— Это правильно, — рассудительно заявил Леви, — но пока идёт шумиха, я бы предпочёл перевести стрелки на другое дело, которым мы сможем спокойно заниматься.
— А, залечь на дно? — девушка хитро улыбнулась, вспоминая жаргонные фразы.
— Примерно, — капитан кивнул, не разделяя энтузиазма командора.
Вскоре они свернули на главную улицу, ведущую к внутренним воротам, и вновь замолчали. Поездка и без того была долгой, напряжённой и выматывающей. Иногда Аккерман дивился своему терпению и сдержанности, поскольку общество разговорчивой Зое даже в таком путешествии надоедало. Она, будто оставив самые гадкие воспоминания в родном штабе, возвращалась к своему прежнему состоянию. И наверное это само по себе хороший знак, но уже приближаясь к Сине Леви пару раз достаточно резко и грубо давал знать, что не намерен ни участвовать в разговоре, ни слушать её безумное бормотание. Впереди показался провал ворот и замелькали фонари стражей, Аккерман пришпорил коня, призывая Зое ускориться.
Через час они сидели в столовой казарм столичного Гарнизона и поедали поздний ужин. Досмотр на вторых воротах прошёл без происшествий, так как обстановка там была более спокойной чем на внешних воротах, где ожидали незваных гостей ночи. Уже минут как десять назад они сдали лошадей конюхам, и животные вернулись в конюшню, откуда и были взяты почти две недели назад. Можно сказать: круг замкнулся, поездка окончилась. Теперь они снова тут, пытающиеся отвоевать прежнюю независимость и самозанятость, как это было при Эрвине или Шаддисе. Эти мысли не давили, но крутились на кромке сознания, Ханджи вяло помешала ложкой полупустую тарелку супа, словно пытаясь разогнать эти навязчивые размышления. «Пара задумок есть, но», тут напротив с грохотом поставил свой поднос Леви и девушка подпрыгнула на скамейке, мысль оборвалась.
— Знаешь, что я узнал от офицеров? — парень, садясь, указал вилкой в сторону одного из столов, за которым виднелась группа из восьми человек.
— Узнал, где сейчас наши шесть подчинённых? — она весело сверкнула глазами. — Потому что где седьмой Форстер мы знаем — он дома.
— Ну можно и так сказать, — Аккерман недобро нахмурился, — Найл не занимается безопасностью наших ребят, он отбыл сегодня в поместье Фриц, и насколько я могу судить: он до сих пор там.
— О нет, значит они угодили к Дариусу, — Зое ударила лоб ладонью, как будто в досаде, — ну почему.
— Это значит, что тебе придётся их как-то вытаскивать, — Леви подцепил вилкой содержимое тарелки и, прежде чем отправить его в рот, пристально рассматривал.
— Ну почему только мне, — забубнила девушка, — ты разве не поедешь со мной завтра? Мне казалось у вас с Закклаем есть какое-то понимание.
— Не поеду, я всего лишь капитан, а обсуждать такие вопросы с руководством может только командор. На эту должность Эрвин, — сухо напомнил Аккерман, — назначил тебя, не меня. За что ему огромное спасибо.
Имя самого важного в его жизни человека было сказано нарочито равнодушно. С этой стороной вопроса Леви почти что договорился. Эмоции поддавались прежнему, нерушимому контролю, что радовало и одновременно навевало приглушённую тоску. Среди оставшихся ветеранов, на должность командора годилась только Ханджи и все это и так знали. Но Смит настолько доверял ей ещё до того, как численность Разведкорпуса сократилась до девяти человек.
— Даже если я повышу тебя до майора? Вместе с жалованием? — Зое старалась, чтобы голос звучал убедительно и решительно.
Девушка явно пыталась подкупить его, точнее склонить к принятию участия в завтрашней поездке. Прибавка к ежемесячному доходу никогда не бывает лишней, в этом Аккерман никогда не сомневался, даже если и тратить деньги ему особо некуда.
Но был он уверен и в том, что не хочет завтра никуда ехать, так как пользы от этого не будет. Вечно быть неким громоотводом и оттягивать хотя бы долю внимания Закклая на себя он просто не может. Зое нужно что-то делать с этим самой или учиться стойко выдерживать все нападки, намёки, подталкивания. Это работа служащих перед любым руководством. Поэтому Леви ограничился одним, но весьма говорящим взглядом, ставя точку в этом вопросе.
— Ладно, ладно, я поняла, — Ханджи примирительно подняла ладони вверх, — просто у Найла получить их было бы в разы проще. Кстати, а что он делает у Фрицев?
