– Электричество все-таки есть… – Голова бородача исчезла в люке.
Назар икнул и, поджав ноги к подбородку, уселся обратно к огню, опасливо покосившись на угол. Над непонятно-страшной и шумной коробкой вился белесый дым. Но главное, она замолчала.
Глава 11. Сплав по Иртышу
Лодку, а, вернее, даже катер, из гаража волокли в четыре руки, алюминиевая, но тяжеленная. С водным транспортом у местного населения, как оказалось, проблем не было – что ни домик, то лодка. Басмач даже позволил себе повыбирать. Сморщенная резиновая, узкая жестяная советская и навороченная забугорная из стекловолокна, были отвергнуты сразу. Кто его знает, что там с пластиком или резиной произошло за годы? Советская жестянка, знававшая лично еще Дерсу Узала, слишком маленькая, волка просто некуда деть.
Выбор пал на пятиметровый катер с гордой надписью «Отважный», из легкого сплава, остроносый, с низким козырьком лобового стекла, уключинами на бортах и креплением для подвесного двигателя на корме. Он, кстати, оказался тут же, в сарае. Вот только с топливом загвоздка. Насколько помнил Басмач, такие моторчики предпочитали бензин с октановым числом не ниже «95». Но, чего нет, того нет. На такую роскошь и не рассчитывал, главное, что легкие дюралевые весла, аж две пары имеется.
Вариант с возвращением к водохранилищу для спуска по судоходному шлюзу, Басмач отмел сразу. Во-первых, там их ждут рыболюды, ждут, тут к бабке не ходи. А, во-вторых, со шлюзом придется повозиться, ведь, чтобы им воспользоваться, внутренний затвор необходимо поднять, заполнить шлюзовое пространство водой и следом открыть наружные гермоворота… Что могло произойти со стародавним, заржавевшим за прошедшие годы механизмом, только гадать. Вдруг шлюз просто вывернет напором из стены дамбы? От них с Назаром только красное пятно на алюминиевой тарелке останется.
Катерок потащили на руках. Сначала, по косогору постоянно вверх, чтобы обойти заграждение и сторожевой пост с вышкой для часового, когда-то охранявшего подступы к ГЭС. Всего ничего, сотня метров, для двух мужиков и одной лодки весом кило эдак в сто – сто пятьдесят максимум. Но то не большая проблема, если бы не один двухметровый доходяга, перхающий и сплевывающий склизко-зеленое с примесью крови при каждом удобном случае. А второй по меркам после Напасти, почти старик. Им бы еще по отъедаться плотно с недельку хотя бы…
Нести на руках в гору полтора центнера смогли не долго. Жесткий алюминий борта, в пупырышках заклепок, продавливал кожу на ладонях до самых костей.
– Постой… – дыша как загнанная лошадь, почти захлебываясь в булькающем кашле, Назар бросил свой край на землю. Басмач покосился на парня, но ничего не сказал. Да, и что скажешь? Тут, либо сдюжишь, либо нет. Басмач и сам был не в восторге, задеревеневшая спина просто вопила от боли, но ее удавалось стерпеть. Бородач навалился и перевернул лодку покатым днищем на пожухлую траву, после уселся на борт.
– Отдохнем. – Басмач снял с пояса флягу и протянул Назару, но тот отрицательно помотал головой и уперся ладонями в колени. – Ты лучше выпрямись, кровь к голове приливает, сосуд может лопнуть в мозгах, загнешься.
Назар, последовав совету, выпрямился и снова зашелся в кашле. Бородач сделал глоток воды, поморщился, завинтил пробку и спрятал флягу.
– Дальше волочь будем, ну ее на хрен. Я за цепь тянуть, а ты, парень, в корму руками упрись, подталкивай. Вон, – бородач махнул рукой куда-то по течению реки, – там спускаться будем. За борт придерживай. Ну, взялись.
Лодка, скрежетнув днищем о камешки, плавно вошла в воду. Обнаруженная в полукилометре ниже плотины, промытая заводь у большого камня подошла для спуска как нельзя лучше. Вода закручивалась спиралью, оставляя мелкие хлопья пены на песчаном бережке. «Отважный», словно застоявшийся в стойле конь, как только попал в реку, сразу же отойдя от берега, устремился в основной поток. Басмач едва успел поймать скользнувший по земле обрывок тонкой цепи, закрепленный на носу катерка. Рюкзак и найденные в домике вещи – синие штаны и болоньевая куртка – старых хозяев, упакованы в целлофан и брошены на дно катерка.
Назар забрался в лодку, но, потеряв равновесие, чуть не свалился за борт, устоять на колеблющемся днище катера, стоявшего опять-таки на подвижной воде, было не привычно. Сложнее оказалось с Бесом. Волк наотрез отказывался забираться в лодку, рычал, упирался, когда Назар попытался его попросту перенести. Но, в конце концов, Бес сам, и без посторонней помощи запрыгнул в катер и уселся на корме с самым независимым видом. Басмач столкнул «Отважного», от берега, и забрался на борт. Дальше предполагалось идти по течению и грести на веслах.