Земля, наконец-то!
Он был готов чуть ли не обнимать пыльный косогор лишь только за ощущение надежной опоры под ногами. Справившись с нахлынувшей эйфорией, Басмач огляделся. Бетонная дорожка начиналась у мостка и, вильнув влево, терялась где-то за небольшим холмом в метёлках ковыля. Наверняка тропинка должна была идти в дачный поселок, виденный еще с причала. Басмач подошел к воде и помахал Назару, чтобы тот перебирался.
Назар махнул в ответ, закинул на спину его рюкзак и пошел на мостик. Пройдя несколько метров, Назар вдруг понял, что Бес не идет за ним, не слышно цокота когтей по металлу. Он обернулся. Волк застыл перед лестницей, помахивая хвостом, но зайти не решался. Назар не собирался бросать друга, потому вернулся обратно.
– Ну, блохозавр, чего не идешь, боишься? Так я тоже боюсь, – Назар потрепал волка по ушам. – Пойдем, нам на ту сторону. Айда, – Назар сделал шаг на мостик. Бес заскулил, не решаясь ступить на железо, но вдруг подпрыгнул как ужаленный и бегом бросился вперед. Назар опешил, Бес, цокая когтями, был уже где-то на середине.
– Ну дает Бесяра, – усмехнулся парень и пошел следом. А волк, тем временем уже пробежав триста метров дамбы, спрыгнул на берег и стал радостно носиться вокруг Басмача. Тот лишь отметил про себя, что большую воду не любит в их команде не только он. Теперь их двое, и пора открывать клуб.
Назар поначалу ступал очень медленно и аккуратно, выверяя шаг. Но метров через пятьдесят, такая черепашья скорость ему надоела, он пошел уже быстрее. Как вдруг металлический лист пола с протяжным скрипом сложился под ногой Назара как бумага. Падая в воду, он лишь успел ухватиться за край свисавшей со стенки сетки-рабицы, и по пояс погрузился в воду. Рюкзак камнем потянул вниз. В пальцы врезалась проволока сетки, Назар закричал от боли, но сил, чтобы подтянуться, не хватало.
– Помоги! – только и смог выкрикнуть он, болтая ногами в ледяной воде.
Басмач, наблюдавший переход с берега, замялся в нерешительности: опять вода и мостик. Но крик о помощи подстегнул сознание. Пересилив вдруг обострившуюся боязнь, он бросился к Назару.
Силы в руках не осталось совсем, он их не чувствовал. Как впрочем и ног в ледяной воде. Один из болтов, удерживавших рабицу, не выдержав старости и нагрузки, лопнул. Сетка, с хлестким «дзинь» оторвалась от швеллера, Назар погрузился в воду по грудь. Теперь он явственно ощущал, что кто-то держит его за левую ногу, и тянет вниз. Запаниковав, он принялся молотить ногами. Но тут же икру прострелило иглой боли, Назар взвыл и чуть не разжал руки.
– Держи! – лысая голова возникла сверху. Басмач протянул руку, но достать до Назара не смог. Замешкавшись, он ухватился за рабицу и стал тянуть на себя, постепенно вытягивая Назара.
– Меня кто-то держит!
Вес парня, ружья и намокшего рюкзака оказался велик, сил Басмачу стало не хватать.
– Брось рюкзак, – скомандовал он.
– Не… не могу, – прохрипел Назар. – Руки не слушаются!
Басмач вытянул с петли на поясе мачете и, держа одной рукой сетку, рубанул СВТ по стволу, перерубив веревку чуть ниже антабки. Винтовка, скользнув с плеча Назара, бесшумно исчезла в воде. Назар истошно закричал. Над водой позади него вынырнула голова в чешуе с плоским носом и пастью, усыпанной острыми зубами. Басмач, отпрянув, отпустил сетку и чуть не упал. Назар снова погрузился по грудь.
Басмач выхватил из ножен штык-нож от СВТ и метнул, почти не целясь. Страхолюдная голова, поймав нож плоским носом, точно между дырками ноздрей, квакнув что-то, исчезла под водой. Бородач подтянул полегчавшую сетку с прилипшим к ней Назаром, и вытянул на мостик.
Назара била крупная дрожь от холода или страха. А может, от того и другого одновременно.
– Некогда разлеживаться, сейчас страхолюд друзей позовет. – Басмач, тяжело дыша, подхватил Назара под руки и почти волоком потащил на берег, где ждал Бес.
По тропинке бежали не глядя, лишь бы подальше от водохранилища. Басмач сомневался, что рыболюды, – а голова, утонувшая вместе с ножом, принадлежала именно к ним, – станут преследовать обидчика далеко от воды. Оба запыхались. Назар почти падал. Штанина на левой ноге оказалась разодрана, мешаясь с водой, стекавшей из ваты, сочилась кровь. Басмач, заприметив подходящий домик на макушке холма, направился к нему, поддерживая Назара.
Замок вывернуло из косяка со второго пинка. Стрелять Басмач не стал, чтобы не привлекать внимание аборигенов излишним шумом. Хотя, наследили они и так больше некуда: ранили рыболюда, оставили приметный след грязных ботинок и крови на бетонной тропинке. Почти приглашение к обеду!