— Нет, не можем и не будем. Я уже занимаюсь исследованиями сыворотки, и пытаюсь разобраться в нашем прошлом, в настоящей истории.
— Что насчёт Энни? — резкий вопрос Йегера застал всех врасплох.
Выпускники 104-го чуть поникли, вспоминая о своей сокурснице. Лишь Микаса никак не изменилась в лице. Дело есть дело, если им придётся убить Энни, то так тому и быть. К этому всё и идёт.
— Я думаю займёмся этим после того, как я разберусь со своими исследованиями, а вы пока съездите к кадетам. А там попробуем открыть кристалл с помощью твоей брони, Эрен.
— Почему не в ближайшее время? Этому ничто не мешает.
Йегер задал этот вопрос сухо, упрямо и даже как-то зло. Зое насторожилась, но внешне этого не показала. Подбирая слова и наблюдая за ответной реакцией, она ответила.
— Потому что несколько недель ничего не изменят. Да и освобождать Леонхарт без рабочей сыворотки слишком опасно. Попытаем удачу сначала там.
Лицо парня отразило некую смесь раздражения и недовольства. Остальные же были мрачно сосредоточены, размышляя над грядущими вопросами, чтобы обратить на это какое-то внимание. Лишь Хистория взяла его за сжавшуюся в кулак руку, девушка обнадёживающе улыбалась.
— Мы займёмся этим, Эрен, Энни не убежит. А пока нам и так есть чем заняться.
Командор заметила, что Йегер чуть дёрнулся, когда королева коснулась его. Это насторожило. Парень не был таким нервным, чтобы вздрагивать от любого неожиданного прикосновения. Да и жест не выказывал никакой излишней навязчивости.
— Ну-с, это я и хотела вам передать, — Зое окинула всех взглядом, призывая взбодриться, — как вы тут уживаетесь?
Разговор о внешних делах рисковал зайти в некий тупик непонимания, поэтому Ханджи свернула на неформальную тему. Да и приехала она навестить своих подчинённых, а не чтобы их загрузить дополнительными размышлениями. Молодые разведчики и так томились от бездействия и ощущения непривычной бесполезности. Словно командование намерено отлучило их всех от важных дел.
— Охрана немного докучает, — сказал Конни, — мы бы и сами справились в случае чего.
— Да пусть ходят, главное что еду вовремя привозят.
И это Сашино высказывание окончательно перевело их в область дружеской и не обременяющей беседы. Весело ведя неожиданно оживший диалог, они перешли в просторную кухню. Зое не сводила глаза с Эрена, который казалось думал о чём-то своем, разговор его не особо отвлёк. «Почему же ты не хочешь поделиться с нами? Что случилось с тобой?», Ханджи сморгнула и прошла за остальными. Эти перемены ей не нравились, но они вполне могли быть и временными.
Тем временем северней, в поместье бывшей правящей династии Фриц жизнь текла относительно спокойным и привычным образом. Вероника Траут работала там почти месяц, выполняя тем самым полученное ей распоряжение. Кива не собиралась давать ей серьёзную работу, где девушка сможет себе навредить. Младшая Траут старалась в доме Фриц без особой пользы для умершей сестры. Впрочем Карвен сказал бы своей знакомой только спасибо. Вероника была неприспособленной к таким делам, хотя бы потому что росла не зная особых забот. До 845 года семейство Траут жило обеспеченной жизнью в Шиганшине. Их родители имели возможность дать своим детям хорошее образование. Детей было трое: старшая Карвен, средняя Вероника, и младший сын Эдвин. Падение стены Мария пережили только Карвен и одиннадцатилетняя Вероника. Старшей Траут было около тридцати лет и Киве она приходилась примерно ровесницей. Девушка уже тогда работала в полиции южного округа стены Мария. И работала честно и ответственно, быть полицейским ей нравилось. С Кивой на тот момент она уже была знакома, собственно эта связь и помогла сестрам Карвен закрепиться в Митре, а старшой получить должность в столичном отделе полиции. Что позволило Веронике продолжить получать образование, жить в своём доме и питаться три раза в день, а не работать круглые сутки на фермах. Юная девушка даже не задумывалась какую работу приходится выполнять её старшей сестре ради их благополучия. Карвен иногда отсутствовала дома днями, а когда поздно возвращалась, то с умиротворённой усталостью слушала как идут дела у сестрёнки. Сейчас Вероника с горькой радостью вспоминала выходные, которые они всё же проводили вместе.
