– Ага, – отозвался Назар глядя в оптику. – На человека не похож, ну немного только.
– На кого похож? – Бородач погладил стволы ружья, смахнул пылинку с мушки.
– На жука. Большого и страшного жука.
– Значить щас раздавим, – и свесил стволы ружья через парапает. Гость тем временем, активно перебирая руками и ногами, преодолел больше половины подъема. До верха осталось метров тридцать. Басмач прицелился, и выстрелил из верхнего ствола. Грохот выстрела прокатился по шахте эхом, отражаясь от металла стен. Снизу доносились визг и скрежет.
– Живучий гад, дырка в спине, а все не падает. – Прицелился еще раз и разрядил нижний ствол. Сплющенная голова «человечьего волка» брызнула желтыми ошметками и осколками черепушки. Тело на мгновение замерло – руки-лапы, видать, еще удерживались за скобы, – а затем сорвалось вниз, смачно, прогрохотав по железу семьюдесятью метрами ниже.
– Все, отбегался жучара. – Басмач щелкнул замком, эжектор выплюнул дымящиеся гильзы, чуть не угодив ему в лоб. – Чертово ружье, никак не привыкну!
Потянувшись, он встал с холодной лежанки и подошел к скелету:
– Ты отомщен, друг. Можешь спать спокойно, где бы ты ни был. Ладно, хватит соплей. Пацан, дай железяку, валим отсюда.
Первую «ушастую» гайку он честно пытался открутить, но не вышло, проржавело насмерть. В сердцах с размаху ударил железякой и гайка отломилась вместе с болтом.
– Мля, это же чугун, простой и дешевый! – И врезал дубиной по второй гайке. С третьего удара и та отвалилась.
Срубив оставшиеся болты, вдвоем еле подняли тяжеленную решетку и скинули в сторону: выход (или вход) из вентшахты располагался на вершине горы, окруженный кольцом стоячих камней.
Выбравшись на свободу, первое что они сделали, так это улеглись на раскаленный солнцем камень и попросту грелись. Влажный тоннельный холод, пропитавший их тела, нехотя, но уступал место солнечному теплу.
– Больше никогда не полезу под землю. Никогда! Хорошо. Эх, – Басмач вдохнул до боли в ребрах пряный травяной аромат осенней степи. – Пожрать бы сейчас.
Отдыхали долго, пока не стало совсем жарко. Басмач, жмурясь на солнце, вслушивался в звуки живой степи и не мог наслушаться: стрекотание вездесущих кузнечиков, тонкое жужжание мушки, клекот далекой птицы – наверное, орла. Его горделивый силуэт еле виднелся далеко в небе.
Птица, заложив крутой вираж, догнала другую, и они принялись парить вместе, повторяя движения почти синхронно, как звено истребителей на параде. Горделивых орлов появлялось в небе все больше, пока не стало слишком много. Они кружились, образуя нечто вроде воронки, сбиваясь в четкую стаю и поднимаясь все выше и выше. Да, такого в тоннеле не встретишь, там только шмыгающие и пищащие по углам крысы.
– В теплые края собираются мигрировать, – кивнул Басмач на птичий круговорот. – Эх, и почему так человек не может, взмахнул крылами и унесся к теплу, подальше от грязи и проблем. Красота!
– Тогда грязи и проблем станет много и в небе, – отозвался Назар.
– Да, ты прав. И умен не по годам, парнишка. М-да-а. Проклятая жизнь, проклятая Напасть. В этом возрасте ты должен учиться в институте, переживать из-за мелочей и щипать молоденьких студенточек за попки. А вместо этого… Э-эх, ни детства ни юности. Мы, старики, как-то пожили в – относительно – мирное время, но вот вам, молодым, что досталось в наследство. Ладно, некогда лежать. Надо проложить маршрут.
Басмач долго стоял на вершине горы, глядя в бинокль, сверялся с картой, кое-как нашел ориентиры, чтобы определить дальнейший путь.
– Километров пятнадцать до города Курчатов, не промахнемся думаю. – Он снова приник к оптике. Впереди разлеглась все та же степь, желтая и выгоревшая на солнце. Только слева степной сухостой встречался с наползавшими песчаными языками, барханы тянулись до самого горизонта. Еще лет десять, и пески победят, сыпучее море поглотит этот узкий перешеек, поросший ковылем, и шершавый песок подступит к этой самой горе.
По правую сторону, там, где еще царила степь, наметилось движение. Басмач не мог точно разглядеть, что это, от земли, искажая видимость, поднималось марево. Да и нестерпимая желтизна травы отражала солнечный свет и обжигала глаза.
– По-моему там волк… – Басмач не был уверен.
– Что?! – встрепенулся Назар. – Дай посмотреть!
Назар жадно приник к окуляром бинокля. Действительно, на горизонте шел зверь, похожий на собаку или волка. Но у Назара даже мысли не возникло другой.
– Это Бес! – радостно вскрикнул парень. – Надо идти навстречу.
– Бес? Да ну. Далеко же, как рассмотрел-то? – Но Назар его не слушал. Он был в нетерпении снова обнять этого блохастого и пахнущего зверем волка – второе родное существо после сестры.