— Вот что, начлет. Задачу твои самоубийцы на сегодня выполнили нормально. За это тебе моя и не только моя командирская благодарность. Видел я, что вы там вытворяли. Честно говоря, я-то ждал, что в ходе этой авантюры вас всех в землю загонят. И, знаешь, начлет, мне даже иногда кажется, что тебе сама нечистая сила помогает. Но ты, Павел Владимирович, имей в виду… Штурмовал японцев на «Кирасирах» ты у меня сегодня в последний раз. Твои сегодня еще раз слетают, и амба, ставим «Кирасиры» ремонтироваться. С завтрашнего дня на этом типе самолета ты будешь летать только в учебных целях с теми, кого к нам на обучение пришлют. Ну и со своими восточными приятелями. А в этот вылет я тебе разрешаю слетать, но в прикрывающей группе на И-14, и чтоб у меня в атаку зря не ломился! Я мог бы и вовсе тебя не пускать, но так уж и быть, лети. И цени мою доброту. Все понял, заместитель?!
— Понял я, товарищ капитан. Мавр сделал свое дело, мавру можно…
— Ни хрена ты не понял, лейтенант! Пойми ты, Павел Владимирович, стране твои мозги нужны там, в Житомире, в Харькове, а может, и в Москве! А не тут, размазанные по стенкам кабины! В общем так, до новых распоряжений из Москвы, разрешаю тебе участвовать в боевых вылетах только на перехват. Сейчас ты крайний раз за «сторожа» с ребятами слетаешь и все, на учебный аэродром топай.
— А кто вместо меня на «Кирасире» пойдет? Зуркова уже перевязывают, на его аппарате Зайцев полетит, а моя-то машина без седока осталась.
— Мещеряков Ваня за тебя слетает. Он как раз третий день как из Житомира прибыл. А там до отъезда безвылазно на «Кирасирах» крутился, и в стрельбе по полигонам всех там, и ваших и наших, за пояс заткнул. Он опытный, справится. Кстати, ты ему скорее всего перед отъездом Монгольский учебный центр передавать будешь. Его это дело учить… Ну что?
— Этот вопрос ясен. Новые вопросы еще зреют в утробе матери. Разрешите идти готовить истребитель к вылету?
— Таких болтунов надо где-нибудь в пехоте перевоспитывать. Иди с глаз моих!
«Никак, поблагодарили меня. А глаза у комэска такие добрые-добрые, а вообще-то мог бы ведь и люлей навешать. За что? Да хотя бы за то, что мы во втором вылете не просто по целям отстрелялись, а еще остатком боекомплекта подходящие к месту боя подкрепления японцев проштурмовали. Самодеятельность? Типичная! Но ее еще иногда инициативой называют. Мы же, между прочим, после команды на отход, какую-то свежую конную часть и артбатарею там пулеметным огнем рассеяли. Правда ушли мы буквально за пару минут до прихода в район тех японских асов, которым Дементьев с ребятами хвосты накрутили. Ребята потом рассказывали каково им там пришлось крутиться. Кольцову аж трос выпуска шасси перебили, когда вернулся на пузо садиться пришлось. А «Огненный Змий», небось, пока с высоты за нашей работой наблюдал, не просто обычным матом меня крыл, а концептуальные многоэтажные конструкции экспресс-методом конструировал. Я ведь его внеплановую ракету видел, но проигнорировал. М-дя, не очень-то хорошо получилось».