— Это что, дикое животное? В смысле совсем дикое? В доме?
Шерстяная тварь отреагировала на голос и теперь переключила все свое внимание на Марию, так что отдельная порция нецензурной брани на кошачьем досталась и ей.
— Естественно дикое, — Арсен, похоже, то ли любовался кошкой, то ли получал какое-то извращенное удовольствие от происходящего. Но, по крайней мере, сейчас он явно был настроен благодушно. — В лесах домашние коты не водятся.
Поняв бесплодность своих попыток, кошка затаилась. Отступила вглубь клетки и легла, вжав тело в сухую травяную подстилку. Зверюга лежала неподвижно, и только глаза, неотрывно следящие за людьми, свидетельствовали, что существо это все же живое.
Мария, обычно сдержанная, выругалась, нецензурно помянув в своей возмущенной тираде и кошку эту, и характер ее, и даже мясо, которое до сих пор так и держала в руках.
— Только при хозяйке так не говори. Не поймет, — Арсен явно потешался и над ее реакцией, и над ситуацией в целом.
А вот Мария, выговорившись, немного успокоилась. Поставила миску с так и не отданным кошке мясом на столик. Ноги, не иначе как от переизбытка впечатлений, подрагивали, поэтому она села обратно на пуф. Сделала несколько медленных вдохов, пытаясь унять зашкаливающее сердцебиение, и флегматично вытерла влажные ладони о подол юбки, чего обычно никогда себе не позволяла. Окинула взглядом комнату.
За этими ее метаниями с интересом наблюдали все — и Арсен, и кошка, которая даже приподняла голову с лап для лучшего обзора, и остальные пятеро котов. Коты, впрочем, не подходили — за происходящим они наблюдали исключительно с безопасного расстояния, не сходя со своих насестов и лежанок.
Хотя они, в принципе, и так никогда не отличались особой активностью. Лежат. Смотрят. Едят. Иногда мурчат.
Тюфячки, как фыркала между собой прислуга.
— Вот скажи, Арсен, зачем это все нужно?
Нарушение субординации Арсен, который обычно требовательно относился к таким моментам, видя в них ту самую черту, что отделяла его от остальной прислуги, в этот раз проигнорировал.
— Это же действительно дикая кошка? Полностью дикая, да? — Дождавшись утвердительного кивка собеседника, продолжила. — И какой тогда смысл от меня здесь? Я же никаким боком к этим кошкам, даже к тем, обычным. А эта? Или Софья Каземировна действительно считает, что я пару раз мясо в клетку брошу, сказочку там перед сном почитаю, и кошка станет ручной? Ну бред же, ты это сам понимаешь. Тогда зачем это все?
Возмущение ее Арсен выслушал на удивление спокойно и даже отнесся будто бы с пониманием. Вздохнул и, забывшись, устало потер глаза и тут же зашипел не хуже той кошки, задохнувшись от острой боли.
Зверюга же следила за ним своими круглыми глазами-плошками и вид имела презлорадный.
А вот Мария с недоумением наблюдала за побледневшим до нежной прозелени коллегой. Ему явно было паршиво, и она уже почти готова была предложить помощь, но тот вроде бы немного отдышался. Добравшись до своего стола, Арсен неловко опустился в кресло, почти упав в него, и достал из ящика пластиковый контейнер с таблетками. Вытряхнул на ладонь пару капсул, затем, подумав, добавил к ним еще одну. Выпил.
— Ну, определенный резон в этом есть.
Даже голос у него изменился — стал тише, тоньше. И будто бы тусклее.
— Ты не так давно тут работаешь, поэтому можешь и не знать, но хозяйка иногда покупает таких вот, — он мотнул головой в сторону вольера, кошка в котором снова притихла, казалось, тоже прислушиваясь к разговору.
— Диких?
— Да.
Мария удивленно разглядывала кошку. Не особо красивая, агрессивная. Для обычной кошки немного крупновата, да, но не более. Полностью дикое животное.
Только из-за редкости?
— А зачем?
Арсен хмыкнул.
— Она их приручает. Да, сам бы не видел — в жизни бы не поверил, но она их действительно приручает.
Приручить эту злобную шапку? Чтобы на ручках сидела и мурлыкала?
Шапка тем временем рассматривала говорившего мужчину. Внимательно так, задумчиво. Примеряется, как бы продолжить его дальше когтями расписывать?