Ментор Энир эм-Ивир не стал изменять собственным привычкам. После преподавания он направился к берегу Кширы, чтобы вдохнуть свежего влажного воздуха и понаблюдать за неспешным течением реки. Спускаться с насыпи не стал, решил пройтись вдоль неё. Сверху зрительный охват был гораздо впечатляющим. Но вот с ветром не сложилось — стоял полный штиль. Но это ли проблема для опытного, променявшего уже сотню лет жизни Аэроманта? Мысль сменилась командой. Со стороны реки в лицо подул легкий влажный ветерок. Энир улыбнулся и взглянул правее, наслаждаясь свежестью и впечатляющими видами. Гирса в это время суток была диво как хороша. В предзакатном сиянии блестел шпиль Магической Академии, а начищенный до блеска купол Гильдии Магов играл солнечными зайчиками. Отсюда угадывался и внушающий трепет каждому жителю Гирсы дворец Лотоса — резиденция короля. Массивное здание из роскошного белого мрамора с синими прожилками.
— «И где такой достали хоть?» — задал сам себе вопрос Энир, хотя прекрасно знал на него ответ — «Шу-Са’эри Набу. Великий ремесленник и покровитель Рур-хэ. Это его дворец и его город… был когда-то его, но они что-то не поделили с Нинту-ойя — Бессмертной Матерью. Она убила его, но созданное им разрушать не стала».
От мозгового штурма ментора отвлек всплеск силы — почти родной, стихийной.
«Кажется… это вода», — быстро разобрался Энир и пробежался взглядом по берегу.
В удалении пятидесяти метров правее, преподаватель заметил стоящего у края берега юношу в небогатой тунике и простых кожаных сандалиях. Первое впечатление могло обмануть — одаренные не одеваются настолько просто. А одаренные такой силы должны и вовсе передвигаться только в карете, в окружении свиты — учеников и кучи лизоблюдов. Всплеск силы внушал уважение даже ему, видавшему виды одаренному.
«Какой там ранг…» — озадачился Энир. — «Третий-четвёртый, если по-гильдейски. А ведь по виду сущий мальчонка».
Еще больше ментора удивило поведение реки. Кажется, она натурально взбесилась и готовилась выйти из берегов прямо сейчас, и вся целиком. Вода по всему руслу стягивалась в одну точку — к парню, уже полностью скрыв его из виду за многометровой толщей. В воздух взметнулся высоченный фонтан, который тут же трансформировался в водоворот. Пульсирующими рывками вода пыталась сжаться к центру, но словно наткнулась на непреодолимую преграду. Преподаватель Академии пораженным взглядом наблюдал за происходящим, облегченно вздохнув, что не успел прогуляться до места дуэли реки и юноши. Сейчас бы его могло накрыть. Где-то рядом раздались испуганные крики. Люди в ужасе разбегались, истошно вопя и указывая рукой на взметнувшийся в небо столб воды, который разбрасывал брызги далеко вокруг за пределами русла. Только мужчина мысленно успел похоронить неизвестного одаренного, как до него донесся всплеск дара такой мощи, что немедленно закружилась голова, а в висках нестерпимо закололо. Тонны воды подёрнулись рябью и начали отступать. Ментор, позабыв про боль, как завороженный продолжал наблюдать, как мальчишка филигранно управляется с невероятным количеством воды, препятствуя её распространению по городским улицам.
Насколько быстро позволяло престарелое тело, Энир эм-Ивир бросился с места в сторону неизвестного юноши с впечатляющими навыками управления даром.
«Кто же ты?» — словно заезжая пластинка в голове преподавателя билась только одна мысль — «Кто же ты, ойя?»
«Вот хотел же не светиться…» — подумал я, опасливо оглядываясь по сторонам. Последствия нашего противостояния с рекой оказались гораздо масштабнее, чем я предполагал, и их, вероятнее всего, видела половина жителей Гирсы. Но что хуже всего — наверняка заметили и со Старого Города.
Властьимущие, наверное, уже вздрогнули от продемонстрированных мною способностей и наверняка заинтересуются персоной безобразника, который вознамерился устроить потоп. «А может, это и к лучшему. Не придется долго подбираться к Иссиру Меркару».
Контакт с Кширой я разорвал, отметив напоследок полную покорность реки, а также легкую обиду — словно ребёнок, которого несильно пожурили. Я обычно так обижался, когда мама заставляла работать по хозяйству, в то время как мне хотелось гулять.
Огляделся еще раз. Людей не заметил. Хотя… в мою сторону бежал человек. Пригляделся. Это был мужчина, еще не глубокий старик, но уже далеко немолод. Судя по роскошной темно-синей тунике из какой-то дорогой на вид ткани с серебряной узорной каймой, а также массивной золотой цепи, с уже знакомой идентификационной табличкой ри-хэ, которую он прижал ладонью к груди, чтобы не болталась при беге.