Но на счастье и везение Разведкорпуса, такой отряд существовал в единственном виде, а все прочие полицейские не представляли никакой серьёзной угрозы из-за собственного раздолбайства. Леви, потирая непривычную нагрудную пластину и новые ремни, туго обхватывающие не только туловище, ноги, но ещё и руки, задумался над тем: приходил ли на одну из таких площадок Кенни? Или же у центрального отдела была где-то своя личная, спрятанная от всех посторонних глаз. По сути это не слишком будоражило любопытство парня, чтобы пытаться разузнать или спрашивать у Кивы об этом. Ему лучше собраться на планировании тренировок. Возможности новых УПМ помогут и при зачистке территорий от титанов, но больше пользы они принесут в столкновении с людьми. Рано или поздно им придётся вступить с ними в бой. Следует быть готовым. Будут новые города, новые технологии, новое оружие. Нужно улучшить имеющиеся навыки, чтобы выстоять в случае нападения. Кто знает, что произойдёт через неделю, со внутренними проблемами ещё только разбираются. Леви поморщился, стоило этой мысли скользнуть в голову. То, что происходило сейчас не касалось ни его, ни Разведкорпуса. Сейчас есть кому решать эти вопросы. Единственное чего не хотел Аккерман, чтобы разведчики использовались как пешки в этой игре. Неважно кем и не имело значение для чего. Словно бы только Смит мог расставлять своих солдат в нужном ему порядке, чтобы достичь результата. И никто не смеет и пытаться так же манипулировать ими. Только Эрвину Леви безоговорочно доверял, а всем остальным нет. Да и что происходит сейчас? Последние переделки власти под шумок, пусть и приносящие пользу простым людям за счёт выкорчёвывания прогнивших богачей. Поэтому он и Ханджи постараются сосредоточиться на своих обязанностях, не вовлекаясь во все такие дела. Эрена и Армина не удалось вытащить из цепких рук Генштаба, но зато остальные четверо уже должны ехать сюда. Пять приводов нового образца лежали под скамейкой в не распакованных ящиках. Их заказали ещё до отправки к Шиганшине, и похищение части устройств было не очень хорошим знаком. И мозг Аккермана выдал два самых важных вопроса. Кому их хотели передать? Против кого их хотели использовать? Разумеется против новой власти, а вот кто взялся бы за реализацию нападений и саботажа большая загадка. Таких людей никогда не видно до того момента, как что-то начнёт происходить, и без разведки никогда не можешь знать наверняка откуда прилетит удар. Это всё заботы Генштаба и Военпола. Леви прекрасно видел, что и командующий играет в какую-то свою игру, чтобы получить как можно больше желаемого. Оставалось надеяться, что старик не заиграется. Парень решил, что хватит с него этих размышлений. Он готов действовать, если что-то в планах Разведкорпуса пойдёт не так. Это главное и нечего эту тему мусолить. Капитан направился к скамейке с оставленным УПМ, ему ещё нужно отработать упражнения, чтобы лучше понять модель обучения своих солдат. Наверху солнце незаметно начало катится на запад, середина дня прошла.
А к северу от стены Сина день только разгорался и набирал свою силу вместе со всеми вытекающими. В который раз за последнюю неделю в особняке бывших королей царило безумие. Но в этот раз оно носило агонизирующий характер со стороны и обитателей, и гостей полицейских. Потому что прибывшая гостья несла с собой наказание для всех. Когда несколько часов назад Кива вполне себе спокойно ехала в карете к своей цели, прокручивая в голове свою роль, фразы, жесты, моменты, на которые стоит обратить внимание, она и не подозревала насколько ситуация ухудшилась. Поездка слегка усыпила девушку своей монотонностью. Ничего не происходило, мерное покачивание, знакомый стук копыт, возница что-то напевал себе под нос, затем повозка резко остановилась. Сознание мигом скинуло оковы заторможенности, через долю секунды Кива уже стояла пригнувшись у дверцы, осматривая вид из окна и вслушиваясь в то, что могло творится снаружи. Лес, кусты, недовольное фырканье двух лошадей. Никого лишнего, по крайней мере на первый взгляд. Рука уже легла на рукоять ножа в кармане. От такого человека, как Закклай можно было ожидать чего угодно. Вдруг после Орвуда они лишь сначала ехали на север, а потом свернули и её отвезли прямо в расставленную ловушку. Затем она нахмурилась, потому что вдруг что-то не так возле поместья Фриц? Закрались дурные предчувствия, что-то явно пошло не так. Поколебавшись, Кива всё же открыла дверцу, готовая в любую секунду прыгать, отскакивать и бежать в сторону, и недовольно спросила кучера.
