и кости вспышка боли, дыхание перехватило. Она часто и неглубоко втягивала воздух, желая как можно быстрее восстановить сбитый ритм.
Враг же перевёл дух и твёрдыми шагами направился к ней. Девушка попыталась вскочить, но боль искрой пробежала по позвоночнику, заставляя её сморщиться. В теории она бы смогла и встать, и перекатиться, но мужчина думал, что девушка уже не боец. «Тогда подойди сам ко мне», усмехнулась про себя Кива, перехватив нож лезвием наружу. Спустя пару шагов она решила, что пора. Не обращая внимания на боль, Кива к большой неожиданности вскочила на четыре конечности и сделала обманный рывок вперёд. Мужчина думал, что она попробует подняться на ноги, чтобы достичь нужной высоты, поэтому приготовился встретить её на уровне своей груди. Но он ошибся и времени, чтобы изменить свои действия, у него не осталось. Кива не целилась в грудь, руки или шею. Не вставая с корточек, она, слегка пригнувшись, находясь чуть выше уровня колен мужчины, левой рукой, в которой был зафиксированный нож, сделала движение полукругом вверх. Одно движение, как учил её Кенни. Один вспарывающий удар, нижний восходящий, который невозможно отбить. Кива целилась так, чтобы лезвие начало свой путь где-то возле паха и закончило где-то возле желудка. Не было никаких причин промахнуться. Мужчина сдавленно закричал и пошатываясь отступил назад к столу. Из аккуратного, ровного и почти прямого разреза сочилась кровь и виднелись внутренние органы. Кива зло и беззвучно рассмеялась и медленно выпрямилась.
Враг одной рукой зажал рану, второй бесполезно шарил по столу. В глубине сознания шевельнулось какое-то предупреждение и девушка не стала подходить, чтобы нанести жертве ещё пару ударов. Она облизнула губы, забрызганные чужой кровью, и сплюнула на пол.
— Надо поговорить, — хищно скалясь произнесла Кива, всё же делая шаг вперёд.
Ноги соперника подогнулись и он сполз на пол, тяжко дыша и сжимая попавшийся в руку цилиндр. Глаза его говорили скорее об осознании неизбежного конца. И тут внезапно он сам усмехнулся и в свободной руке вспыхнул огонёк спички. Озарение, осознание, глаза Кивы расширились и тело, действуя скорее по реакции спинного мозга, чем рассудка отскочило назад к стене и начало пригибаться к полу, закрывая руками голову. Раздался взрыв. Затем с вспышкой и шипением сгорели кожаные мешки с пороховой смесью. Как только всё утихло, Кива подняла голову. От стола ничего не осталось, только разных размеров обломки. Останки мужчины были более целыми: живот его разворотило до состояния мяса, часть ног и рук, потрёпанные взрывом, истекала кровью в тех местах, где кожу сожгло и вырвало. Лицо более или менее уцелело, пускай и оставалось подгоревшим и слегка смятым. Её же ударной волной лишь оглушило, в голове звенело что-то на одной противной ноте. Но она осталась жива и не получила серьёзных повреждений. Где-то слышалось приглушённое ржание лошади. «Сейчас сюда прибегут люди, нужно спрятаться», Кива спрятала нож и, пошатываясь, направилась к трупу. Обшарила его карманы в поисках остатков каких-либо бумаг, ничего похожего не нашла, потом пошла во вторую, неосвещённую комнату. Там она села на пол возле двери и пальцами растирала гудящие виски.
