Отыскал в скрипт-хранилище коммуникатор. Зарядка батареи не просела даже на процент, хотя он оставался включённым всё это время. Значит, повербанк на десять тысяч миллиампер тоже не разрядился.
Сделал множество фотографий красного тумана и окружающего пространства. Даже снял видео с подробным рассказом того, что здесь произошло. Жаль, конечно, что не догадался снять Сфирот, пока он был ещё жив и, так сказать, в форме. В виде красного порошка он вряд ли кого-нибудь впечатлит, но имеем то, что имеем.
Но идея замечательная. Надо снимать подобные репортажи. Будет чем впечатлить сестричку, маму и Вельку по возвращению домой. А домой я обязательно вернусь. Тут без вариантов.
Сбора трофеев не было, потому что после всесокрушающего удара Сфирот не осталось ничего. Дворец правителя, как и все самые ценные здания, смело звуковой волной. Остаётся разве что прошвырнуться по сохранившимся домам, но блестящие побрякушки меня совершенно не интересовали. Ну не мебель же тащить из них, и куда её потом девать? Разве что в Д’иль-мун, но и тут есть нюанс. Портальной статуи в Ишиме я не чувствую, но даже будь она здесь, не стал бы я этим заморачиваться. Тем более что одноруким шифоньеры да комоды особо не подвигаешь. Да и остались ли они здесь? Столько лет прошло, небось всё разлетелось прахом ещё лет пятьсот назад.
Вспомнил про Ориошу. Рванул с места в ту сторону, где его оставил. Жеребец лежал на земле и не подавал никаких признаков жизни. Но тем не менее он был всё ещё жив, но его Аура была так слаба, что я без какой-либо сложности преодолел её сопротивление. Быстро пробежался по внутренностям и задержал взгляд в его голове.
Не надо быть ветеринаром, чтобы понять, что Орион нежилец. Сосуды в его голове представляли собой мешанину плоти. Они полопались, а вытекшая кровь образовала сгустки, давящие на окружающие ткани мозга.
Я не знал, чем помочь жеребцу, но не желал просто сидеть и смотреть, как он медленно умирает. Не знал, что надо делать, поэтому действовал скорее инстинктивно. Лихорадочно вспоминал уроки, полученные у Народа Воды.
Закрыл глаза, полностью сконцентрировавшись на Орионе. Я видел строение внутренностей его черепа, видел самые мельчайшие сосуды, по которым всё ещё медленно текла кровь. Чувствовал всю влагу в тканях мозга.
Я долго смотрел и изучал, а после приступил к действию. Ноотропное действие, оказываемое Информаторием, проявило себя во всей красе. Я вспоминал то, чему меня учил Народ Воды, в мельчайших деталях, даже такие, которые, казалось бы, знать не должен.
Сгустки крови медленно растворялись и исчезали. Давление на мозг снизилось, но окружающие ткани, кажется, уже были повреждены.
Нужна только сила и желание, – вспомнил я слова матриарха Народа Воды. – Всё остальное сделает сама вода.
Врала, конечно, неучёная баба, и всё от недостатка образования. Как я могу загнать воду в мозг? Орион же тогда точно помрёт.
А не надо было ничего загонять. Мозг более чем на семьдесят процентов состоит из воды. Её там полно, и я отчётливо это вижу. Надо просто подстегнуть регенерацию тканей, но мозг разве регенерирует? У учёных почти нет, а вот у Шу — ещё как.
Всё-таки права была старуха из Народа Воды — вода всё сделает сама, правда, не уточнила, что эликсирная, и непременно производства Шу. Но таких подробностей она знать не могла.
Эликсирка, выделенная прямо в тканях мозга, подстегнула регенерацию клеток. Высокое восприятие позволяло мне видеть молекулы магической воды и оказываемый ею регенеративный эффект. Капилляры восстановились достаточно быстро. А вот клетки мозга регенерировали гораздо медленнее, но процесс шел, что несказанно радовало По нервным окончаниям уже начали пробегать электрические импульсы, пока ещё редкие, но лиха беда — начало. Будем ждать и надеяться.
За ожиданием и надеждами прошло четыре полных дня. Два дня из которых я мог наблюдать состояние Ориона изнутри, а вот на третьи сутки его жизненная Аура стала крепчать, и пробить её я уже даже не пытался, чтобы не навредить жеребцу. Он всё ещё находился в беспамятстве, но уже начал дышать полной грудью, жадно хватая воздух ноздрями. Всё это время я насыщал его организм питьевой водой, чтобы избежать обезвоживания. Почки и все остальные органы работали как надо. А вот покормить я его не мог, но надеялся, что молодой и сильный организм как-нибудь продержится без еды хотя бы неделю. Я продержался же как-то в казематах Абгаля. Три с половиной поганых месяца на одноразовом приёме пищи, состоящей из непонятной каши и воды.