— А жалование? — раздался хриплый голос из строя. Это был старый сержант, бывший рудокоп по прозвищу Крот. — Железный Барон платил нам исправно. Как и всем, кто работает на него. Еды всегда навалом. А вы?
Эгберт презрительно скривил губы.
— С чернью никто не о чём договариваться не собирается! Ваше жалование, это крыша над головой и миска похлёбки! И вы должны быть за это благодарны!
Именно в этот момент из окон казармы, где располагались «Ястребы», раздались хлопки выстрелов. А затем к ним добавился лязг стали, короткие вскрики и глухие удары.
Рыцарь Эгберт растерянно обернулся. Его гвардейцы, которые до этого самодовольно сидели на конях, занервничали, начали переглядываться. Из подземных казематов, где разместили прибывший отряд, вдруг начали выбегать солдаты Райхенбаха. Вернее, не выбегать, а вываливаться. С перекошенными от ужаса лицами, без оружия, прижимая к груди обрубки рук или зажимая раны на животе. А за ними, как демоны из преисподней, выходили орки Грызя. Они не кричали, не рычали, просто шли и методично рубили тех, кто не успел убежать.
— Что происходит⁈ — завизжал Эгберт. — Стража! Огонь! Именем регента, приказываю расстрелять этих мятежников!
Но легионеры, стоявшие на плацу, даже не шелохнулись. Они просто стояли и молча смотрели, как разворачивается бойня.
Вскоре выстрелы в казармах «Ястребов» затихли. Дверь распахнулась, и на пороге появился капитан Рорх. Его клинок был в крови. За ним вышли его бойцы, перезаряжая на ходу свои винтовки. Они окружили остатки гвардейцев Райхенбаха, взяв их на прицел.
К бледному, как полотно, рыцарю Эгберту медленно подошёл комендант фон Штейн.
— Кажется, у нас произошло досадное недоразумение, господин посланник, — сказал он с нескрываемым злорадством. — Похоже, дикие орки чем-то недовольны.
Один из «Ястребов», не дожидаясь приказа, хладнокровно вскинул винтовку и выстрелил. Эгберт дёрнулся и, издав удивлённый вздох, рухнул с коня. Его тело тут же оттащили в сторону, к куче трупов его гвардейцев.
Фон Штейн повернулся к замершему строю легионеров.
— Кто-нибудь что-нибудь видел? — спросил он громко. — Может, слышали что-то подозрительное?
Тишину нарушил тихий смех. А потом сержант Крот, вытянувшись в струнку, гаркнул за всех:
— Никак нет, ваше благородие! Никого не видели, ничего не слышали! Тренировки, знаете ли. Устали сильно.
Комендант удовлетворённо кивнул.
— Вот и славно. Вольно, солдаты. А тела… — он махнул рукой в сторону трупов, — … убрать. И запомните, Железный Барон помнит всё. И по достоинству оценит каждого, кто остался ему верен.
Форт снова погрузился в тишину. Но это была уже другая тишина. Тишина крепости, которая сделала свой выбор. И ждала возвращения своего настоящего хозяина.
Глава 11
Тишина, но не мёртвая, не давящая тишина склепа, а живая, полная шорохов и капели, как в утробе матери-земли. Скритч, вожак клана, прижал ухо к влажному, холодному камню и замер, вслушиваясь. Его уши мелко подрагивали, улавливая малейшие колебания. Там, за этим пластом сланца, что-то было. Не пустота, нет, что-то другое, воздух двигался иначе, тянул прохладой и запахом, которого здесь, в затхлых, веками нетронутых выработках, быть не должно.
— Тихо, — прошипел он, не оборачиваясь, и два десятка его лучших бойцов, теней с горящими во тьме глазами, замерли, сливаясь со стенами узкого штрека.
Ратлинги, его народ, были прирождёнными шахтёрами и подземными ходоками. Они чувствовали камень, как орк чувствует ветер в степи, а человек тепло очага. Могли часами идти по заброшенным, обвалившимся туннелям, находя единственно верный путь там, где гном заблудился бы через десять шагов. Их презирали на поверхности, грязные, хитрые, живущие под землёй, как крысы. Даже орки, не самые чистоплотные ребята, брезгливо морщили носы при их виде. Но здесь, в своём мире, в мире тьмы, камня и гулких коридоров, они были королями.
И сейчас Скритч, чувствовал, что они на пороге чего-то важного. Большой Человек, Железный Вождь, как его теперь называли орки, ещё перед походом в степь дал ему особую задачу, найти «холодную соль». Белый кристаллический порошок, который, по словам Вождя, был нужен для «нового огня». Огня, который будет сильнее магии тёмных. Скритч не до конца понимал, о чём речь, но он видел глаза Вождя, когда тот говорил об этом, и этого было достаточно. Железный Вождь был первым «верховым», кто отнёсся к нему, к Скритчу, не как к грязной крысе, а как к специалисту. Он говорил с ним на равных, обсуждал схемы туннелей, прислушивался к его советам. И за это Скритч готов был прогрызть для него туннель до самого сердца владений тёмных эльфов.