Женщина поняла, что в живых ее не оставят. Поняла, кто был причиной холода и страха. Поняла, что совершила ошибку. Но почему она одна должна отвечать за это? Пусть Абгаль страдает вместе с ней.
— Он во дворце. Сатрап призвал всех эдат и гильдейских магов, — превозмогая страх, ответила она, на краткий момент почувствовав всплеск злорадства.
«Вы все сдохнете вслед за мной. Такая мощь способна стереть с лица земли весь этот проклятый город».
***
Стражники, охраняющие Портальную арку Гирсы, были сильно удивлены, озадачены и даже напуганы. Шутка ли, второй раз за сутки с интервалом в несколько часов межмировой проход активируется, и из него прибывают Темные Хозяева. Каждое появление Предтечей — само по себе явление из ряда вон выходящее, и как правило, обставляется с наивысшей помпезностью, а тут вот так буднично… дважды в день.
На этот раз Гирсу посетила среброволосая девушка во главе целого армейского соединения.
— Старший, ты что-нибудь понимаешь? — спросил один стражник у другого.
— Если бы, — ответил тот, кого назвали Старшим.
Он, как и его коллеги, ошалелыми взглядами провожал внушительный отряд Темных, взявших курс в сторону Дворца Лотоса.
И тут как гром ударили колокола, оповещающие жителей города о случившейся беде.
Глава 6
Правитель самого большого и сильного государства Эреду уже который час не находил себе места. Даже окружённый наиболее могущественными одарёнными Рур-хэ, сатрап Мехмар всё равно нервно ерзал на троне, выслушивая один доклад за другим.
«Это провал», — судорожно сглотнул он, провожая взглядом очередного докладчика.
Простенькая на первый взгляд затея по захвату ремесленных мир-камней Иссина Меркара грозила обернуться катастрофой в масштабах целого города. Мехмар никак не ожидал таких гостей, да ещё и в таком количестве. Ему казалось, что Темные Хозяева обставят передачу мир-камней обыденно, прислав только Смотрителя Гирсы — Ашшура эт-Рив Иштар, который не слыл сильным ойя, и для укрощения которого наверняка хватило бы усилий восьми эдат.
Сатрап рассчитывал в лучшем случае просто продемонстрировать силу и решимость, собрав в тронном зале всех самых могучих одарённых Рур-Хэ. А если случилась бы драка, то спеленать молодого и горячего Смотрителя Гирсы не должно было составить труда. Но Темные разгадали его план. Тело Меркара ещё не остыло, чтобы отторгнуть камни Набу, а м’ер-Са’эри уже на пороге его дворца.
«Ашшура должны были заковать в Комплект Усмирения и посадить в темницу», — сатрап только сейчас понял, насколько яростно начал грызть ноготь большого пальца, тем самым выдавая собственную нервозность. — «А за время, пока Темные очухаются, я успел бы поглотить эти камни».
Но планам правителя Рур-Хэ не суждено было сбыться. В Гирсу явился сам Шамаш — Высший м’ер-Са’эри. А через три часа из портала вышла Хозяйка Ти-ира с внушительным отрядом элитных воинов.
Сатрап бегло прошелся взглядом по собравшимся в тронном зале людям. Сорок сильнейших гильдейских чародеев, восемь эдат и я. Сила, способная завоевать любое королевство Эреду, но, вероятно, недостаточная против нескольких Темных.
— Владыка, — к трону вплотную подошёл его старший советник и едва слышимым шёпотом начал докладывать, — Регулярная армия вошла в Гирсу и движется ко дворцу. Наши воины могут начать атаку на Темных сходу. Ты уже принял какое-то решение?
Мехмар снова стал грызть тот же самый ноготь. В его голове развернулась настоящая война между непреодолимым желанием существенно продлить собственный век за счёт мир-камней Набу и инстинктом самосохранения. И сатрап даже не подозревал, что покорная поза верного советника — со склонённой головой и рукой на груди — несёт ещё больше угрозы его жизни, чем пока ещё не начавшееся противостояние с м’ер-Са’эри. Всё зависело от его ответа здесь и сейчас. Сильнейшие гильдейские маги не горели желанием вступать в заведомо проигрышный бой ради интересов Мехмара и были готовы устроить переворот по команде Замира эм-Суана немедленно, как только он подаст условный знак.
— Мы покоримся воле Темных Хозяев, — сквозь зубы произнёс правитель Рур-Хэ. — Впустите их во дворец. Пусть забирают камни.
— Мудрое решение, Владыка, — ещё ниже склонил голову советник, и не разгибаясь отступил от трона на два шага назад. — Я распоряжусь, чтобы гостей приняли по достоинству.
По тронному залу пронёсся вздох облегчения, и не успел он стихнуть, как с противным скрежетом на одной из стен раскрылась самая настоящая мембрана межмирового прохода, из которой тут же выступили две странные на вид фигуры — чрезмерно высокое и широкоплечее существо в бесформенном балахоне и капюшоне, полностью скрывающем лицо, и пугающего вида тварь с синей кожей, сплошь покрытой татуировками-шрамами.