Задавая этот вопрос, она зарылась правой рукой в волосы, совершенно не заботясь что делает это прямо над тарелкой с едой. Девушка озадаченно и чуть удивлённо хмурилась, очевидно только уразумев логическую несостыковку. Что ж, над ней капитан уже думал какое-то время, как только услышал эту часть новостей. И опытный мозг уже навязчиво вырисовывал общую картину всего происходящего, один из вариантов по крайней мере. И Аккерману не нравилось то, что он видит. Он изучающее взглянул на командора и решил, что делиться своими выводами сейчас будет опрометчиво.
— Не знаю, но вероятно дело значимое, раз его послали туда сейчас.
— Думаешь это как-то связано с УПМ и ростом недовольных новой властью? — голос девушки звучал тихо, так чтобы никто кроме её собеседника не смог расслышать слов.
— Думаю да.
Ограничившись кратким ответом, Леви приступил к запоздалому ужину. Смысла рассуждать сейчас о том, кто что задумал, кто что хочет получить из этой ситуации, кто какие цели преследует, по чьей воле всё принимает такой оборот, просто не было. Хотя бы потому что Аккерман не хотел принимать во всём этом участия. Разведчики принесли победу прошедшей революции, она приблизила общую победу человечества. А то, что происходит сейчас, далеко от этого и походит скорее на неизбежную расправу над проигравшими, которые и так никогда не нравились. Сейчас такой повод без особого осуждения, лишнего внимания убрать всех таких людей. За фанфарами победы всегда будут слышаться крики боли проигравших, и скоро станет на одну благородную семью меньше. «Если уж на то пошло, то даже похищение приводов могло быть подстроенным, чтобы обеспечить грамотный и правдивый повод. Это же как поджечь дом в деревянном квартале — загорится всё по итогу», отметил про себя парень. Но если вся эта игра и была спровоцирована, то тогда смысла встревать и грузиться нет. Потому что уже всё решено или хотя бы спланировано. Им и так есть о чём подумать, например чем заняться после экспериментов. Об этом можно было подумать и лёжа на кроватях, впадая в сон, что они и сделали.
Найлу же было ни до сна, ни до отдыха. Хотя мягкие диваны в просторной, роскошно обставленной комнате приглашали располагаться как угодно. Мужчине казалось, что он попал в какой-то безумный день, который не собирался заканчиваться. Голова уже порядком гудела от крутящихся мыслей и наливалась свинцовой тяжестью. И несмотря на эти старания, пользы было немного. Но он же должен что-то сделать с этой проблемой, это его прямая обязанность. А проблема была и совсем не маленькая. Бывший король исчез, не оставив ни единого следа. Поначалу ему будто бы не хотели об этом сообщать, собственно его прибытие было воспринято в штыки. Найл про себя успел посомневаться в успехе всей затеи и когда, спустя полчаса его нервов и вежливых, настойчивых убеждений, ему сказали, что он физически не сможет передать документы лично в руки бывшему правителю, он был просто в крайнем недоумении. Полминуты командор просто молча стоял и пытался понять, как ему трактовать данное высказывание. Когда же до него дошло, то в особняке начался хаос, совмещённый с расследованием под его чутким руководством. Солдаты, охраняющие или сторожившие территорию поместья, мигом были разделены на несколько групп: внешнюю и две внутренние. Внешние занимались наблюдением за участком, чтобы никто не входил и не выходил, так же был послан гонец в столицу с кратким описанием ситуации и вызовом дополнительных сил Военной Полиции. Помощь им понадобится. Всех домочадцев, в том числе нервных и местами озлобленных хозяев и их детей, развели по разным комнатам, ограничив таким образом контакты, и поставили часть солдат их охранять. Нервозность некоторых из Фрицев в этой ситуации выглядела весьма подозрительной. Они явно что-то скрывали, и так как в такой ситуации вариация была ничтожно мала, Док подозревал их в убийстве старого Фрица, потому иначе объяснить исчезновение целого трупа было бы невозможно. Но именно этот вопрос ему и стоило прояснить, он же командор как никак, да и люди не пропадают в никуда. Убрав мешающих, и возможно виновных, обитателей поместья, Найл, взяв последний небольшой отряд, направился исследовать громадное здание на предмет улик, следов, и всего того, что могло помочь ему с пониманием ситуации и того, что скрывают отпрыски пропавшего. Обыск начали с комнат верхнего этажа, и закончили только через несколько часов в подвальных комнатах. Искали что угодно и где только можно: маленькие клочки ткани, любой крохотный беспорядок в интерьере, затёртые буроватые пятна крови, частицы костей и зубов в золе, которую выгребали из всех каминов каждые несколько дней и сваливали в ларь. Но всё было чисто и ничто не подтверждало конкретных подозрений. Лишь в одном из нижних каминов виднелось слишком много чёрной сажи.