Я намеревался обрушиться на защиту Уннары всей мощью, не жалея ни крупицы сил.
«Как же давно это было», — вдруг промелькнула мысль.
Воспоминания, кажется, полностью вернули мне контроль над разумом, погасив неуемную жажду мести, но продолжалось это недолго. Ровно до того момента, когда я, все-таки наплевав на непроницаемый барьер Уннары, дошел до входа во дворец, из которого навстречу выбегали люди.
Они явно бежали от тех немыслимых всплесков силы, что я почувствовал. Где-то внутри дворца шел нешуточный бой. Бой между Темными и… я усилил восприятие и тут же насторожился. Никак не удавалось идентифицировать редкие, но очень мощные всплески дара. Это было что-то незнакомое, голодное… скорее злое. Древнее и мерзкое даже по сравнению с даром м’ер-Са’эри.
«Разве может быть что-то более мерзкое, чем дар Темных?» — удивился я, но отступать даже и не думал.
«Убью всех скопом», — злорадно ухмыльнулся я. — «И Темных, и тех, с кем они схватились… и Абгаля с сатрапом заодно».
И как же вовремя я увидел его испуганное лицо, выбежавшее прямо на меня. Аура Холода моментально сковала группу людей в роскошных одеждах, увешанных драгоценностями с ног до головы. Я расхохотался в предвкушении мести.
Вода, бурлящая под ногами, мгновенно поднялась вверх и отразила сразу несколько выпущенных атак — молнию, огненный шар и еще что-то.
Меня мало интересовали эдат, но я конечно же все равно убью всех. Я четко видел того, за кем пришел во дворец Лотоса — Итур эм-Абгаль. Ублюдок, который приговорил меня к мучительной смерти. Руки все еще слушались плохо, но, превозмогая боль, я пошевелил ладонью. Водный щит разлетелся веером брызг, на ходу превращаясь в грязные капли Истинного Льда.
Сильнейшие одаренные Рур-хэ среагировали. В ход пошел как собственный дар, так и имеющиеся у них скрипт-камни, но тем не менее это не спасло всех. С десяток изрешечённых тел безвольно повалились в воду, которая уже доставала до колен.
Следующая команда — и из воды поднялись острые ледяные колья, разрывая тела тех, кто не успел среагировать. Почти сразу несколько десятков серых шакрамов уничтожили защиту оставшихся. А следом тот же прием — веер капель из Истинного Льда сразу со всех сторон. Атаковать меня уже никто не стал, похоже что было некому. Разве что одиночный и довольно мощный разряд ветвящейся молнии ударил в мгновенно выставленный ледяной щит.
Абгаль, которому я намеренно сохранил жизнь, понял, что к чему, и перешел в атаку. Один из сильнейших гильдейских чародеев Эреду воочию продемонстрировал, что не зря носит это звание. С его пальцев сорвался непрерывный веер молний, но даже будучи в полубезумном состоянии, я прекрасно помнил, что речная вода является проводником электричества, поэтому успел подготовиться.
Вода отступила, освобождая абсолютно сухую брусчатку в радиусе метра от меня во все стороны и поднялась, полностью закупоривая в кокон.
И вовремя. Мой водный пузырь словно перенесло прямо внутрь грозового облака. Его облепило короткими и длинными разрядами молний. Внутри защитного кокона температура стремительно подскочила, но пока в пределах терпимого. Вода мгновенно нагревалась и испарялась в немыслимых количествах. Окружающее пространство заволокло густым паром. Запахло озоном. Мой единственный глаз стал слезоточить от сверкающих вспышек, а уши заложило от частого треска доносящегося даже сквозь толщу воды.
Абгаль бесновался, не жалея сил, он наверняка понимал, что для него будет означать проигрыш. В ход пошли мир-камни — огонь и Тьма, воздух, который пытался смести мою защиту, но избыточное количество воды вокруг позволяло мне наращивать его бесконечно. В какой-то момент пришлось даже задействовать Истинный Лед, чтобы выжечь сгусток Тьмы, который чуть было не пробил водяной заслон несмотря на его толщину.
Но время играло на моей стороне. Аура Холода и Страха, усиленная на максимум, все-таки добралась до тела и разума Абгаля. Истощенный и скованный толстой коркой льда до самого пояса, он в один момент сдался и поник. И сразу в этот момент мой щит развеялся, и я вытянул вбок руку, в которой тут же материализовалась плеть из тугой воды с тремя хлыстами.
— Вспомнил меня, тварь? — произнес я зловеще, расхохотавшись.
Взмах сквозь боль. Прикинувшийся бесчувственным Абгаль задергался в ледяном капкане. Взмах. И он, истошно вопя, начал метаться, пытаясь вырваться на свободу, но тяжелая ледяная конструкция намертво приковала его тело к земле. Молния, вырвавшаяся при взмахе руки, была поглощена взметнувшейся вверх водяной стеной. Она тут же опала, позволяя мне продолжить экзекуцию.