— Я серьезно, Кеке. Скоро появится срочная вакансия, один из моих людей будет претендовать на эту должность. Я пытаюсь проникнуть в эту корпорацию с самого основания "Альба". Мы не можем компрометировать свою анонимность. Ты понимаешь?
Кеке перестает улыбаться.
— Конечно. Я никогда так не поступлю.
— Кроме того, ты заслуживаешь получить эту историю. Это ты дала мне наводку.
— Это был всего лишь слух.
— Ну, ― говорит Жасмин. — Продолжай сообщать мне слухи, а я буду передавать тебе информацию первой. Согласна?
— Согласна.
— Ну, на самом деле, я кое-что на днях слышала. Мне это показалось безумием, так что я не придала значения, но потом услышала об этом от совершенно другого источника и...
— Рассказывай!
— Нет.
— Что? Ты забыла про наш договор?
— Я расскажу тебе, как только ты будешь достаточно здорова, чтобы покинуть больницу.
— Я не могу ждать так долго!
— Прости. Но я тебя знаю. Ты вырвешь капельницу из руки и погонишься за теми ребятами, если я расскажу тебе сейчас. Сначала ты должна поправиться.
— Я отлично себя чувствую!
— Ты не понимаешь. Врач даже не уверен, что ты сохранишь пальцы на ногах.
— Ерунда, ― отвечает Жасмин.
Кеке отворачивает нахрахмаленную больничную простыню с ног Жасмин, открывая виду окоченевшие, посиневшие пальцы.
— Мне очень нравятся твои пальчики, ― говорит Кеке. — Так что поправляйся, а после мы поговорим.
Жасмин снова ложится на спину и вздыхает.
— Ладно.
— А еще, мне нужно, чтобы ты выписалась, тогда мне больше не нужно будет присматривать за твоим котом.
— О чем ты говоришь? Его даже не нужно кормить. У него есть кормушка.
— Я знаю. Но он меня нервирует.
— Председатель Мяу тебя нервирует?
— Ты же знаешь, что я не очень-то умею обращаться с живыми существами.
— И не говори, ― отвечает Жасмин. — Что насчет мертвецов?
Кеке меряет ее непонимающим взглядом.
— Что-что?
— Что с замерзшими телами? В той комнате со мной было где-то два десятка трупов.
Кеке хмурится.
— Там не было тел, ни живых, ни мертвых. Как только Барнаби поняла, насколько все серьезно, сразу же села в свой личный "Волантер". Остальной персонал также исчез. Когда я приехала туда, там был ебаный город-призрак. Копы тоже никого не нашли.
— Я знаю, что видела.
— Галлюцинации вполне нормальны для человека в твоем состоянии. У тебя была гипотермия... Я не виню тебя за то, что тебе примерещились мертвецы. Ты была в ужасном состоянии. Врач сказал, что ты умерла бы, если я не согрела тебя своим телом.
— А вот это... звучит интересно.
— Не выдумывай. Мне пришлось снять с тебя одежду, потому что она промокла.
— Ах, вот оно что.
Кеке смеется.
— Погоди, это еще не все.
— Я слушаю.
— Мне пришлось привязать тебя к своей спине, чтобы ты не свалилась.
— Свалилась откуда?
— С байка!
— Ты привязала меня к своему байку?
— Только так я могла быстро доставить тебя сюда. Час пик в Чайнасити/Сэндтон. Пришлось попотеть.
— Ты привязала меня к своему байку. Голую. В час пик.
— И что? Мы попали в заголовки! Куча таксистов сигналила и махала нам.
Кеке смеется над собственной шуткой.
— Да расслабься ты. Я пошутила насчет заголовков. И про то, что ты была голая. Я накинула на тебя свою кожаную куртку.
— Как ты добра.
— Да, ну, мне нравится заботиться о своих источниках.
Кеке кладет ладонь на колено Жасмин.
— Можешь шутить, сколько влезет. Те замороженные трупы были настоящими.
— Ладно, ― отвечает Кеке, беря с бокового столика свой шлем и надувая его. — Я разберусь с этим.
— Мне кажется, это должно иметь какое-то отношение к их программе по поиску бессмертия. Но кем были те люди? Добровольцами? Жертвами? Любопытство не дает мне покоя.
— Как только узнаю, сообщу.
— Ты уходишь? Ты даже не принесла мне вкусняшки, чтобы я быстрее поправилась.
— Я скоро вернусь.
— Потрахушки?
— Встреча по ДНК.
Кеке — единственная, кого знает Жасмин, кто специально ходит на свидания, чтобы наработать контакты.
— Политик? Генеральный директор? Ученый?
— Еще лучше. Он хакер, не особо уважающий закон. И, если он так хорош, как о нем говорят, тогда... скажем просто, он окажется весьма полезен.
— Тогда иди и побеждай.
Жасмин закрывает глаза, ощущая как сон влечет ее в свои объятия.
— Когда вернешься, я хочу знать все.