Остальные японские данные о ТТХ аппарата малополезны, так как базируются лишь на догадках и неточных расчетах (реконструированный внешний вид самолета прилагаю).
По нашим сведениям, в целом не противоречащим сведениям союзников, такие самолеты планируются русским партийным руководством к постановке на боевое дежурство специальных Московских и Санкт-Петербургских полков ПВО. При этом русское министерство авиации – УВВС практически не в курсе этих планов, в связи с тем, что сами самолеты производятся малой серией на секретном заводе, а для комплектации кадрового состава этих полков используется летный и технический состав авиации пограничных войск и НКВД (информация нуждается в дополнительной проверке). В контексте испытаний этой новой техники, не совсем понятен смысл проведенных русскими нескольких тактических операций по огневому нападению на аэродромы и железнодорожную станцию. Военные результаты, аналогичные достигнутым в ходе этих ударов могли быть получены и другим оружием. Возможно, идет тренировка и обкатка на войне личного состава будущих специальных полков ПВО, которые будут защищать русские столицы не только от воздушного, но и от наземного нападения. Это логично, так как без пилотов с боевым опытом, такие полки будут ограниченно боеспособны. Так или иначе, но эта небрежность русских позволила и нам и союзникам получить приведенные здесь ценные данные.
Возвращаюсь к секретной операции, руководимой генералом Гендзо. В целях более детального ознакомления с русской авиационной новинкой «Буревестником», мною согласовано участие трех наших сотрудников в операции по проникновению на объект «Феникс». Один из этих людей, в качестве сопровождающего, уже был использован в операции для помощи в легализации японской разведывательной группы, состоящей из русских эмигрантов (характеристики на данного сотрудника прилагаю). Г-н генерал Гендзо в качестве ответной любезности на уже оказанную нами помощь, предложил создать в ходе операции условия для получения двух летнопригодных образцов техники. Одного для себя и одного для нас. В связи с этим, прошу направить мне в оперативное подчинение двух опытных пилотов с разведывательным опытом, способных принять участие в операции на контролируемой русскими внешнекитайской территории.
ХГ.
— Товарищ майор, лейтенант Колун по вашему приказанию…
— Отставить приветствие, лейтенант! Доклад о потерях быстро!
— Трое легкораненых, все в строю, товарищ майор.
— Вооружения сколько потерял? И вообще расскажи, чем и как ты там обороняешься? Ну-ка давай мне подробный доклад!
«Лучше б ты поспать мне предложил, товарищ местный волюнтарист. Только наезжать и пугать бедных летчиков и умеешь. А я, между прочим, впервые в жизни сегодня под артобстрелом побывала. Слава партии, штаны сухими остались. А то… Гм… не перенесла бы, наверное, позора, и по примеру супостатов, сеппуку бы сделала. Ладно уж, отвечу этому грозному временному начальству…»
— Есть подробный доклад. Потерь в вооружении нет. При артобстрелах разрушена часть установленных нами заграждений…
— Да ну… Ты это… продолжай.
«Ну-ка не нукай – не запряг еще! Доклад ему подробный, а сам, будто издевается».
— На позиции сборного взвода имеются в наличии девять пулеметов, из них два секретных крупнокалиберных и два скорострельных ШКАСа. К обычным пулеметам примерно по три ленты на ствол. К трем японским сотни по четыре патронов. Два из них десантные, один нам только что баргуды подарили. К крупнокалиберным патронов всего по сотне. Кроме того, имею две единицы секретного вооружения с боекомплектом в шестнадцать выстрелов. В бою пока не использовались. У половины выстрелов боевая часть шрапнель, вторая половина гранаты. Оба вида выстрелов переснаряженные на более мощный заряд снаряды от пушек Барановского. Передать это оружие под ваш контроль не смогу, так как в случае угрозы захвата противником, обе единицы вместе с крупнокалиберными пулеметами должны быть уничтожены. Пистолетов-пулеметов Дегтярева имею три (патронов к ним по сотне – пять магазинов), снайперских винтовок три, остальные обычные. Гранат осталась половина…
«Угу. Так я тебе, майор, и рассказала, что все гранаты у меня в наличии, просто часть из них уже для минирования тылов снайперско-пулеметных засад использована. А другая часть, в качестве гирлянды на моем до поры схороненном И-14 установлена».
— Ну и все вроде… Да, вот еще… Самодельных средств минирования у нас совсем мало осталось… на одну атаку хватит, а дальше бери нас теплыми…