— Весьма занято, потому что на мой взгляд всё осталось. Люди приходят и уходят, а улицы остаются теми же, — девушка как-то покачала головой, разминая затекшую шею.
Что-то в этом жесте или в интонациях заставило Осборна бросить взгляд на дверь. Внутренняя интуиция подсказывала, что чем быстрее он доберётся до туда, тем лучше для него. Но он отмахнул эту навязчивую мысль, списав её на справедливые опасения. Кива бросила взгляд на сидящего мужчину, глаза её как-то странно блеснули.
— Что если твоё понимание нового отличается от моего? Вы, — она чуть насмешливо продолжила, — никогда не думали, что дело в чём-то большем чем в слепом следовании порядку?
— Это не имеет такого значения, твоё время прошло и, кажется, ты не хочешь добровольно уступить.
Он дал сигнал своим охранникам готовиться к прямым действиям, те стали осторожно подходить ближе, доставать оружие. Девушка устало выдохнула и начала говорить, одновременно поворачиваясь спиной к окну. Её вопрос прозвучал неуместно.
— Ты ведь знаешь, Грегор, какую ошибку допускали очень многие, ведя дела с Кенни? — она повернулась наконец к ним лицом.
Теперь она выглядела совсем иначе и эти перемены настораживали людей, которые уже готовились наброситься на неё. Глаза были широко раскрыты, на лице блуждала какая-то радость, знакомый оскал обнажил зубы. Осборн смотрел на неё не мигая, стараясь уловить малейшее движение, он не ответил ей на заданный вопрос.
— Они все думали, что он действует в одиночку, — на секунду эта фраза повисла в густом от напряжения воздухе.
Дальше все произошло слишком быстро, как картинки из книжки, где кто-то очень быстро листает страницы. Осборн воспринимал всё как в замедленном виде. Как только девушка произнесла эту фразу, она стала наклоняться вперед и сгибаться, кто-то начал движение к ней. И тут окно, в которое Кива смотрела последние минут семь, разлетелось. Нет, что-то влетело в окно, разбивая его в мелкие осколки. Одновременно со всем этим он сам начал вставать. Девушка над которой нечто пролетело, начала как-то сворачиваться вниз и прикрывать глаза предплечьем руки, одновременно отворачивая голову в сторону. Не успел Осборн подумать что это для того, чтобы уберечь лицо от стекла, как что-то, стремительно к ним прилетевшее, приземлилось примерно в центр комнаты и разорвалось с грохотом. Дальше он ничего не видел — вспышка ослепительно-яркая, невыносимо-белая выжигающая глаза, озарила всю комнату, лишив всех присутствующих зрения. Всех кроме Кивы.
Девушка отсчитав секунд семь после раската снаряда, подняла голову, осматривая результаты: слепые, потерявшие ориентацию, беспомощные. Кто-то кричал, кто-то держал руки у глаз в какой-то безумной надежде прозреть, кто пытался найти выход, кто уже упал, кто-то впрочем успел достать оружие. У неё было минуты две, пока они не придут в себя. Она, ещё сидя на корточках, рукой вырвала кусок доски на полу и достала нож, который сама спрятала сюда ещё три дня назад. Рукоять оружия удобно легла в руку. Время начинать, ей не нужны все, ей нужен живым только Осборн. Кива подскочила к ближайшей жертве, полоснула по горлу, одновременно подсекая ногой рядом стоящего. Человек упал и попытался на ощупь защититься руками, но лезвие ножа вонзилось ему в шею. Девушка, присевшая на корточки, сделала прыжок вперед распрямляясь. Следующий удар ножа вспорол мужчине живот, и девушка оттолкнула его, визжащего от боли и ничего не видящего, к кучке из четверых парней. Он сбил их, кто-то упал, кто-то водил руками, ориентируясь только на слух. Ослепленных людей крики боли своих товарищей сбивали с толку ещё больше, учитывая с какой скоростью всё происходило. И пока они как-то нелепо барахтались, Кива их и прикончила четкими движениями ножа. Затем она подскочила к двум охранникам, раньше стоявших возле двери, а теперь неуклюже натыкавшихся на стены. Ещё два разреза, неровных, но зато точных. Кто-то из оставшихся начал доставать револьвер, быстро моргая. Кива метнула нож, вонзившийся тому в руку, затем последовала рывками за ним. Схватила рукоять и дёрнула в сторону. Человек, рука которого была проткнута ножом, повинуясь боли упал и девушка ногой наступила ему на шею, одновременно выдергивая лезвие из руки. Она обернулась, Осборн, который каким-то краем сознания успел понять, что