Молча девушка спустилась по лестнице. Тишина её не тревожила, лишь внутреннее чувство одиночества чуть скребло на душе. С этим можно было совладать. С этим нужно было совладать. «Ну и я не совсем одна», вернувшись на кухню, Кива помешала овощи в кастрюле, содержимое сковородки и вернулась к столу, где она положила книги. Есть ещё минут пятнадцать до позднего ужина. Она листала драгоценные томики, быстро просматривая знакомые страницы. Вот сборник мифов о титанах, а вот энциклопедия из дома Райссов, а последняя книга похожа на учебник истории, только с частично выдранными, смятыми страницами. Единственная из них в приличном состоянии, так это та, что хранилась у Райссов. За остальными пришлось очень много побегать в своё время. «И все три нужно передать разведчикам», Кива откладывая книги в сторонку. Нос подсказывал, что пища готова. Кастрюля и сковорода были убраны с огня, ещё один взгляд в окно. Девушка набрала в кувшин воды, ловко протёрла столешницу тряпкой и стала доставать тарелки и приборы. Поглядев на накрытый стол, она раздражённо закатила глаза.
— Ну, ты там стоишь уже часа три, — рявкнула она, накрывая стол на вторую персону.
Слова сказанные в тишине прозвучали дико, но через минуту в входную дверь осторожно постучали, как требовали того правила приличия. Кива подошла и открыла хитрый, защитный замок. Если кто-то решит выламывать его, то проще ломать сразу стену дома. На улице уже смеркалось, поэтому детально рассмотреть тень в плаще на пороге не удавалось.
— Проходи давай, — бросила девушка.
В голосе боролись усталость и раздражение. Хорошо знакомая ей фигура проскользнула в дом и Кива закрыла за ней тяжёлую дверь.
— Я думал, что ты меня заметила не так быстро, — оптимистично произнес гость, снимая плащ.
— Алонзо, ты научишься быть незаметным, когда мне будет лет пятьдесят, — девушка пошла обратно на кухню, — если я вобще доживу до такого возраста.
Парень, которому едва ли было больше семнадцати, наклонился чтобы разуться, и только потом последовал за хозяйкой дома. Желанным этот гость не был, но и незваным тоже. За годы службы у Кенни появился не только свой личный отряд полицейских для различных операций, но и своя шпионская сеть, за развитие которой отвечала больше Кива. Такое позволяло всегда быть в курсе многих дел и получать сведения и зацепки с разных городов весьма оперативно, не тратя драгоценное время на розыски. После свержения революции Кива многих освободила от обязательств, но некоторых, в том числе и юношу, она придержала. Большая часть дел стала неактуальной после смерти Рода, но остались вещи в которых могла пригодиться дополнительная помощь. Девушка чётко знала, что она не имеет права на ошибки, которые могут возникнуть, работай она одна.
— Зачем пришёл? Случилось что-то интересное?
Парень робко прошёл на кухню, Кива стояла к нему спиной, накладывая на тарелки еду. Он был особенным, если уж на то пошло. Более одарённым, чем многие, и при должном надзоре и практике он смог бы дорасти до уровня девушки. И самое важное, ему она доверяла. Алонзо один из очень немногих, кто знал, где живёт Кива в спокойное время. Девушка поставила тарелки на стол и села на своё место, гость же остался стоять, нерешительно ероша русые волосы.
— Садись и рассказывай.
Хотя тяжелый взгляд девушки скорее пригвождал к месту.
Алонзо неуверенно занял свободный стул и взял вилку в руки. Есть он не решался, хотя хозяйка уже дала формальное разрешение.
— Ничего такого не случилось, я просто подумал доложить тебе об обстановке. Тебя не было несколько дней.
Его лишь сверлили синие глаза, Кива ничего не говорила, тщательно пережевывая пищу. Гостю было неуютно, но он продолжил.
— Все пока обеспокоены исчезновением Элаунг. Все ведут себя тише воды, ниже травы, а я следил за всеми. Без происшествий за эти дни, даже смешно.
Он чуть рассмеялся, но одинокий смешок лишь вселил в него чувство неуверенности.
— Тела Шарлотты и того парня ещё не обнаружили. В дом никто не заходил. Нужно чтобы их нашли?
Кива молчала, жуя свой ужин. Чтобы замять неудобную паузу, Алонзо уставился в тарелку, торопливо подцепил вилкой кусок картошки с грибами. Наконец девушка прервала тишину.
