Река Иртыш, протяженностью четыре с лишним тысячи километров, берет истоки в горах Китая, несет свои спокойные, полные рыбы воды на протяжении тысячи семисот километров по землям Казахстана, и, уже впадая в Обь на территории России, теряется где-то в Северном Ледовитом океане. Басмач рассчитывал пройти по воде расстояние около двухсот двадцати километров по течению, от Усть-Каменогорска до Семипалатинска. Хотя, возможно и больше. На данном отрезке пути, Иртыш очень уж извилистый.
Басмач планировал делать остановки и ночевать на берегу, потому как пройти столько по воде, без мотора, только за счет энергии небыстрого течения и на веслах попросту не реально за световой день. Причем короткий, осенний день, когда темнеет рано. Плыть ночью, вообще не вариант, а чистое самоубийство, фарватер реки никто из них, включая волка, не знал. Да, и притопленных деревьев должно быть на пути немало.
Спокойная заводь осталась далеко позади, катерок швыряло из стороны в сторону. Румпеля у лодки не предусмотрено, а управлять веслами выходило слабо. Басмач налегал на дюралевые рукоятки, с непривычки дергая уключины, едва удерживая непослушную посудину подальше от усыпанного валунами близкого берега. Глубина тоже оказалась невелика, то и дело, по днищу «Отважного» чем-то дико скрежетало, заставляя нервы бородача вибрировать совсем уж на высокой ноте. Стоит вспороть тонкий алюминий об острый обломок базальта, или торчащую арматурину, и конец путешествия более чем очевиден. Это Назару хорошо, он умеет плавать. Бес, забившись в подобие кубрика на носу катерка, свернулся калачом и жалобно поскуливал, жмуря глаза.
Чуть не упустив момент, Басмач навис над правым бортом, уперевшись веслом как шестом, уводя катер подальше от торчащего из воды огрызка бетонной сваи – остатка опоры старого моста, не иначе. Как вдруг, лодка мягко ударилась обо что-то в воде. Песчаное дно, бревно топляка? Причина не заставила себя долго ждать. Днище точно посередине лодки моментально вогнулось внутрь, гулкий удар подкинул корму на метр, не меньше. Басмач лишь успел поймать за ногу и втащить обратно вылетевшего за борт Назара. За кормой над бурлящей поверхностью показался огромный хвост, вильнул недовольно, щедро обдав водой, и исчез.
Бросив весла на гнутое днище лодки, Басмач вскинул дробовик, выцеливая в бурлящей воде рыбину. То, что плавало где-то рядом, наверняка отъевшийся за лето таймень, вымахивающий и до бомбардировок под сотню кило и двух метров в длину. А уж после Напасти, любая животина стремилась вырасти до гиганта и обзавестись зубищами, клешнями, кислотой… Лодка со скрежетом задела торчащий на перекате камень. Целиться в рыбу стало не безопасно, Басмач сменил ружье на весла. Постепенно, берега отступили, устье расширилось, и река стал спокойной. Впереди показался изгиб, Иртыш здесь делал крутой поворот у горы Аблакетки, а дальше железнодорожный мост и собственно сам Усть-Каменогорск.
Лодка выскочила на широкую воду. Слева по берегу сплошной стеной, у самой кромки воды росли деревья. А справа виднелась бетонная пристань с полузатонувшей баржой у причала и гигантскими аистами портовых кранов. Пристань постепенно перешла в набережную, делая крутой поворот и разделяясь на два рукава. Прямо виднелся короткий тоннель, отводивший часть воды из реки к Пионерскому острову. А если взять левее и продолжать вдоль бетонных парапетов набережной с беседками и статуями, то можно доплыть до стрелки – места, где Иртыш сливается с Ульбой. Активно работая веслами, Басмач забрал левее. Тут было чистое, просматриваемое пространство, разделенное бакенами. Иртыш в прошлом река вполне судоходная: грузовые, и прогулочные рейсы до самого Бухтарминского водохранилища, места семейного отдыха. В далеком прошлом, естественно.
Назар блевал, перегнувшись через алюминиевый борт лодки. Неудивительно, качку мало кто легко переносит. Басмач ничего поделать не мог, потому потихоньку работал веслами. Впереди, русло чуть изгибалось вправо, сливаясь с рекой Ульба. Эта часть города так и называлась, «Стрелка». Район когда-то считался элитным, свечки высотных домов, стоящих довольно близко к воде, складывались в аббревиатуру «СССР», если смотреть с высоты птичьего полета. Но Басмач этого никогда не видел сам, только слышал от других. Зато сейчас вполне наблюдал, что нескольких домов нет, совсем. Только руины. Давненько, еще до Напасти поговаривали, что островок меж двух рек подмывает просачивающейся водой, под землей образуются пустоты.