Ирт со вторым провожатым расстались крепким рукопожатием, молча и без сентиментов. Я же удостоился только уважительного кивка с его стороны. Коротко кивнул в ответ, после чего кочевник, пришпорив коня, ускакал прочь.
— Твоя татуировка сводится? — поинтересовался я в один из очередных дней пути, который мы всегда проделывали в гордом молчании. Ирт, видимо, от природы был немногословен, или, скорее, из уважения к моей силе предпочитал не беспокоить досужей болтовней.
— Видящая сотрет ее, если мне посчастливится вернуться из Ишима, — ответил он.
— Давай начистоту, — я остановил Ориона и строго посмотрел на кочевника. — Зачем ты напросился со мной в Ишим? Очевидно же, что для тебя это почти всегда путь в один конец. Да еще и эта эмблема-тату. Кто в здравом уме запустит чужого в свою голову? Так что отвечай честно — зачем ты едешь в Ишим?
Я, конечно же, не поверил во всю ту высокопарную чушь про жажду смерти от древнего врага, захватившего Ишим, которую Ирт рассказывал ранее. Не звучит она правдоподобно из уст здорового крепкого мужчины, обремененного семьей. Зачем ему идти на верную смерть, оставляя жену вдовой, а собственных детей сиротами? Он явно что-то ищет в том проклятом городе. Вернее, был послан в Ишим с какой-то целью, и лучше я прямо сейчас узнаю его мотивы, потому как уже становился жертвенной овцой, которую заманили к Ледяной Купели на заклание Бессмертной Матери в обмен на ценности. Вдруг и сейчас меня ведут на съедение той твари, что поселилась в Ишиме?
— Ты или скажешь правду сейчас, или повернешь обратно в Этсу, — я демонстративно добавил раздражения в голос, чтобы поторопить замявшегося с ответом кочевника. — Говори!
— Я… я… — продолжал заминаться он. — Меня… убедили ехать с тобой… Энси Виал и Видящая…
— Меня не интересует, кто тебя убедил, это, итак, понятно, — грубо прервал я его. — Какова цель поездки?
— Я… меня… я… не могу… — натужно произнес Ирт. Его лицо раскраснелось и покрылось бисеринками пота. — Не могу… произнести…
И я, кажется, понял, почему. Видящая не позволяла ему ответить. Я сблизил Ориона практически вплотную к замершему в седле кочевнику. Посмотрел ему прямо в глаза и призвал силу. Ирт испуганно отстранил корпус назад.
— Не играй со мной, старуха, — зло произнес я. — Я ведь могу прямо сейчас вернуться в Этсу и задать этот вопрос тебе в лицо.
— Тэа-ри а’ни-саэ энси-той Са’эри, — после небольшой паузы прозвучал голос кочевника, но с заметными старческими, дребезжащими нотками. Зато произнесено было на чистейшем Шу-Алирре, без характерного для кочевников «замямливания» окончаний слов.
Сказанное Видящей можно было толковать однозначно — «древние предметы второго по старшинству после Хозяина». Это если переводить дословно, а вот осмысленный перевод давал понять, что речь идет про какие-то регалии власти правителя, которого назначали древние Хозяева Эреду.
— Зачем они тебе? — спросил я, как только обдумал услышанное.
— Объединить мой народ, — последовал ответ тем же голосом со старческими нотками.
— Ясно, — кивнул я, вскинув уздечку, направляя коня вперед.
Теперь стало все понятно, и ответ меня более чем устраивал. Он был похож на правду. За символами, способными объединить народ кочевников под единой властью, стоит прокатиться в Ишим. Тем более что и попутчик нашелся, которому по силам одолеть древнее зло в нем обитающее. Тот самый, который ворвался в Ледяную Купель и убил Шу-Са’эри. Я про себя, конечно, и ради правды — Бессмертная Матерь была уже как пару тысяч лет мертва, еще до моего пришествия, но хурритов такая мелочь не волновала. Как и не встревожила смерть обитательницы Ледяной Купели. Они даже не расстроились по ее кончине, хотя она щедро одаривала их на протяжении веков. Видать, их больше беспокоило, что она жива и когда-нибудь могла выбраться наружу из собственной клетки. И кто тогда первым попался бы под горячую руку древней Хозяйки Эреду? Верно, те же самые хурриты могли стать объектом гнева озлобленной неживой твари в числе первых. Золото-золотом, но жизнь дороже.
А что же насчет объединения народа кочевников… то мне плевать, если честно. Если смогут, то пусть объединяются, а нет — так нет. Мне от этого никакого прибытка, но что я сделаю обязательно — так это выставлю достойную цену Виалу и Видящей за свои услуги. Хватит уже на моем горбу выезжать.
«Ишь чего, примазаться захотели».
Глава 21
Первая стычка с измененными тварями случилась где-то в неделе пути до Ишима. Не знаю, применимо ли к группе крупных ящериц слово "стая", но было их очень много. Прячась в высокой густой траве, они пытались устроить засаду, но если мое восприятие не позволило заметить их неподвижные тела, то зоркие глаза Ирта не подвели. И как он умудрился вообще заметить их плоские прижатые к земле туши, мимикрирующие под окружающую зелень, диву даешься. Уже одним этим он окупил свое место в нашем маленьком отряде.