— Я не сомневаюсь в своём выборе. Я устал, очень устал. Я был ещё ребёнком, когда возводили поместье моей семьи, и несмотря на это помню едва ли не каждый закуток. Даже как вырывали русло реки в ближайшем лесу. Представь только сколько в моей памяти событий, о которых я хочу забыть? Надеюсь эта глупая выходка внуков станет последней такой. Хотя, — он зажмурился на пару секунд, — если я буду знать, что это последнее, что они смогут натворить, то мне этого хватит.
— Я прослежу за этим, — важно ответила Кива, — у тебя есть моё слово, Делрой.
Все детали были обозначены парой слов. Сколько старшему Фрицу довелось увидеть, стерпеть «несчастных случаев» у себя в особняке, она могла только догадываться. Потому что сама застала только последние лет двадцать. Он прожил почти в пять раз больше.
— Тогда вези меня к Мигелю, наверное он уже переживает, — распорядился старик и в тоне прибавилось радости, облегчения.
Вскоре они преодолели плац и Кива помогала бывшему королю вставать на ноги и заходить внутрь просторной кареты. Слуга же убирал кресло обратно, одарив незнакомку недоверчивым взглядом. Но с хозяином всё было хорошо, а значит и поводов для беспокойства не имелось. С каменной улицы девушка смотрела как старик устраивается поудобнее для долгой дороги, вытягивает ноги на хитро-встроенный пуф. Когда Мигель уже шёл к козлам, то Делрой посмотрел на провожающую и с достоинством кивнул, прощаясь. Кива почтительно склонила голову в ответном жесте. Хорошо, когда устанавливается взаимоуважение. Карета тронулась с места, ей предстоял путь на север до самого вечера. Может быть, узнав о сегодняшнем визите в Генштаб, Тироун бы и изменил свои действия, да только поздно. Все стороны уже сделали свои ставки и дней через четыре, может пять кто-то запустит настоящее колесо безумия. Быстрая война, состоящая из небольших ударов и запланированных контрмер, как люди, севшие играть в какую-то хитрую карточную игру. Они сначала получают свои карты, изучают их, потом делают предположения какие карты у остальных игроков, назначают ставки, продумывают ходы. Но когда игра начинается, времени что-то менять просто нет.
Девушка проводила удаляющуюся карету взглядом и направилась к южной части города. Дел по горло, хотя теперь они приняли не столь спешный характер. Однако заняться ими всё равно стоило. До шести вечера в планах наблюдение за военным чином Яркела, затем проверка списка въехавших вчера людей в Орвуд. Киве нужны были поддельные паспорта тех пятерых людей. Попробовать что-то нарыть на них, потому что она даже толком не разглядела их лиц. Удобство мрака, коим она сама так часто пользовалась, иногда глумилось и над ней, но она не злилась. Ночь принадлежала всем. Поэтому придётся побегать вечером, чтобы выудить нужные ей имена, подслушивать разговоры, если повезёт, а если снова удача обделит её своей лаской, то самой расспрашивать людей. Ловить редактора или какого-то журналиста отделения газеты «Берг» смысла не имелось, хотя бы потому что она не знает через какого из них попытаются пропихнуть нужный сюжет. Ловить каждого в переулках или в трактирах, выбивая из них нужную информацию, конечно весело и немного расслабляет нервы, но работников в одном отделении было больше двух десятков. А такое схожее у всех происшествие может спугнуть нужного ей человека. Проще ночью просто проверять подготовленные к публикации газеты и ждать, когда попробует запуститься эта цепочка действий. Неплохо так же обыскать отделения и в других городах Сины. На всякий такой случай, потому что разорваться и успеть везде, она просто не успеет физически. «С этой работой может справится и Алонзо, когда он вернётся», решила Кива. Пока приходилось действовать так, незаконно, тратя драгоценное время. У неё не было никакой уверенности в своём положении, поэтому лучше зависеть только от самой себя, своих действий и способностей. Прежнего доверительного, добровольного и искреннего образа работы на Райссов ей всё равно никогда не вернуть. «Иначе буду как Леви и Ханджи, тихой сапой проворачивать свои дела, попутно отбиваясь от настойчивых требований руководства. Проще уж самой ставить начальство перед фактом», она чуть улыбнулась. У разведчиков дел хватает, но сейчас они могут расслабиться. Внимание Закклай обращено на других людей. Девушка свернула в переулок, чтобы сократить себе путь по канализациям.
