Найл находился в мрачном и затхлом Подземном Городе уже часов пять. Два из которых он провёл, участвуя в облавах потенциальных воров. Час руководя обыском некоторых зданий. Два тратя на опросы свидетелей и занимаясь допросом схваченных людей, восстановлением произошедших событий непосредственно после похищения. Сознание начинало подавать недвусмысленные сигналы о том, что нужно сделать перерыв. Некоторые строчки налезали друг на друга, глаза горели, голова пульсировала в висках, а простейшие выводы связывались очень туго и медленно, будто бы он толкал громадный камень в гору. Док наклонился вперёд, коснувшись лбом стола, и медленно вобрал в лёгкие воздух. Кислород четко прояснил только одну мысль: пауза необходима. «Сейчас бы на поверхность, к свежему ветерку», с тоской подумал мужчина, вставая со стула на ноги. Духота комнаты подавляла любую активность и созревшее намерение, Найл вышел в коридор. Было там ненамного лучше, ждущий клерк подскочил со своей скамьи.
— Что-то нужно, командор? — встревоженно спросил он, потому что не был уверен, что слышал призывный звон колокольчика.
— Нет, я просто вышел размяться и проветриться.
— Понимаю, вам наверное непривычно тут, — посочувствовал служащий, — нету такого движения воздуха как наверху.
Да, Найл чувствовал себя не в своей тарелке всякий раз, когда спускался в эту яму, куда стекались отбросы жизни и просто невезучие люди.
Порядок здесь никогда не удавалось навести. Представители власти не обладали никаким авторитетом среди местных, а преступлений случалось за день больше, чем во всех одиннадцати крупных городах за несколько дней. За последнее десятилетие этот показатель приятно снизился. Из-за всех недавних событий, новостей, смены властей интенсивность криминальной деятельности возросла. Для таких людей такая почва как: волнения, отсутствие стабильности, неустойчивость внешнего положения, была сродни чернозёму. Больше возможностей и увеличить своё влияние, и расширить свою деятельность. Услуги крайне широко спектра в такие времена набирают популярность и среди богачей, коих перемены не устраивают. А кому-то просто нужны деньги, которые можно получить отсюда. Найл как-то раз подсчитал сколько дохода приносит публичный дом в Стохессе или опиумная курильня в Яркеле. Очень много, достаточно, чтобы остальные могли хотеть такую же кучу золота. Что особенно имеет значение, когда реформы проводятся в убыток местной знати. После ареста Осборна всё это движение замерло, но надолго ли? Любое колебание наверху находит выход внизу. Вот первое крупное нарушение, можно даже сказать провокация. Работа Дока найти УПМ и того, кто запустил эту волну. Последнее конечно было через чур амбициозным, и командор считал, что это ему не удастся.
В таких делах редко когда удается найти истоки — цепочка связей то и дело рвётся, обрывается и слишком долгое приходится всё восстанавливать, а к тому времени искать дальше бесполезно: следы умело заметаются. Найл думал, что если он найдёт украденные механизмы, то он будет большим молодцом. Важное дело и ещё один плюс к его тяжелой командорской деятельности. Многим он казался слегка простоватым и несколько зацикленным на делах, но на самом деле это скрывало честолюбие. Впрочем уважительному отношению к своей работе это не мешало. Так что да, делалось ему тут, внизу, неуютно, и чтобы выглядеть более сильным и твёрдым, выглядеть командором, он ответил.
— Всё нормально, это не мешает мне работать. Никаких новых сообщений не поступало?
— Нет, командор Док, усиленные патрули пока ни о чём подозрительном не докладывали.
— Не удивлён, можно было их и не посылать, — несколько пренебрежительно ответил Найл и потёр рукой щиплющие глаза, — ничего, скоро мы сами выдвинемся, у меня есть пара идей.
Служащий сначала оскорблённо опустил глаза и кое-как справился с раздражением. Всё же командор уже много часов работал, сорвался с столицы, примчался сюда лично всё проконтролировать. У него, как у руководителя, есть все основания быть недовольным. Поэтому полицейский спросил:
— Может принести вам крепкого чая?
— Да, да пожалуй. Спасибо, — Найл развернулся и зашёл обратно к себе.
«Вот и развеялся», мрачно подумал он, решительно пошёл к столу, на котором лежала карта Подземного Города. На ней уже красовались пометки сделанные его рукой. Сегодня предстоит ещё как минимум две вылазки в город.
Первая из них оказалась полностью бесполезной: проверка конвоя, который должен был привести продукты под землю, ничего не дала, только потратила ещё полтора часа и подарила возможность поскандалить с торговцами. Задумка была неплохой, ибо в такой суете легко можно спрятать механизмы, а потом с пустыми ящиками выгрузить на поверхность. Да и кому охота перетряхивать подгнившие, противно пахнущие овощи, запылившие донельзя крупы, и местами подмоченный не пойми чем хлеб. Охота-то может и никому, но вот полицейским пришлось сделать всю эту работу в бессмысленных поисках, пока командор и капитан местного отдела спорили с торгашами-перевозчиками. Поначалу полицейские втолковывали о необходимости и что товар не подлежит конфискации, но на сороковых минутах их терпение кончилось. Обе стороны, выпуская пар, недовольство, возмущение, раздражение, громко скандалили ещё минут тридцать. Потом силы кончились у всех. Но ничего нелегального обнаружено не было и полицейские важно удалились ко второму пункту, к складской территории Подземного Города. А вот тут пришлось повозится очень долго и нудно. Их отряд для проверки нагрянул без предупреждения, без разрешения владельцев на осмотр. Но командору Военной Полиции ничего из этого не должно требоваться. У него с собой группа из тридцати солдат, отсутствие отдыха и хорошего настроения.
Впрочем охрану по большей части составляли сами полицейские, так как больше половины из четырёх сотен складов принадлежало государству. Проблем не возникло в этом плане. Проблема возникла в масштабах проверки. Пока люди шманали и обыскивали методично один амбар за другим, на всякий случай Найл распорядился выставить часовых вдоль территории. Если кто-то попытается скрыться с места преступления, то весьма вероятно, что его поймают или хотя бы увидят и смогут в дальнейшем распознать. Ну и чтобы зеваки не мешали проведению обыска. Все четыре сотни зданий. Док бы сказал: четыре грёбанных сотни зданий, но воздержался от замечаний — положение обязывает. На счастье после сто восьмидесятого склада стали встречаться пустые, что ускорило сам процесс. Методично Найл следовал за обыскной группой, помахивая дощечкой со списком номеров, владельцев и зарегистрированного содержимого. Присесть он себе не позволял, поэтому стоял и осматривал склады, иногда заходил внутрь вместе со своими людьми. Час тянулся за часом и ничего не менялось. Ни находок, которые можно смело конфисковать, ни подозрительных лиц, ни лиц убегающих при виде полиции, ни злосчастных УПМ.
— Даже как-то скучно для этого города, — пропел под нос Док и поставил крупную галку напротив склада с номером 19-11.
В нём тоже все было чисто. Наконец остались последние двадцать складов.