Вернувшись к помещению с поворотной стрелкой, Басмач остановился: провалы девяти тоннелей выстроилась полукругом.
– Куда, куда дальше, волчара?
– Эй, он здесь! – донеслось позади. Хлопнул выстрел, и пуля зацепила бедро. Басмач хромая кинулся в первый попавшийся тоннель, даже номера не увидел. Рельсы привели Басмача на станцию с широкой погрузочной платформой, большую часть которой занимали стальные контейнеры.
Забравшись на платформу, он нырнул в лабиринт составленных друг на друга контейнеров. Прижавшись к ржавой стене, Басмач уселся на пол: рана на бедре кровила.
– Только этого не хватало, – прошипел сквозь зубы бородач. В тоннеле послышались голоса и топот. Пробравшись через лабиринт, он наскочил на тройку патрульных. Одного Басмач успел срезать очередью, второго сбил волк. Но это уже не имело значения, стрельба привлекла солдат, прочесывающих платформу.
Басмач ковылял вперед, все время вперед. Сил оставалось все меньше, рана на груди снова заныла, он ощущал теплые струйки, стекавшие под черной кирасой. Он чувствовал себя загнанным в чужую нору зверем, хотелось уничтожить Жомарта и все это место, а еще жить.
Сюда его привела месть, и желание отомстить за прошедший год не угасло, но притупилось. Поиск Айдахара стал привычкой: он убегает, Басмач догоняет. Интересная игра, в которой приз это смерть. Вопрос, кому он достанется?
Месть была смыслом его жизни, именно месть подогревала злость, придавая сил.
«Так дальше не пойдет, нужно знать куда бежать». – Басмач добрался до перекрестка в форме буквы «Т», вернее широкий тоннель примыкал к узкому коридору.
Бородач привалился к стене, держа тоннель позади под прицелом. Коридор напоминал переход в котельной, в которой обосновался старик Игельс: стальные трубы, обернутые теплоизоляцией, тянулись от пола до самого потолка и даже по нему. С левого прохода долетал шум. Бес, потоптавшись на месте, рванул направо, где вдалеке – метрах в сорока – виднелась пологая лестница.
– Там где шум, там должно быть оборудование, машины, хоть что-то… – Басмач свернул на шум. Волк, заметив, что за ним не идут, призывно тявкнул, и кинулся догонять. Когда догнал, вцепился зубами в штанину.
– Бес, да отпусти ты! Там выход, блохастый? Но мне не нужен выход… лучше иди сам. Со мной, волчара, только смерть.
Басмач бежал на шум. Позади тоже стал шумно от топота преследователей, кто-то даже попытался его подстрелить.
Грохот работающих механизмов, запах раскаленной стали и масла шибал в нос. Технический тоннель вывел в машинный зал. Огромные ребристые электродвигатели крутили еще бо́льшие колеса, скрипели шестерни, а стрелки манометров скакали взад и вперед в такт движения приводимых колесами шатунов и цилиндров.
Басмача ждали. Хор из нескольких автоматов ударил разом. Две пули ударили в бок, его крутануло на месте и отбросило на пол. Басмач с трудом отполз за станок и, высунув ствол автомата, выстрелил.
Боль от ран накатывала волной. Он с надеждой попытался глубоко вдохнуть и не смог, в ране на боку хлюпнуло, а грудь сдавило.
– Приплыли, – Басмач, опершись руками, сел. – Отбегался… – Волк подполз и лег рядом.
– Ну, ничё, повоюем. – Собрав силы он поднялся и открыл по засевшим солдатам огонь. Выпущенная им пуля, срикошетив от станка, ударила айдахаровца в голову. Следующего он срезал уже прицельно. Все вокруг расплывалось, Басмач вывалился в какой-то проход.
Поднявшись, он еле смог прочитать надпись из скачущих и расплывающихся букв: «Огнеопасно!». В коридоре мелькнул силуэт, бородач выстрелил, не целясь, и попал.
Коридор казался огромным, в конце виднелся желтый отсвет лампы. Ноги уже не держали, то и дело подкашиваясь. Басмач плыл в тумане, на ходу стреляя во всё, что движется, просто потому, что зрение никак не хотело фокусироваться, на него нападали расплывчатые пятна.
Запнувшись за высокий порог, Басмач ввалился в гулкое помещение. Позади через вату слышались крики преследователей, в открытую створку двери звонко ударила пуля. Остаток магазина Басмач выпустил лежа на полу просто не глядя. Силы покидали его.
Держась за дверь, он поднялся по стенке, захлопнул стальную переборку и закрутил штурвал запора. С той стороны забарабанили прикладами. Колесо штурвала дернулось, но Басмач успел просунуть бесполезный уже автомат и заклинить замок. В сталь дробно застучало – кто-то решил прострелить дверь, но успеха не добился, дверь выдержала.
Он распластался на полу, и закрыл глаза. Бес, поскуливая, улегся рядом, ткнувшись мокрым носом в ладонь.