— Ну, рассказывай что там новенького у Фрицев, — Кива достаточно быстро напомнила о деле.
— Не так-то и много, ведут они себя сдержанно в целом. Пару раз внуки приходили к старшему Фрицу и минут двадцать что-то обсуждали, но потом всё скатывалось к соре. Они кричали и уходили.
— Что кричали? — несколько меланхолично спросила гостья, ковыряясь вилкой в тарелке.
— Да они всех слуг выпроводили подальше от комнаты, не решилась подходить ближе, — покачала головой Траут, — да и старшая экономка последние несколько дней очень уж пристально за мной приглядывала. Решила не нарываться.
Тяжёлый взгляд наискось сверлил молодую хозяйку дома. Вероника сделала глоток и замолчала, давая время себе на более точные воспоминания.
Соображалось ещё не так хорошо после непродолжительного сна. Целостность мыслей и хронологическая последовательность ускользали. Особой ясности в светло-голубых глазах Вероники тоже не наблюдалось. Поэтому пришедшая не стала её подгонять или одёргивать.
— Экономка? Как её… Гонман? — спросила она.
— Мисс Гофман, — поправила Траут.
— Нехорошо, — Кива нахмурилась, — она видела тебя там, где тебе не стоит находиться?
— Нет, — невыспавшаяся девушка быстро замотала головой, волосы рассыпались по плечам, — точно не видела. Тут уж дело скорее в другом. Я просто хорошо общаюсь с одной девушкой. Она моего возраста и… ну знаешь, которая ищет лазейки, чтобы избавиться от лишней работы, и…
Вероника задумалась как помягче сказать, что её подруга метит в фаворитки одного из молодых Фрицев. Потому что плохо к ней она не относилась и говорить слишком уж грубо про неё как-то не хотелось. Они были подругами.
— Раздвигает ноги перед богатым хозяином? — хмыкнув грубо уточнила Кива, — да такое там случается время от времени. Тогда понятно, Гофман очень верна Фрицам и всячески следит за порядком. Кстати, Вероника, не моё дело конечно же, я тебе не Карвен, но всё же: ты не промышляешь эдаким?
— Нет, — сразу же ответила молоденькая девушка, чувствуя как щёки начинают заливаться краской.
Это предположение несколько оскорбило её, она честная девушка с хорошим воспитанием, и совсем не такая легкомысленная, как её подруга. То, что они дружат, ничего ещё не значит. Гостья довольно кивнула, очевидно радуясь такому быстрому и чёткому ответу, поставила пустую тарелку на стол.
— Это хорошо, потому что такие профурсетки обычно скверно заканчивают, что проблемно и для них, и для Фрицев, и для остальной прислуги, и для людей, — Кива скрестила руки на груди, устало выдыхая, — разгербающих это всё. Вернёмся к делу.
— Да, — решительно согласилась Вероника.
Поднятая тема окончательно её разбудила и привела мысли более или менее нужный порядок. Она вспомнила о чём очень хотела сообщить, но не знала, какая информация для «нанимателя» будет важной, поэтому начала как обычно с ранних событий.
Обо всём по порядку, начиная с прошлой недели и плавно подходя к интересным событиям: ссора со старшим Фрицем, выезд по делам Тироуна с женой, особенно акцентируя момент с передачей писем. Кива слушала внимательно, не перебивая.
— Мою подругу взяли с собой, она камеристка жены Тироуна, и она мне рассказала мельком в беседе, что он дал ей пару писем на отправку.
— Вот, — гостья хлопнула ладонью о стол, — об этом я и говорю, Вероника, такие люди скверно заканчивают. Но перед этим успевают конкретно нагадить. Эти письма уже наделали много бед, а мне работы, говоришь хорошо общаешься с этой особой?
Взгляд полуприкрытых глаз буквально резанул Траут, и она невольно сглотнула. Страшно представить, что могло случиться в дальнейшем будущем, учитывая то, как складывается ситуация. Молодая девушка только молча кивнула, осознавая, что она своими руками указала едва ли не виновницу проблем Кивы, какими бы они не были. А виновников обычно не щадят. Игра в шпионов переросла в нечто большее.
— Чудно, — промурлыкала та, — тогда мне лучше наведаться к ней. Так говоришь как её зовут, где живёт?