Когда она прочла газеты связанные с революцией, то её сердце почти разрывалось от тоски и запоздалого понимания. Карвен Траут, числившаяся в отряде Центральной Полиции, была убита вместе с остальными сторонниками Рода Райсса. Её вызвали на допрос по этому поводу, но не дали забрать или хотя бы опознать тело сестры. Вероника устроилась помощницей швеи, чтобы иметь заработок. В свободное время девушка искала знакомую своей сестры, которая должна была знать больше, чем ей говорили. А после того как нашла, занялась делом, которое якобы Карвен не успела закончить и это вселило в неё толику прежнего спокойствия. Хоть так приблизиться и как-то помочь умершей сестре. Во всяком случае она так думала. Кива и не мыслила поручать неопытной, упрямой и слегка импульсивной девушке какие-либо дела. Поэтому и отправила Веронику на одно из безопасных и вакантных мест, убив этим двух зайцев. Таким образом Кива получила лишнюю пару ушей и глаз в королевской резиденции, а молоденькая девушка избавлялась от грызущего чувства вины и не лезла на рожон, огребая разного рода проблем. Карвен бы не хотела, чтобы её сестрёнка влезла в сомнительные дела, и Кива следовала этому желанию. Вероника с завидным упорством выполняла своё поручение, которое не было особо серьёзным: следить за семьёй Фриц. Небольшой обман, но самое важное, что он был всем во благо.
Образование позволяло Траут работать одной из гувернанток для самого молодого поколения Фриц. Нынешнее правительство отнеслось к бывшим королям достаточно лояльно. Старший Фриц добровольно уступил Хистории и сделал всё, что от него требовали. Большую часть состояния и почти все земли всё же конфисковали, но оставили поместье и толику прежних привилегий. Глава дома, бывший официальным королём до Хистории, остался доволен таким решением и повторял своим несогласным детям, неудавшимся кронпринцу и его сестре, двум внукам и трём внучкам, главное что их головы не подняли на пики. С остальным можно было смириться. Младшие Фрицы правда считали, что старик просто устал от жизни, поэтому так равнодушно относится к сложившейся ситуации. Впрочем они и не старались активно исправить всё. Недовольство не выходило за пределы семьи, находившуюся в шатком положении, учитывая что иногда им поступали деньги из казны. Пускай и в уменьшенном объёме, но средств и накоплений хватало на безбедную жизнь. В частности, чтобы нанимать прислугу для своего дома, например учителей для детей, приходившимися главе дома правнуками. В состав которых и входила Вероника, как младшая гувернантка и по совместительству горничная. Работа ей не то, чтобы нравилась, но проблем пока не доставляла.
— Тейлтта, видишь у тебя почти получилось, — радостно улыбнулась девушка.
Маленькая девочка, лет пяти, сидела над раскрытой книгой. Вероника учила одну из правнучек старшего Фрица чтению. Урок близился к концу, поэтому ребёнок уже не проявлял былой активности и усидчивости. Тейли водила пальчиком по строчкам, читая вслух, и бросала взгляды на мерно тикающие часы. Чтение не относилось к горячо любимым занятиям. Траут редко её поправляла, был заметен прогресс.
— Не сутулься, — она мягко выпрямила спину своей ученицы.
Девочка была неплохой, но иногда могла проявлять капризность, свойственную многим детям. Веронике она нравилась больше всех среди остальных детей и симпатия оказалась взаимной. В присутствии девушки с чуть вьющимися светлыми волосами Тейли вела себя послушней и училась охотней. Приятный, мелодичный звон часов известил не только об одиннадцати часах утра, но и о конце урока. Ребёнок с заметным облегчением откинулся на стуле. Траут улыбнулась и закрыла книгу, заложив нужную страницу красиво выполненной закладкой из какого-то металла.
— А теперь мы пойдём гулять в сад? — в этом вопросе слышалась надежда.
— Я думаю, что можно сделать небольшую прогулку, потом вернёмся к занятиям, — решила гувернантка, вставая со своего стула.
Пока она убирала книгу на положенное место, Тейлтта радостно подбежала к двери. Ей не терпелось погулять по цветущему саду. Девушка оглядела комнату на предмет беспорядка, который они могли оставить. Всё было в порядке, ручка двери чуть щёлкнула, послышался топот ножек по коридору.