Домочадцы учтиво поклонились. Ну и завертелось. Немедленно был накрыт богатый, по меркам кочевников, стол: горячие кукурузные лепешки, сваренное мясо, овощи, фрукты и зелень. К аналогу спиртного, который здесь производился путем ферментации коры специального дерева, я даже не притронулся. Первый и последний раз, когда я попробовал алкоголь, повлек за собой череду неприятных событий. И у меня с тех пор, кажется, выработалась определенная фобия. Нет, я, конечно же, не переживал, что подобное повторится, тем более здесь — в доме Виала, но пить все равно не стал. Я постоянно пребывал начеку. Даже во сне вода в воздухе подсказывала мне обо всех событиях, творящихся в удалении нескольких десятков метров — двадцать четыре на семь, без перерывов и выходных. Я был наготове.
Родные Виала сперва относились ко мне настороженно, но дети, особенно самые маленькие из них, быстро привыкли. И даже пугающий внешний облик их не остановил.
— Дядя Энки, а ты правда ойя? — поинтересовалась девчушка лет шести. — А покажешь фокусы?
Как и ожидалось, для детей любой ойя — это прежде всего волшебник, который может делать фокусы. Остальное им было попросту неинтересно.
— Конечно, мелкая, — улыбнулся я и начал материализовать из воды всякие фигурки земных животных.
Так бы еще долго пришлось развлекать, пока Виал не разогнал детей, пригласив меня выйти во двор. Возле дома уже ожидал молодой паренек, держащий за уздечку черного жеребца, нетерпеливо бьющего копытом землю.
— Я видел, как твоя кобыла испугалась, — начал он. — Что недопустимо для боевого соратника. Прими же от нас в дар этого коня за спасенные жизни. Он молод и горяч, но точно не подведет тебя, Энки-ойя.
Это был красивый конь — статный и сильный, заметно выделяющийся в холке даже среди невысоких лошадей кочевников, но немного недотягивающий до роста моей кобылы.
— Как его звать? — восхищенный внешним видом животного, я приблизился и протянул руку. Парнишка-конюх услужливо передал мне уздечку.
— У него пока нет имени, — ответил Виал. — Оно обретает силу только когда его дает истинный хозяин. Нареки это прекрасное животное сам.
Я принял уздечку и уже более внимательно осмотрел жеребца. Полностью вороной, но с частыми крапинками белого цвета похожими на звезды - как ночное небо в россыпи сияющих точек. А белое пятно на лбу - словно луна. Завораживающий контраст.
— Орион, — первое, что пришло на ум. Я отпустил уздечку и положил ладонь на его лоб. — Назову тебя так.
Жеребец не отшатнулся, но гонор проявил. Он начал напирать на меня, словно предлагая пободаться.
— А жеребчик-то с характером, — усмехнулся я. Смотрит изучающе, даже с каким-то превосходством. Толкается и норовит куснуть.
— Необычное имя, — задумчиво произнес Виал. — Что оно означает?
— Созвездие, — ответил я. — Звездное скопление.
— Достойно, — кивнул он. — Быть посему. А теперь позволь, вернемся в дом и обсудим дальнейшие дела. За конем присмотрят до твоего отъезда.
На завтрашний день мы договорились посетить Старшую племени, а также обговорили детали скорого выхода в Уту. Виал обещал выделить мне провожатых-попутчиков, умеющих ориентироваться по Путевым Камням.
И, между прочим, я в них и сам уже разобрался. Пока дошли до Этсу, я понял принцип работы этих приспособлений, и сейчас, лишь только закрыв глаза, мог по ощущениям определить, в какой стороне находятся остальные камни. В сознании они проявлялись как полоски света, стоило только прислушаться к ощущениям. Я безошибочно мог выйти к следующей колонне, даже оставшись один в Степях, но вот с направлением сторон света определиться никак не получалось. Тут нужен был богатый опыт, который имелся только у тех, кто сызмальства проживал в этом месте. А компас был бесполезен — от перенасыщенного магического фона стрелка вертелась как пропеллер.
На следующий день к Старшей племени мы отправились сразу после завтрака целой делегацией. Небольшая тележка, груженная мешками, подозреваю, что именно теми, что были изъяты у караванщика, в сопровождении десятка воинов, участвовавших в том походе.
Как я узнал позже, Старшая должна быть обязательно женщиной, и это почетное звание не подразумевало административной должности, а скорее почетное для самой мудрейшей женщины из живущих в племени. Непременным условием было наличие дара. Без этого никак, но особенно ценился дар прорицательницы или целительницы. Слушающая, Слышащая, Смотрящая и еще как-то. В каждом племени их называли по-разному, но я думаю, все зависело от дара.