— Такой редкий подарок? — с интересом спросил Эрвин у вернувшийся Кивы.
Девушка плюхнулась на стул, справа от неё уже никто не сидел, поэтому ей пришлось тянуться за тарелкой с каким-то чудом кулинарии.
— Ага, это саженец железного дерева, лучшего подарка и не придумать не только для них, но и для всего города.
Её лицо было почти безэмоциональным, лишь с легкой тенью праздника, но Смит был уверен, что она гордиться собой.
— Внутри стен таких деревьев не осталось после падения Шиганшины, я слышал что редко из ковчегов стены Мария доставляют такую древесину.
— Да, в основном их сплавляют по реке, если конечно кто-нибудь осмеливается выйти за стены и успевает срубить хотя бы одно дерево.
Эрвин конечно знал, что у тех городов в основном встречаются аномальные гиганты, которые были в разы опасней обычных, что собираются в основном на юге возле Троста. Поэтому добыть железное дерево было очень дорогим удовольствием, а если посадить и выращивать свои деревья внутри стен, то это будет не затратно и позволит не рисковать жизнями ради такого ресурса.
— Выходишь за внешние стены? — хмыкнул Эрвин, — гражданским нельзя даже подниматься на них, не то что выходить за пределы.
— Иногда приходится выбираться туда, а обойти охрану никогда не бывает сложным, так что с этим всё гладко.
— А что насчет титанов? Запрещают ведь не просто так, а из-за опасностей.
— Проблемы нет, лезвиями управляться умею, в нашем мире это просто обязательный навык, да и против людей оружие неплохое, — девушка оскалилась, глядя на Эрвина.
Не успел Смит задать очередные вопросы про работу девушки на Райссов, хотя разговор почти пришел к этой теме, как их прервали налетевшие дети, которые начали едва ли не стаскивать Киву со стула.
— Кива! Пойдем покажешь нам как сбить все десять банок, мы пытались у нас не вышло, — заговорили они наперебой.
Девушка не выглядевшая особо радостной таким мельтешением детей, попыталась избежать такого развлечения.
— Малышня, я не одна в этот приезд, со мной рядом гость, и было бы неприлично его покидать.
— Можешь не переживать, Кива, я посижу с твоим гостем, пока ты отдыхаешь, — раздался сзади голос Вилберта.
Девушка недовольно обернулась, но начала вставать, уступая стул пожилому мужчине. Он чуть улыбался, и все понимали, что тот надоумил детей отвлечь девушку.
— Прекрасный подарок, о большем и мечтать было нельзя, — поблагодарил он её, — ты приехала сюда развлечься и отдохнуть, а не сидеть весь вечер на одном месте.
Кива что-то проворчала сквозь зубы, когда толпа детей повела её к шатрам с конкурсами.
Вилберт присел и добродушно взглянул на Эрвина, даже чуть виновато. То ли дело было в выпитом, то ли сама ночь размягчила старика, судя по-всему расположенному к разговору.
— Не сомневаюсь, она снова выиграет все призы там. Я не хотел бы, чтобы она сегодня думала о работе или вспоминала о таком, уж прошу прощения. Не надо быть умным, дабы понять, что рано или поздно два военных человека придут к теме войны и смерти.
— Мы не успели дойти до чего-то мрачного, — пожал плечами Смит, поворачиваясь к новому собеседнику, — она не слишком разговорчива, когда дело касается её саму.
— Да, есть такое, хотя она частенько бывает в настроении потрепаться, если задавать правильные вопросы.
— Давно её знаете? Потому что я знаю её только несколько дней, — Эрвин порадовался, что сейчас беседа со стариком идет сама собой.
Мастер потер подбородок, чуть задумчиво глядя на костер.
— Знаю её лет почти двадцать наверное, могу сказать, что её просто надо научиться понять. Кива уже тогда работала на Кенни Аккермана, и у этих двоих было какое-то особенное бессловесное понимание.
— Думаю, что понимаю о чем вы. Не всегда нужны слова чтобы выразить свои эмоции, — вспомнив как Леви угадывает его мысли, Эрвин улыбнулся, — она уже тогда работала в полиции? Учитывая назначение её отдела не сказал бы, что это хорошее место. Мы, да, убиваем титанов, но они убивали людей, пускай не все они были хорошими.
— Я всегда думал, что ей лучше будет без всей этой грязи, — старик мрачно кивнул, — даже раз пытался поговорить с Аккерманом, но тот просто проигнорировал меня. Это были нехорошие дела, и меня расстраивало то, что у Кивы они хорошо получаются. Но, — он помедлил, покачал головой, налил в свой кубок вина.
