Замковый лазарет располагался в просторной деревянной пристройке у малой башни замка, в которой находились мастерские, склады и оружейные. Именно в деревянной пристройке домовики посоветовали хозяевам замка лечить больных. В лазарете работал лекарь-степняк, обученный в свое время Леонардом. В случае необходимости и сам Леонард никогда не отказывал в помощи.
Когда Элина вошла в лазарет, лекаря не было, а на одной из коек спал молодой солдат. Элина подумала, что давно уже не бывала в лазарете и почти забыла его запах. В помещении остро и приятно пахло полынью, шалфеем и другими травами, пучки которых были, по совету Леонарда, развешаны по стенам. Травы освежали воздух и всегда были под рукой, если нужно было приготовить лекарство или мазь. Она уже повернулась, чтобы выйти и отправиться на поиски лекаря, как вдруг парень открыл глаза. Элина подошла к нему и села на соседнюю койку.
– Что с тобой случилось? – спросила она.
– Королева, – удивленно пробормотал солдат. Он был совсем еще мальчиком, наверное, чуть постарше Алека. – Боюсь, что у меня степное проклятье, – в голосе мальчика звучал ужас. – Мысли путаются в голове и засыпаю все время. А лекарь в отлучке, на границу его вызвали.
Элина положила руку ему на голову. Мальчишка весь горел, как в огне.
– Ты просто простужен, – твердо сказала она. – Степное проклятье совсем не так начинается.
Она хотела рассказать ему о болезни короля Томана, но сдержалась, решив не навешивать на юного солдата лишние тайны. Официальной версией смерти короля была смерть от старости, хотя никаким уж особенным стариком он не был.
В глазах мальчика вспыхнула надежда. Потом он снова нахмурился.
– Если до утра мне не полегчает, и температура не спадет, меня священники уведут в храм и … я боюсь. Они всегда больных солдат туда уводят, а из храма пути назад нет.
– Что ты имеешь в виду? – Элина почувствовала, что ее голос дрожит от волнения.
– Ну как же, ты разве не знаешь, как у нас тут в армии устроено? Если заболел степным проклятьем, священники тебя в храм заберут, а там ты либо сойдешь с ума и станешь вечным солдатом, либо – смерть. Говорят, там в храме мертвых солдат и хоронят, потому что из храма ты можешь выйти только их слугой.
Элина знала, что священники уводят в свой храм кого-то из солдат, но всегда считала, что туда попадают самые сильные и умелые, те, которых священники специально тренируют и превращают в вечных солдат. Похоже, туда уводили и больных солдат. Неудивительно, что мальчик так испуган. Что же происходило в храме за закрытыми дверьми, какие жертвоприношения и обряды совершались там?
Мальчик помолчал, тяжело дыша, а потом добавил, – Утром священники придут проверить, и, если я не выздоровею, уведут меня. А как я выздоровею, если и лекаря нет, уехал в соседнюю деревню.
Мальчик отвернулся и накрыл голову одеялом, ей послышалось, что он всхлипнул.
– Подожди-ка, – воскликнула она. – Сейчас принесу тебе лекарство от жара и простуды. Мы тебя живо вылечим. Нечего придумывать всякие глупости.
Элина сняла со стен нужные травы и бросилась на кухню, чтобы приготовить отвары. Вернувшись в лазарет с отварами, она обнаружила, что жар сменился у мальчика ознобом, что еще больше убедило ее в том, что его болезнь была обычной лихорадкой, вызванной простудой. Он пил отвар, стуча зубами от охватившего его холода.
– Ты добрая, королева, – пробормотал он, отрываясь от горького отвара. – Такая же добрая, как твой сын. Не верю я во все эти разговоры о нем.
– Какие разговоры? – спросила Элина.
– Ну, о том, что он предал королевство и связался с валгалианами, чтобы отдать им и лесным чудовищам власть в королевстве, – смутился солдат. – Но никто из нас, солдат его отряда, этому не верит, королева, уж поверь, – поспешил добавить он. – Если сможешь ему передать, пусть знает, что мы его ни за что не предадим. Его отряд его знает и любит.
– Спасибо тебе, – Элина была искренне тронута. Итак, Шпион уже пустил слух среди солдат, но не все из них поверили ему.
– Вот только лучше ему не появляться в замке, – прошептал мальчик. – За любой донос о нем назначена награда. Его ищут, королева. За свой отряд я поручусь, мы его не выдадим, а за других – не знаю.
Элина сжала его руку и кивнула, давая ему знать, что поняла его.
– Я приду рано утром и принесу новый настой. А ты пей этот по глотку каждый час. Священникам мы тебя не отдадим, обещаю, – твердо сказала Элина, накрывая мальчика одеялом.
Проходя через замковый двор, она старалась идти в тени, ближе к стенам, чтобы избежать встречи со священниками или их солдатами. Тени на снегу казались фиолетовыми, да и сам снег был синим в эти последние минуты уходящего вечернего света. После всего, что произошло в последнее время, она чувствовала себя в замке чужой. Сыпал снег, но особенного холода она не ощущала. Скорее бы зима сменилась весной, но до этого было еще далеко.