— Она живёт в Яркеле где-то на двенадцатой улице, но дома ты её не найдешь. Так как она должна была сегодня поехать с Тироуном куда-то.
— Куда? — сразу же рявкнула Кива.
— Я не знаю, она не сказала, — пробормотала Вероника, глядя на гостью.
Выглядела она несколько свирепо и зло, Траут отпрянула. Скрип стула замер в тишине. В голове у Кивы сразу же сложилось несколько фактов, косвенно подтверждающих друг друга. Первый: Тироун отбыл куда-то, причём сделал это так, чтобы армии это было неизвестно. Значит что-то замышляет или хочет, чтобы что-то осталось тайным. А значит это надо узнать в ближайшее время, пока подручные Фрицев не натворили ещё чего. Ещё больше хлопот, зато шанс пройтись по всей цепочке обрывая её за собой. Если она успеет конечно. Второе: дом на двенадцатой улице, подстилка Тироуна, передающая письма, возрастом с Веронику. Бывала она недавно в одном доме на той улице Яркела. По наводке Берча, который скрипя сердцем выдал ей адреса двоих мёртвых друзей и одного живого, который пока нигде, кстати, не засветился. «И Фред, ну тот который хорошо управлялся с УПМ, ещё сказал, что у него проблемы с семьёй», так вроде бы сказал любитель опиума. «Ох ну если ещё и имя совпадёт. Тогда всё сойдётся», Кива облизнула губы и хищно оскалилась.
Потом она взглянула на притихшую Веронику с застывшим выражением лица. Ещё бы, игра зашла в неожиданно взрослое русло и похоже сестра Карвен это только что поняла. Может быть пожалела о своём горячном, упрямом желании поучаствовать в таких делах. Может быть думала, что же произойдёт с её подругой. Может думала как безопасней покинуть эту аферу. Может обо всём сразу, Киве было не до этого.
— Как её зовут? — этот вопрос звучал уже дважды.
— Элизабет Вайстамм, но ей больше нравится Бетти, — глухо выговорила Вероника, уставившись в столешницу, покрытую лаком.
Руки она спрятала под стол и сцепила между собой, вероятно чтобы пришедшая не видела, как они подрагивают. Ей не хотелось, чтобы подругу убивали. Ей не хотелось убивать самой, а об этом вполне могла зайти речь. Веронике не нужно было читать газеты, в коих было написано о делах отряда, где служила сестра, чтобы понимать куда всё зашло. Сама беседа более чем естественным ходом подвела к этой опасной грани. Кива же не удержала злорадного смешка, но взяла себя в руки, чтобы не сбивать остатки настроя Вероники. Она ей ещё пригодится, чтобы добраться до Элизабет. Какая ирония, из-за того, что доченька втиралась к Фрицу, умер её отец. Его заставили выполнять грязную работу, вероятно угрожая ему гибелью чада. Вряд ли Бетти знала об этом, скорее всего её просто использовали как прикрытие для писем и как рычаг давление на отца. Ну ещё как бесплатную шлюху, почему бы и нет.
— Тогда ты должна будешь кое-что сделать, — Кива барабанила пальцами по поверхности стола, всматриваясь в лицо Траут, — меня не волнует как, но приведи сюда эту девушку на следующих выходных. Не вызывая особого внимания со стороны остальных.
— Чего ты хочешь? — Вероника говорила совсем тихо.
Голос стал немного скрипучим, натянутым. Губы, горло пересохли, но она совсем забыла про свою кружку с водой. Двигаться почему-то не хотелось, будто бы она боялась привлечь внимание хищника.
Впрочем этот хищник не спешил угрожающе урчать и обнажать клыки. Не было у Кивы цели пугать Траут раньше времени, чутьё подсказывало, что та ещё успеет испугаться и не раз за ближайшие недели две. Гостья чуть пожала плечами и ответила.
— Пока что я хочу с ней обсудить Тироуна, потому что она знает больше чем ты. Она должна была что-то видеть и слышать, раз она выезжает с ним за пределы особняка. На ваше счастье пока только это.
— Ты хочешь с ней поговорить? — недоверчиво уточнила молодая девушка.
Термин «поговорить» мог быть слишком обширным в данном случае. В подвалах полиции люди тоже только разговаривают. Своими руками приводить подругу в ловушку? Как-то это нечеловечно. Можно ли быть готовым к такому?