Увидев, как внимательно слушает Айнур.
- Вот ты и присмотришь за братом, каждые три дня ко мне, за свежим отваром, - закончила усакчи, вытерев руки.
И с того момента до полного выздоровления, Айнур ухаживал за своим названным братом. И с этих пор они практически и не расставались. Поддерживая друг друга, а иногда и соревнуясь, вместе постигали новые знания, которые им преподавал десятник Ахмет-ага.
В тот день, когда Урман отправил его за помощью к родичам. По дороге погоняя своего коня, Айнур сокрушался, что зря он оставил своего побратима одного, зря он его послушал. Но в то же время понимал, что кому - то надо было ехать и предупредить родичей о конокрадах.
Быстро добравшись до родного стойбища, он быстро рассказал отцу о произошедшем набеге ногайлар.
Ахмет-ага без промедления поднял десяток молодых бойцов, и отправились в погоню за конокрадами. При этом родичам приказал временно переселиться в стойбище, который находиться на одном из островов в старице реки Дим. Куда даже знающему человеку трудно забраться, берега топкие и болотистые.
Айнура назначили в передний дозор, он просто кипел от нетерпения, желая быстрей догнать своего брата и узнать о его судьбе. Он скакал и переживал, все это время беспокоясь.
Странно, но почему-то в этот раз ошибся унбаши Ахмет, что привело сначала к увечьм собственного сына, а затем и к гибели восьмерых молодых родичей. Стрела, пущенная из ногайского композитного лука, попав в шлем дозорного, ошеломила его, затем отрикошетив выбила ему левый глаз. При этом удар был настолько сильным, что он и сам не заметил как откусил себе язык. Странно только то, что он кровью не захлебнулся. Но видно Аллаху было так угодно.
Ну а из засады, ногайлар без всяких проблем перебили оставшихся родичей, оставив в живых только десятника из-за его доспехов, посчитав его за знатного воина, за которого можно получить неплохой выкуп.
Трупы и еле живого Айнура, которого посчитали мертвым, скинули в ближайший овраг, предварительно освободив от имущества, вплоть до халатов.
Ну а когда, беркут начал полосовать его грудь, он очнулся и попытался естественно быстрее вылезти из оврага. Ему опять повезло, орел не стал его трогать. Увидев своего брата, он попытался написать на земле, что его не понимает.
А затем его, в который раз уже спас Урман, на его глазах зарезав матерого волка. Этого ему хватило, и так обессиленный от потери крови, увидев такое от избытка чувств, тут же потерял сознание.
* На север
** Тетя
*** Десятник
**** Хорошо
***** Дойщики - если буквально, категория тех кому богатеи отдавали в своеобразную аренду часть своего скота.
Колдуны:
Сихырсы - гадатель, ворожей;
Кара китабсе - чернокнижник
Усюкчи - травница и лекарка
Нечисть:
Щурали - леший;
Дью пери - чудищ
____________________________________________________________
Глава 5
24 сафар 956 год от Хиждры. Дешт-и-Кипчак.
Пока витал где-то в облаках и предавался своим размышлениям, посыпая себе голову пеплом. "Зомби" Айнур потерял сознание и начал заваливаться на бок. Резко откинув в сторону щит, я успел его подхватить, и сняв с себя полушубок, аккуратно подложил под него.
Быстро осмотрел его тело на предмет ранений и гематом.
Голова ранения в правый глаз. Сам сделать ничего не смогу.
Рваная рана в области щеки с обеих сторон лица, покрылась засохшей кровью, начала заживать. Возможно, только обработать и намазать мазью ускоряющей выздоровление.
Шея относительно чистая, если не считать мелких царапин полученных от сучков и веток.
Грудь полностью исполосована вдоль и поперек когтями, мелкие рваные ранки, несколько гематом в области живота. Обработать и намазать мазью ускоряющий заживление.
На правой ноге в половину бедра гематомы и опухшая лодыжка. Травмы, явно полученные при падении с коня, либо когда сбрасывали в овраг.
Общий итог для Айнура: жить будет, но увечным останется навсегда.
Ладно, надо бы торопиться. Свистнув, вызвал к себе Турку. Не прошло и десяти секунд, резвым галопом подскакал ко мне мой четвероногий друг и тут же начав ластиться, ткнувшись влажными губами в ладонь. Но в тоже время, настороженно косясь глазами на труп волка, и встревожено пофыркивая.
Со всей возможной осторожностью закинул Айнура на круп лошади, а сам же одной рукой придерживая его запрыгнул в седло, и привязав его тело к своему, потихоньку направился в сторону лагеря.
Прежде чем подъехать к стоянке, забравшись на ближайший холм, внимательно осмотрел округу на предмет недобитых либо новых врагов.
Разведкой остался доволен, ничего нового в округе не появилось и можно без опаски вернуться к лагерю.
Подъехав и осторожно спустив Айнура с коня, расстелив на земле более или менее чистые халаты ногайцев из трофейного имущества, положив его на своеобразную постель, подложив под голову свернутый полушубок.
Ахмет-ага так и не проснулся, продолжая спать батырским сном, время от время похрапывая.
Еще раз, внимательно окинув взглядом временный лагерь, подхватив парочку медных котлов, отправился к роднику за водой и дровами. Лекарской работы прибавилось, значит и воды горячей нужно в достатке.
Принеся воды аккуратно подкопав неглубокую ямку трофейным топориком, быстро развел костер из сухих дров, а рядом выкопал еще меньшую с узким каналом для доступа воздуха.
В степи далеко видать дым от костра, поэтому даже такая мелочь и предосторожность может спасти твою жизнь, если ее не пренебрегать.
Установив треноги и быстро вскипятив воду на одной из котелков. Потихоньку и аккуратно обработал раны Айнура, и помазал специальной мазью из запасов Ахмет-аги.
Вскипятив и второй котелок горячей воды, подобные же процедуры проделал с десятником.
Весеннее солнце уже было высоко, усталость и бессонная ночь давала себя знать, потихоньку давила, и пригревшись, неожиданно для себя уснул.
Проснулся, как всегда, похоже, становиться привычкой, под пинки по ребрам и громкие ругательства унбаши Ахмета.
- Зачем Аллах даровал этой бестолковому барану, мозги! О-у! О-у! Нет! Нет! Ему одного раза не достаточно, когда его на аркане по степи прокатили! Так он не только себя хочет обратно в рабство отдать, но и готов, как я понимаю с радостью обеспечить такую же судьбу, самое главное своему наставнику, который не жалея себя учил премудростям войны этого безмозглого ишака! Который за столько лет так и не научился азам дозорной службы! Не выставив караул, не смыкай глаз! Согласно Великой яса Чингизхана, я сейчас должен за сон на посту забить тебя камнями! - все никак не унимался Ахмет-ага.
Сев на своего любимого "конька", остановить или пытаться оправдаться в таких случаях бесполезно. Лучше промолчать и согласиться. Излив все, что у него на душе скопилось, как таковой, потом он быстро остывает и уже мыслит адекватно.
Потихоньку, бочком, выбравшись из импровизированной постели в виде кучи седельных сумок и нескольких халатов.
Солнце уже клонилось к закату, тихо наступали сумерки.
Я направился к яме с костром и, подбросив дров, быстро разжег огонь.
Пошуровав по сумкам, собрал нехилый ужин, правда, всухомятку. И накрыв дастархан, крикнул десятнику:
- Ахмет-ага! Ужин готов прошу к нашему шалашу!