Спустя три минуты послышался озабоченный голос одного из работников станции, он подошёл к входной двери и пытался её открыть. За это время девушка Кива отдохнула, обшарила эту комнату, и окончательно пришла в себя — болела только спина. «Будет синяк», думала она, слушая как выламывается дверь, ломается засов. Вот проверяющий ввалился внутрь, замер на секунд десять, испугано проматерился вслух и выбежал, хлопнув дверью. Девушка встала и вышла в комнату, где ещё потрескивал камин. У неё есть минут десять, чтобы обыскать эту комнату на предмет зацепок. Дальше сюда прибегут остальные, а через ещё полчаса прибудут полицейские. Кива обшарила рабочий стол, ящики, нашла там письмо явно не относящиеся к работе пункта. Его выдавали качество бумаги, безликий, твёрдый почерк, отсутствие печатей. Не глядя она сунула его в карман, взгляд упал на разбросанные в углу уцелевшие цилиндры. Подумав, девушка взяла один и сунула к письму. Делать здесь больше нечего, Кива подошла к входной двери с обломками засова и прислушалась: голоса слышались, но пока ещё в отдалении.
— Чудно, — хрипло промурлыкала она и проскользнула, пригибаясь, наружу.
Впереди вокруг уже разжигались уличные факелы и виднелись встревоженные люди, которые громко, на уровне крика, говорили и активно жестикулировали. Тележку придётся оставить. Девушка подошла к повозке, осторожно влезла в неё. Откинув брезент, она сгребла в охапку все свои вещи, потом спрыгнула с повозки на землю. Оглядевшись в последний раз, Кива всё так же согнувшись в три погибели, насколько позволяла ушибленная спина, направилась к низкому забору. УПМ, лезвие, ремни, пистолет она перекинула через него, а затем бесшумно перепрыгнула и сама.
Снова взяв весь свой скарб на руки, она устремилась к ближайшим кустам, чтобы спрятаться в их тени. Там девушка позволила себе выпрямиться и размять ноющую спину. Потом только началась экипировка: одеть ремни, нацепить лезвие в ножнах на пояс, закрепить УПМ на спине, пистолет установить на положенное место. Занимаясь этим, Кива наблюдала как на дворе суетятся люди, заглядывают в пострадавший десятый дом, оглядывают телегу. Она размышляла куда ей лучше направиться: в Подземный Город или же в ближайший наземный город, Яркел. «Внизу наверняка сейчас полным полно полицейских, а в Яркеле смогу может нарыть что-нибудь. Такие умелые люди не ходят без чьей-то крыши, да и место передачи выбрано скорее всего не случайно». Что такого особенного в этом округе? Проходит снабжение из Промышленного Города, шахт Утопии, ферм возле Хлорбы. Ещё в западном городе стены Сины располагалась самая крупная курильня наркотических препаратов, где заправлял всем Берч, из бывших воротил в 820-ые года. Это сомнительное заведение пользовалось популярностью среди богачей и приносило хорошую такую прибыль. Настолько хорошую, что туда уходило шестьдесят процентов поставок с плантаций мрачного Сэмми, отвечавшего за эту сферу.
За последние месяца три этот оборот тряхануло конкретно, в принципе Берчу могли понадобиться дополнительные средства из-за этих убытков. И он мог взяться за такую работу: как похищение УПМ за большие деньги, и люди опытные для этого у него имелись. «В этом направлении больше шансов», решила Кива. Ей не обязательно делать двойную работу. Полиция сама займётся тем, что будет искать следы убитого, как он погиб, что ему привезли в ящиках, кто ему привёз, где и кем нанималась лошадь. Все такие формальные детали, она воспользуется ими потом, когда они будут готовы. Скорее всего полицейские конечно запутаются в уликах и выйдут к Подземному Городу, но тогда и к ней они не приблизятся. Сама девушка займётся тем, что может принести ей больше пользы. «Значит иду в Яркел», решение принято. Кива отошла от грузовой станции глубже в подлесок и, избегая мягкой почвы, чтобы не оставить следы, направилась на восток, следуя параллельно дороге. Один раз она остановилась, потому что услышала приближающийся цокот копыт. «Четыре всадника», определила девушка, присев за деревом и растирая ушибленную спину. Так оно и оказалось: через минут пять из темноты вынырнули всадники, гнавшие лошадей галопом. Безоблачная ночь позволила разглядеть на троих людях форму полицейских. Кива хмыкнула: спешат на место происшествия. Как только они скрылись из поля видимости, она продолжила свой пеший путь к стене Сина.