Если бы Зое познакомили бы с утверждением про расслабленность, то она бы поспорила. Ночью просто сбежала к себе, оставив Леви гасить десятки свечей. Если и заниматься расчленёнкой, то делать это хотя бы при дневном свете. Уже лёжа на койке она подсунула руки под затылок и рассматривала потолок неосвещённой комнаты. Лежала и думала. Ей не раз приходилось видеть трупы на поле боя. Останки тел, оставленные титанами, выглядели тошнотворно. Не раз она сама оказывала первую помощь выжавшим, пережимая жгутом оторванные конечности, фиксируя переломы. Но весь этот ужас был знакомым и привычным, неотъемлемой частью работы разведчика. Странной, но всё же нормой. И это не тоже самое, что самой кромсать трупы. Это некоторым образом надругательство над умершими, и эти опыты делают из неё соучастницу в этом действе. Командор зажмурилась и заставила мысли перейти на анатомический театр. До отъезда из столицы, она купила у одного врача набор инструментов для вскрытия. Они лежали в кожаном свёртке внизу, рядом с набором лезвий и приводом, которые взял с собой Аккерман на всякий случай. Не то чтобы Ханджи думала, что у неё получится сотворить что-то большое и опасное, но кто его знает. Они-то как раз не знают толком с чем имеют дело на самом деле. Идут самым надёжным методом, проб и ошибок. И раз так, то лучше готовиться к этим самым ошибкам заранее. Например, вспомнить как лучше начинать процесс вскрытия. Она изучала этот вопрос годами ранее, ещё тогда, когда производилось самое первое близкое изучение природы титанов. Девушка лежала и думала, с каких частей тела ей лучше начать. С органов? Может просто с нервных окончаний? А может сразу ввести пробный вариант сыворотки в хребет и посмотреть что произойдёт? У неё два тела, следовательно две попытки. Нужно поступать осмотрительно. «Завтра будет сложный день», Зое пыталась расслабиться, чтобы поскорее уснуть и дать мозгу хоть небольшую передышку от всех размышлений. В какой-то мере очистить разум удалось. Однако сон не шёл ещё долго и заснула она где-то глубокой ночью незадолго до рассвета.
А это означало, что утро не принесёт особого заряда сил и бодрости. Так оно и оказалось. Девушка неохотно приняла сидячее положение и потянулась всем телом. За окном виднелось солнце. «Часов девять утра», определила она ещё до того, как бросила взгляд на часы. Зое взяла расчёску и попыталась привести спутанные волосы в порядок. Пока занималась этим делом, пыталась ногами выудить ботинки из-под кровати. Тепло комнаты, подаренное камином, уже давно развеялось и было прохладно. Завязав высокий хвост, девушка взяла с тумбочки черную повязку, которой обычно прикрывала мёртвые останки глаза, и крепко обмотала вокруг головы. Её несколько беспокоил вид шрама на лице и ороговевший глаз. Не то, чтобы внешность сильно занимала её, просто девушка никак не могла привыкнуть к такой перемене. Поэтому когда она спросила у своего капитана, как смотрится повязка, и получила в ответ спокойное пожатие плеч, она осталась довольной результатом. Попав ступнями в ботинки, Ханджи надела очки и наконец встала. Сперва подумалось: «Неплохо было бы сменить рубашку», та ещё не засалилась, но уже явно была не свежей. «А толку? Ты всё равно запачкаешься сегодня», ответил разум. Она недовольно фыркнула, нужно спускаться вниз и начинать этап подготовки. В просторном зале за одним из столов сидел Аккерман и, несколько неожиданно, читал книгу. Рядом стояла дымящаяся чашка чая и частично разобранный УПМ. Времени даром он не терял.
— Что читаешь, Ливай? — заинтриговано спросила Зое, спускаясь по ступеням.
— Да так, нашёл в кабинете Эрвина, — ответил он не оборачиваясь, — просто жду пока масло впитается в детали.
Подойдя ближе Ханджи в самом деле разглядела небольшие ёршики, две отвёртки, рядом на тряпице стояла баночка с технической смазкой. Судя по всему парень встал несколько часов назад и уже закончил с частью бытовых дел.
— А я подумала, что ты со скуки добрался до моих книг, — пошутила девушка, разминая пальцы и кисти.