– Под землей! На основной территории есть вход, вернее, ангар с грузовым подъемником и там… Там их содержат.
«Биология, содержат. Содержат обычно животных… Вот же суки!» – подумал Басмач, вслух же произнес:
– Ну, вот и отлично, – благодушно улыбнулся Басмач и спрыгнул с горячего капота и подошел вплотную. – Но если, ты, ушлепок, вякнешь чего не по делу, – он ткнул стволом пистолета водителя в живот. – Прострелю пузо. Умирать ты будешь долго, говно из кишков смешается с кровью, полезет сквозь дырки. Кровь и дерьмо – последнее, что твой хрящеватый шнобель будет ощущать, перед тем как тебе сдохнуть. Я внятно излагаю? – оскалился Басмач.
– В-вполне, – закивал ученый.
– Не обосрись раньше времени, – посоветовал бородач. – Пацан, ну, чего там?
– Воняет, – пробурчал он, выходя из-за машины в форме убитого айдахаровца. Кожаная кираса висела на Назаре мешком, так как безвременно почивший прежний хозяин был значительно плотнее.
– Сойдет, – махнул Басмач. – Только грудину кровякой измажь. Будешь тяжело раненного изображать, можешь даже стонать. А пока пригляди за нашим ученым другом, я тоже приоденусь.
Он поднял с земли одежду и скривился:
– Ёпт, и правда воняет!
Машина шла медленно, натужно ревя мотором и оглушительно хлопая в прогоревший глушитель.
– Слышь, ученый, а эта колымага быстрее не ездит, а? – перекрикивая шум двигателя, поинтересовался Басмач.
– Нет, что-то с коробкой передач, – откликнулся водитель. – Дальше первой скорости не переключается!
– Весело…
Когда лагерь виднелся уже на расстоянии километра, Назар улегся в кузове, изображая раненого бойца. ППШ и двустволку спрятали среди ящиков, накрыв плащом. Басмач, присев рядом, инструктировал парня:
– Как подъедем к КПП, постанывай, но чтоб с душой, чтобы поверили. Нам за ворота попасть только, а там Бог даст и… По обстоятельствам короче. Автомат под рукой держи. И про свой ППШ не забудь, что под головой лежит. Как бы там не вышло, пацан, слушайся меня как маму, на раздумья времени не будет, каждая секунда дорога. Скажу прыгай, значит прыгай. Скажу падай… Усек?
– Да.
– Ну и отлично. Не дрейфь, парень, мы у цели! – Басмач встал, и постучал прикладом автомата по крыше. – Слышь, ученый, ты про наш уговор не позабыл часом?
– Нет, ну что вы! – отозвался тот. Машина вильнула вправо, объезжая яму.
– Э! Машину ровно веди! – Он осмотрел автомат, еще раз проверил наличие патронов в магазине. Махина лагеря заняла весь обзор.
Машина остановилась аккурат перед воротами, под прицелами двух автоматчиков. Но глядели они как-то буднично, без огонька.
– Эй, открывайте! Это Сидерский! – водитель вышел из машины, в спину ему как бы невзначай глядел автомат Басмача. Назар для правдоподобности протяжно застонал. Впускать их не спешили.
От караулки, стоявшей от въезда метрах в пяти, вышел еще один, и тоже с открытым шлемом.
«Оп-па, офицер», – подумал Басмач, прикидывая пути отступления, которых собственно было немного. Да, если честно, вообще не было!
– Сидерский, почему так рано? – офицер стоял позади автоматчика, будто прикрываясь им. – Вы не выполнили нормы?!
– Да, к сожалению, Альберт Павлович. Машина забарахлила, и по дороге с полигона на нас напали каких-то два оборванца, – причитал ученый. – Охранника ранили. Пришлось вернуться.
Басмач, услышав количество нападавших, напрягся, поправил автомат. Теперь ствол смотрел в просвет между сухой фигурой ученого и кабиной. Как раз на офицера – Альберта Павловича.
– Открыть ворота! – наконец скомандовал офицер, отступая назад. Басмач же никак не мог отделаться от мысли, что их раскрыли и тянут время. Да, кстати, лица ученого – Сидерского, он не видел. Что там он мог намаячить? А ворота ползли медленно, даже слишком.
Караул с автоматами все целился в них. Да, и от караулки шли еще четверо…
– Пацан! Беги-и! – рявкнул Басмач, полоснув длинной очередью автоматчика и офицера, одновременно спрыгивая на землю и хватая Сидерского.
– Ну, что, сука, готов сдохнуть? – зло шипел Басмач, прикрываясь им как щитом. Ученый попытался уйти в обморок, но Басмач надавил тому пальцами под челюстью. – Стоять н-на!
Завыла сирена, послышался топот бегущего от внутренних ворот подкрепления. Оставшийся автоматчик все так же целился, но не стрелял.
– Пацан, ты ушел?! – Басмач, пятясь назад вместе с Сидерским, заглянул в кузов. Назар целился из ППШ стоя поверх кабины.
– Я что сказал, аудал?! Вали!
– Я тебя не брошу!
Со стены заухал пулемет, пули ударили по кабине. Метили явно по Назару, но он успел спрыгнуть. Басмач пятился все дальше, а новые солдаты в черном все прибывали. Человек десять смотрели стволами автоматов через створки ворот. И не стреляли, пока…