Дороги в Свободных Городах были относительно неплохими, но практически безлюдными. Останавливаться на ночевку приходилось иногда в поле или скрывшись среди густой растительности — в придорожной роще или лесу. Случались прецеденты с целью ограбить одинокого путника — меня, но на этот раз я сразу расчехлял дар, моментально отбивая желание у разбойников экспроприировать собственное имущество.
Поселения в пути встречались редко, в основном это были хорошо укрепленные деревушки с собственным ополчением или крупные города наподобие Маррада. Редкие торговые караваны, идущие по дорогам, представляли собой скорее передвижение армейских соединений. Надо ли говорить, что одиноких или беззащитных путников на дорогах не встречалось вовсе — я был, кажется, единственным бесстрашным или самоуверенным. Если вдруг крестьянину или его семье требовалось сменить место проживания, то таковым приходилось примыкать к каравану, оплатив соответствующую мзду за защиту в пути.
Повальная нищета большей части населения Свободных Городов породила колоссальное количество бандитов всех мастей, которые часто сбивались в достаточно крупные отряды и не гнушались порой нападать на хорошо вооруженные караваны торговцев или небольшие поселения. Почти всегда такие нападения заканчивались плохо для бандитов, ведь торговцы охотно нанимали ойя для сопровождения и охраны, а слабозащищенных поселений здесь и вовсе не существовало. Каждая деревушка была почти крепостью с обученными сызмальства жителями, готовыми к обороне. Поэтому банды чаще всего обходились кражей домашнего скота и овощей с загородных участков. Тем фактически и жили.
Меня впускали за частокол поселений беспрепятственно, но встречали и провожали недоуменными взглядами, мол: «Не бережешь ты себя, парнишка? Помереть торопишься?»
На территории укрепленных деревушек имелись постоялые дворы — чаще всего один, и тот вконец зашарпанный, домашние уютные кафешки и даже баня, в которую я даже заходить не стал, зная, что она совместная для мужчин и женщин. Дородные, изнуренные трудом сельские женщины меня не привлекали, а молодые привлекательные и незамужние девушки такие заведения не посещали.
К границе королевства Рур-хэ и Свободных Городов я дошел недели через три, без каких-либо существенных препятствий. При переходе дорожной заставы возникла небольшая заминка — меня остановили, осмотрели и задали пару вопросов. Похоже, что в Рур-хэ из Свободных Городов пропускали не каждого, и понятно почему. Иначе бы вся эта многочисленная нищета и бандиты мигом перекочевали в более благоприятные и богатые места.
«Интересно, они всю границу охраняют или только дороги?» — задался я вопросом, подумывая свернуть с дороги и пройти границу южнее на пару километров по пересеченной местности, если вдруг меня не пропустят на КПП.
— Кто таков? — заученно произнес один из пограничников. — С какой целью пытаешься пересечь границу славного королевства Рур-хэ?
— Я скромный путешественник, идущий в Гирсу по торговым делам, — ответил я как можно более миролюбиво.
— Имеешь подорожную? — продолжал наседать страж границы.
— Что за подорожная?
— Документ, подтверждающий право прохода и род занятий. Мы всякого пропускать право не имеем. Много вас через границу пройти пытается.
— Подорожной не имею, но у меня есть вот это.
Я засунул руку в карман и извлек из скрипт-хранилища золотую монету чеканки Свободных Городов.
Да, определенно, люди во всех мирах одинаковые — все они любят деньги, особенно нахаляву. Я бы наверняка мог отделаться серебрушкой, но золото есть золото. Оно мгновенно способно свести с ума многих, особенно тех, кто редко когда видел его за всю жизнь. Вероятно, обычные стражники на границе были из числа таких людей.
Пограничники, конечно, с ума не сошли, но выводы сделали правильные: если предлагают золото, значит, это делает вполне добропорядочный человек, и негоже излишне докучать ему, требуя какие-то подорожные. Золотая монетка мгновенно перекочевала из рук в руки, а меня любезно пригласили за пограничный шлагбаум и даже произнесли пару доброжелательных слов на прощание. Я благодарственно кивнул в ответ и двинулся дальше.
Рур-хэ однозначно и кардинально отличался от Свободных Городов. Дороги вроде и там были неплохими — достаточно широкими и ровными, но проселочными, то есть грунтовыми. А в Рур-хэ прямо от границы пролегал мощенный булыжником широкий тракт, что свидетельствовало о невероятном достатке государства. Вот что значит единоличный владелец всего, а не разрозненный олигархат, где каждый правитель-магистр города прежде всего заботится только о собственном благополучии и плевал на комфорт и благосостояние основной массы жителей, которые прозябали в тотальной нищете и беззаконии.