Смит внимательно слушал внезапно разговорившегося старика. Было и любопытно и познавательно, он узнавал какие-то детали прошлого. Того самого прошлого, когда он стремился за стены к внешним врагам, хотя надо было разобраться что происходит внутри. Кинмаер продолжил, на лице читалось сожаление и грусть.
— Но когда беда пришла в наш город, именно их умения и опыт помогли нам вернуть всё на свои места. Некоторых из наших горожан, в том числе и жену моего старшего сына, похитили, как мы полагали, работорговцы. Никто не мог нам помочь ни полиция, ни гарнизон, ни влиятельные люди, поэтому нам пришлось опуститься до тех методов, которые мы всегда презирали и недолюбливали. Тогда я и мой сын поехали в Митру и обратились прямо к Кенни, мы были в отчаянии.
— Ничего не делается просто так, — заметил командор, — вы предложили им свои услуги.
Кинмаер, отпивавший вина, покачал головой, допив продолжил.
— Не совсем так, изначально они ничего не требовали взамен, уже в конце после того, как все, кто был в живых вернулись домой. Мы предложили им как вознаграждение помощь и поддержку, и Аккерман согласился. Кива в частности помогала нам разыскать спрятанные дневники моего учителя, Анхеля Аалтонена.
— Того самого, что создал УПМ? Поразительно, я думал, что не осталось его учеников. Должно быть вы и разработали УПМ нового типа?
Кинмаер выглядел польщённым.
— Я очень старался, делая эту работу. Как я погляжу вы не плохой человек изначально, просто обязанности работы накладывают на многих свой отпечаток. Но кому-то приходится делать горькую работу, принимать тяжелые решения.
— Да пожалуй так, — согласился Смит, вновь вспоминая о своём отце.
Дальше они долго говорили и рассуждали о чем-то не особо важном, раз на утро Эрвин не мог точно вспомнить о чем. Помнил лишь, что где-то за несколько часов до рассвета он откланивался и отправился поспать в гостиницу. Приятно усталый от событий дня, даже чуть отдохнувший душой. Перед его уходом Кинмаер сказал, что с утра к нему зайдут и отведут на собрание. И Эрвин надеялся, что успеет поспать достаточно времени, чтобы набраться сил.
А на парапете уже построенной стены сидела в одиночестве Кива и задумчиво глядела на горизонт, где вот-вот должно было показаться солнце.
Комментарий к Праздничная ночь.
Как много я оставил вам намеков на ещё одну работу о приключениях Кивы, главное теперь собраться когда-нибудь и перевести в печатный вид:3
Спасибо тебе, дорогой читатель^^
Так же хочется поздравить свою бету с возвращением. Пускай у неё мало сейчас свободного времени, главы будут медленно, но верно приводиться в приличный вид:3
========== Собрания. ==========
Утро началось в часов девять утра, именно на эту цифру указывала стрелка часов, когда Смита опять разбудил стук в дверь. Только в отличии от вчерашнего этот стук был более деликатным. Раздался знакомый голос, который ночью толковал об охране города в этот праздник.
— Эрвин, просыпайтесь. Совет скоро соберётся.
Мужчина медленно открыл глаза, голова не болела, просто прерывистый сон не особо освежал. Но Эрвин привык к такому недосыпу, поэтому без особых усилий заставил себя сесть на кровати. Единственной рукой он потер глаза, помнил как дошел до гостиницы, но не мог вспомнить как уснул или как дошел до комнаты. Голос за дверью повторил свой призыв, и мужчина удивился тому, что за ним пришёл лично Кимаер. Старик вчера вроде прилично так выпивал, не отставая от Эрвина, который за годы посиделок с Леви, научился долго пить и не хмелеть. Мужчина наконец ответил, порадовавшись и удивившись, что за вчерашнюю ночь они перешли от фамилий к именам.
— Да, пару минут и я буду готов идти.
Стук прекратился, Вилберт терпеливо ждал в коридоре, пока Эрвин встал и оделся. Потом он прошел во вторую небольшую комнату, встал напротив зеркала и раковины. Взял заботливо поставленный кувшин с холодной водой и вылил часть себе на лицо, посмотрелся в своё отражение. В целом Смит нашел своё лицо в адекватном состоянии для переговоров, учитывая, что вряд ли ему придется прикладывать много усилий, чтобы убедить совет. «Сомневаюсь в том, что они будут в чистом и твердом сознании», подумал он, вытирая полотенцем капли холодной и освежающей воды.