— Нужно. Причём, чтобы это были люди полиции.
— Как скоро? — обнадёжено уточнил парень.
— Разницы нет, день два, — она снова была занята едой.
— Будет сделано.
Пара минут тишины, она исподлобья смотрела на гостя. У него явно было что-то ещё.
Кива сверлила его взглядом, не отрываясь от утоления своего голода. Алонзо, помявшись, всё же начал.
— Честно, я хотел поговорить о кое-чём.
Девушка замерла на мгновение и отложила на тарелку вилку. Это было не похоже на привычный разговор. Как ей их «не хватало».
— О чём ты хочешь поговорить?
— Ты знаешь секретов в стенах и многих людей, мне до твоего уровня ещё расти и расти, — он улыбнулся, — я хотел поговорить о своих родителях. В свободное время я искал их, или хотя бы тех, кто о них знает, и не нашел. Может ты можешь мне рассказать о них?
— Алонзо, — девушка чуть откашлялась, еда встала комом в горле, — ты работал на Кенни пять лет, теперь работаешь на меня. И за всё это время ты ни разу не интересовался этой темой. Сейчас что не так?
— Было не до этого, я был занят тем, чтобы выжить.
Кива положила локти на стол, левой рукой подпирая голову, а правой указывая на гостя.
— Знавала я твоего отца, интересный был человек. Но вот, что я тебе скажу один только раз. Это всё не имеет ровно никакого значения, их считай не существовало в твоей жизни. И поверь мне: поиски ни к чему хорошему не приведут, хотя бы потому что они давно мертвы, и не думаю, что у них есть даже могилы.
Алонзо чуть понурился, по всей видимости он рассчитывал получить более ясный ответ. Или хотя бы больше сочувствия.
— Не ищи причин почему ты оказался на улице или почему ты живёшь так.
— Наверное, — неопределённо согласился он.
Разговор был окончен, но Кива знала, что это не точка в метаниях парня. Он ещё молод и много чего не знает, но дети склонны к необдуманным и эмоциональным поступкам. Правда девушка понимала, что есть вещи более ценные, чем все эти условные привязанности. Как и то, что некоторым вещам лучше учиться самому. Алонзо задал ещё несколько уточняющих вопросов по делам в Подземном Городе. Получив сухие ответы, он снова уткнулся в тарелку. Из него мог выйти толк, если он конечно доживёт до зрелого возраста. «Во всяком случае он одарённее многих других». Парень оставался ещё человечным, местами добрым и наивным, с надеждой смотрел в каждый следующий день, в каком-то плане он напоминал ей убитого недавно Каспара, которому не повезло оказаться в другом лагере. Вероятно, если бы они не родились под землёй, от отдали бы свою жизни Разведкорпусу. Но судьба желала иного. Пока Алонзо неплохо справлялся с шпионажем и небольшой поддержкой, но брать его с собой как напарника было слишком рано. То ли по прихоти той же судьбы, то ли из-за его характера, юноша чудом избегал открытых конфликтов и столкновений. Боец из него слабый. «Пока ещё, до первой крови». Уходя напоследок он задал очередной вопрос не по теме, что Кива не совсем одобряла.
— А как дела обстоят у той девушки, Вероники, за которой ты сказала мне приглядывать некоторое время назад?
Любознательность этого вопроса не оставляла сомнений. Девушка ему понравилась, ещё одно открытое проявление его молодости.
— Нормально, думает, что выполняет важную задачу, работая гувернанткой у Фрицев и следя за их почтой и разговорами. Главное там она не создаст проблем ни мне, ни себе.
— Ясно, — Алонзо обул забрызганные грязью сапоги, — тогда я пошёл. Хорошей ночи, Кива.
— Иди уже, — девушка устало помахала рукой, — и выполни все указания в точности.
— Само собой, — и гость ушёл.
Дверь закрылась, раздался лязг замков. Ужин затянулся, но были в этом и положительные стороны. Не нужно спускаться вниз и всё самой проверять. «Тогда завтра я совершенно свободна для встречи с Леви или Ханджи, на кого наткнусь первым». Это значило сон и неспешную прогулку до Митры, а по пути можно было отправить в Промышленный Город обломки винтовки и письмо к Вилберту. И самое главное, можно было направиться наверх, спать. Кива чуть улыбнувшись погладила себя по голове, и тут взгляд упал на грязные тарелки.
— Ой да иди ты на хуй.