После Курултая, когда его перевели в это обидное сословие, Урман был очень зол на отца. Ахмет-ага пытался утешить и объяснить ему. Что вины Арслан-бея нет, с ним так поступили, потому что судьба так сложилась. И тогда наставник, пытаясь отвлечь внимание сироты, рассказал, что уже несколько поколений его родичи являются аталыками. В дальнейшем наставник все же сумел найти правильный подход к сердцу ребенка, и завоевать его любовь и доверие.
Когда Турке исполнилось четыре года, ему также начали преподавать военную подготовку. Учеба ахалтекинцу давалась легко.
Первым движениям, которым обучили братьев, была та же быстрая посадка в седло - соскок, заскок, перескок. А для координации - езда, стоя на спине и на седле, затем усложнили копьем, одним клинком, затем двумя, луком и т.д.
Затем дополнили ездой задом наперёд - со стрельбой по преследователям, а вообще стрелять учились практически с любого положения, поднятие предметов с земли, рубка лозы, копьем в кольцо, падание- имитация смерти. Учили своих друзей ложиться по первой просьбе, работа от корпуса (без повода), работы в руках, езде без амуниции, координации движений лошади и верхового в прыжках через препятствия. *
* Два абзаца будут переделаны, отредактированы и дополнены. Это не более чем "болванка" чтобы не забыть.
По словам десятника, Урман в воинском искусстве - талант, и он не позорит десять воинских поколений предков, которые приходят смотреть на своего потомка. Ахмет-ага искренне верил в свои слова и спуску в учебе не давал. К своим шестнадцати, молодой егэт* - был лучшим всадником и лучником в роду, метал и попадал всякими железками в мишень, чуть ли не закрытыми глазами. В борьбе, беге, силовых упражнениях, сабельном и копейном бою ему не было равных среди молодых, лишь опытным воинам уступал, да и то не всегда.
Названные братья неоднократно становились первыми в различных состязаниях, как рода, так и племени.
Урман на своем аргамаке, в 14 лет победил на скачках рода, а затем и племени. На следующий год, бий запретил ему участвовать в подобных организациях, пояснив при этом родичам, ибо такое только для свободных, или асаба**!
* парень, мужчина.
** здесь имеется ввиду про свободных вотчинников.
________________________________________________
*Аталык - воспитатель, наставник, названный отец.
**Туснак - зависимый, подневольный человек, не оплативший долг.
*** мне так легче ГГ - главному герою называть своего друга именем Турка, гораздо легче чем Урману - Тюрок, да и ГГ не видит большего отличия между турками и тюрком.
_________________________________________________
Турка нетерпеливо фыркнул, и толкнул головой Урмана, так что тот еле удержался на ногах.
- Ну, хватит, не балуй, красавчик, нет в этом моей вины, так сложились обстоятельства, лучше попробуй гостинца, - попросил Урман, протягивая лепешку своему другу. Бережно схватив губами лакомство, он важно махнул головой, требуя добавки или ласки. Урман погладил по шерсти, перебрал гриву, вытаскивая зацепившиеся репейники, прыжком взлетел в седло и легонько толкнул пяткой, посылая вперед скакуна. Турка прижал уши и резко пошел быстрой рысью, выражая свое недовольство нелюбимой манерой езды для хозяина.
Аю йаланы, фактически являлся полуостровом, на котором любил частенько появляться Хозяин лесов и полакомиться земляникой, смородиной, да и рыбку половить был мастак. Поляна была совсем недалеко от лагеря ногайцев, минут пять езды верхом. Туда и направился Урман, вспомнив свое обещание проведать и похоронить по-человечески своего друга Айнура.
Рассвет порадовал промозглым туманом. Веяло весенней прохладой. Практически добравшись до места, пустил Турку шагом. Меня потихоньку укачивало, клонило ко сну. С трудом борясь с этой напастью, решил пройтись пешком. До предполагаемого места засады и гибели родичей, оставалось не более одного стрелища.
Именно утром нападает сонливость, с которой здоровому человеку очень трудно бороться и глаза сами собой начинают закрываться, а сознание погружается в свой воображаемый мир и порождает видения.
Внезапно, я остановился, что-то меня заинтересовало, сначала и сам не понял. В памяти прокрутив произошедшие события немного назад, заметил периферийным зрением, как над оврагом кружат вороны.
Повернув в сторону возмутителей спокойствия утренней степи, почувствовал запах мертвечины.
Турке, который позади сторожко переставлял ноги, что-то не нравилось, свое недовольство он выражал попытками укусить меня за плечо. Мне и самому стало нехорошо, по ходу не совсем ко времени решил проститься с покойником. На автомате проверил свое оружие: лук, полный колчан со стрелами, сбоку сабля, перевязь с метательными ножами, легкий круглый щит, подвешенный на спине. Все в порядке, как говорится "готов к труду и обороне". Для моего тела, как я уже понял, все давно забито на уровне рефлексов, и достать любое из оружия и изготовить к бою, секундное дело.
Если вокруг туман стал потихоньку рассеиваться, то в байраке становился только гуще.
В это время до моего слуха донеслись стоны раненого. Чтобы окончательно проснутся, я помотал головой, прогоняя остатки сна. Остановился и прислушался к утренней тишине, внимательно осмотрелся по сторонам. Однако опять все затихло. Как назло, даже птицы и те молчали.
Подумав про себя, что посещают очередные слуховые галлюцинации или как там это называется по - научному. Вполне может быть, что это последствия вселения в чужой разум.
Но вдруг стоны опять повторились, да и еще к ним добавился громкий треск сухих веток. Турка, остановился и тихонько заржал, выражая свое нежелание идти за хозяином в сторону гиблого места, и видимо предупреждая меня о какой-то опасности, известной только ему.
Мысль мелькнула, что может лучше вернуться на стоянку, а придти сюда чуть позже - днем, например.
Широкая степная балка, расположенная недалеко, была хорошо известна Урмана. Неоднократно, родичи устраивали загонную охоту в этих краях. И лично он сам прошлой осенью взял барсука из норы, на одном из пологих склонов.
Поэтому имел достаточно хорошие представления об окружающей местности (вернее не он сам, но Урман).
Сама балка образовалась в результате медленного затухания роста оврага и протянулась в длину с севера на юг не более двух стрелищ и шириной менее одного. При самой дальней вершине скат наиболее крутой. Откосы ближайший и противоположный ко мне достаточно пологие, заросшие густыми кустарниками и ивняком. Весной ненадолго, временные потоки наполняют ее и спускаются к речке, которая затем уже впадала в Дим.
Отбросив всякие сомнения и страхи, до этого посетившие меня, смело направился к противоположней стороне оврага, весенние временные ручьи наверняка уже высохли и поэтому перейти не составит проблем.
Туман становился все гуще, и видимость снизилась до нескольких десятков метров.
Зловещая тишина и этот тяжелый трупный запах вокруг создавал очень неприятную обстановку. В которой нервы напряжены до предела, и любое необычное явление или критическое положение может повлечь за собой растерянность в виде замешательства и неуверенности. При этом разные люди по-разному реагируют в одних тех же условиях, у кого возникает ярость и злость, а кто-то впадает в ступор. Но всегда человек на подсознательном уровне, инстинктивно пытается избежать данных ситуаций, и именно тогда, мы нутром предчувствуем опасность и тем самым избегаем ее во многих случаях.