— Ну? Чего остановился.
— Там, — мужчина помялся, — что-то там неладное, посмотрите сами.
Девушка впрыгнула из кареты, налету оглядываясь. Никого вокруг них не было, во всяком случае на расстоянии выстрела из винтовки. Только проезжая дорога, местами полысевшие деревья, видневшееся знакомое поместье и ограда. Значит они уже приехали, ну почти. Приземлившись на ноги, она выпрямилась и петляя подошла вперёд к облучку. Служащий не заметил её странной траектории, он озадачено рассматривал что-то впереди. Не почувствовав угрозы, Кива немного расслабилась и вгляделась в видневшиеся закрытые ворота, высокие решётки. Предчувствие потемнело и грозовым облаком вплыло в сознание. В траве виднелись тела, цепочкой расположившиеся аккурат вдоль ограждения. Царила неправдоподобная тишина. Первой мыслью было, что это трупы полицейских, и что Фрицы, дождавшись своих людей, глупо сбежали. Но затем логика внесла свои поправки и сомнения. Убийцы-то может оставляют мертвецов где попало, но никто не может убить одновременно всех охранников на их местах. Разве что нападающих было ровно столько же и действовали они абсолютно синхронно. Хотя может тела просто перетащили, чтобы всех запутать. Девушка ещё раз осмотрела окружающих их лес, затем перевела взгляд на окна особняка. Никаких признаков активной жизни, несмотря на то, что утро уже перешло в день, бывший в самом разгаре.
Из каминных труб не вился дымок, хотя уже пора было протапливать хотя бы одно жилое крыло. На улице не было ни садовника, ни конюха, занимающихся своими делами. Тёмно-синие глаза лже-посланницы Генштаба скользнули к дороге, а потом к пожухлой осенней траве и подступающим деревьям. Никаких следов на траве, во всяком случае здесь.
— Отгони вправо, — скомандовала она кучеру, — сойди с дороги.
Тот молча кивнул, сдал назад и направил лошадей на грязно-жёлтую траву, местами покрытой опавшими листьями. Если что, так будет проще отступать. Сама девушка, засунув руки в карманы пальто, направилась по левой обочине вперёд. Ступала осторожно, словно требовалось быть тихой. Она рассматривала укатанную колёсами землю на предмет следов. И они были. Следы одной лошади чётко впечатались в дорожный тракт, как будто бы животное везло на себе что-то тяжёлое. Лошадь ехала от особняка и это были самые свежие следы, поверх них не было новых. Не было также ни отпечатков колёс, сапог или других лошадей. «Значит минимум один всадник», отметила девушка про себя эту информацию. Пока это никак не проливало света на случившееся здесь. Кива приблизилась к ограде, рассматривая лежащих людей в форме полицейских. Они…спали. Она видела как вздымаются их груди, спины, бока. Слышала их дыхание, перемешанное с сопением. Они не могли сами так уснуть, значит кто-то их усыпил. Для чего? Девушка прищурившись посмотрела на особняк. Да что происходило там этой ночью? Она развернулась и помахала рукой вознице, показывая, чтобы он подъезжал ближе. Попробовав открыть ворота, Кива поняла, что те заперты.
— Очень интересно, — пробормотала она себе под нос.
Осталось только будить спящих и спрашивать у них. Возле одной женщины полицейской что-то тускло поблёскивало. Гостья немного наклонилась вперёд. Ключ. Кто-то специально оставил его на самом видном месте. «Значит тот, кто покинул особняк ночью решил не прятать его, а оставить. Хотя мог закинуть подальше в траву, и тогда пришлось бы ломать решётку. О чём это может говорить?», пока она думала, сзади раздалось фырканье лошадей.