произошло, интуитивно на четвереньках полз к двери. Не медля ни секунды, девушка ударила его по лицу ногой, оглушая и разбивая скулу. Рядом, пошатываясь стоял его охранник, который споткнулся о своего хозяина и начал падать, Кива поймала его грудь на нож. Мужчина как-то дёрнулся пару раз и затих. Она отбросила труп, вновь освобождая лезвие. Осталось пятеро, прошло уже секунд тридцать или сорок, скоро зрение начнет медленно возвращаться. Возле опрокинутого стола стояли двое, которые шарили руками, впрочем догадавшихся взять оружие в руки. Но по-прежнему беспомощных, потому что вспороть им глотки не составило труда. Последняя группа, стоящая у второго окна. Подскочив к близстоящему, девушка ударила его по ноге, вышибая опору, мужчина начал падать вперед. Она подхватила его и оттолкнула на оставшихся двоих так, чтобы он сшиб их на пол, где она сможет их добить без особых проблем. Он задел одного, но сам не упал, схватившись за подоконник. Рухнувшего девушка добила, лихо присев, а затем так же быстро вскакивая назад полоснула на наотмашь снизу вверх по шее и лицу первого. Тело обмякло, а от толчка он завалился на окно. Стекло треснуло и его тело выпало вниз на улицу. Остался последний, который тоже не смог избежать участи своих сотоварищей. Считая этот способ самым верным и надежным, Кива постояв вспорола ему шею.
Прошло не больше полторы минуты с того мгновения как ослепляющий снаряд прилетел в эту комнату. Девушка позволила себе сбавить темп и оглядеться. Такой темп давался ей без той природной легкости, которая была у Кенни, поэтому ей пришлось перевести дыхание. Кровь, раздрай, тела и уже умирающие хрипящие люди, захлёбывавшиеся своей кровью. Она осматривала всё это, одновременно прокручивая события в голове. Сочла все действия правильными и убрала верный нож во внутренний карман рубашки. Переступая через трупы она вернулась к окну, возле которого стояла минуты две назад. Похлопала руками, даря кому-то аплодисменты за хорошую работу. Затем ладонью провела по своему затылку, показывая как близко снаряд пролетел над её головой. Разглядела какой-то ответный жест, покачала в ответ головой и ткнула двумя пальцами в пол, призывая спутника остаться на месте, и указала на глаза, показывая, что нужно наблюдать за этим местом ещё какое-то время. Все жесты передавались уже в мертвой тишине. Получила согласие, с этим всё. Теперь нужно сдать Осборна полиции и воспользоваться широким спектром услуг подвалов тюрьмы. Кива отошла от разбитого окна, осторожно переступая через осколки стекла и тела, стараясь не наступить в теплые лужицы уже натекшей крови. Алая жидкость конечно запачкала ей рукава и ворот рубашки, местами попала на штаны, но можно было ведь не пачкаться ещё больше.
Уже прозревший и вернувшийся в сознание Грегори начинал шевелиться. Кива постояла над ним, прикидывая как лучше ей поступить. Можно было его оглушить ещё раз и выволочь, можно было не прикладывая усилий просто спихнуть с лестницы и дотащить до оцепления полицейских, пока он окончательно не пришёл в себя. Она взяла его за шиворот и потащила к двери. Мужчина стоял на четвереньках и пытался встать на ноги, поэтому, когда его потянуло вперед, то он упал впечатываясь лицом в пол. Но он всё равно активно пытался затормозить движение и старался подняться. Они уже были у лестницы, когда Осборн начал вырываться уже со всей силой. Кива ногой толкнула его вперёд и мужчина кубарем покатился вниз по лестнице. Девушка неспешно стала спускаться следом, ей беспокоиться было не о чем. На промежуточной площадке жертва уже кое-как встала и ринулась вниз к спасительному выходу. Это вызвало у Кивы приступ хохота, злого и веселого.
— От того, что ты убегаешь, толку тебе не будет! — крикнула она ему вдогонку.
Когда она спустилась на первый этаж, то дверь хлопнула, закрываясь — Грегор выбежал на улицу и весьма вероятно направлялся прямо в руки полицейским. Выйдя наружу, Кива оглядела тихую улочку. Труп мужчины лежал возле дома в обломках рамы и стекла. Падая он перевернулся и приземлился на голову, поэтому шея была сложена под неестественным, отвратительным углом. Никого лишнего девушка не заметила. В противоположной стороне хромающий Осборн скрылся за поворотом. Кива направилась за ним, медленно и неизбежно приближаясь.