Приезжих встречали бурно. У порога собралась вся семья Австрийских. Даже Константин не смог такое пропустить и стоял возле Элизабет. Как только из кареты выглянул подол платья Марианны, девушка не удержалась и бросилась к ней, чтобы обнять. Та ответила ей мелодичным смехом. Мать Элизабет, госпожа Фредерика Австрийская, не довольно ухмылялась, дожидаясь, когда они расцепят свои объятья, но когда это случилось, она спокойным голосом произнесла:
- Здравствуй, Марианна. Рада тебя здесь видеть, дорогая! Давно ты к нам не приезжала. - Марианна подошла ближе к женщине и слегка кивнула в знак приветствия. - Как же ты изменилась! Не узнать совсем! - Фредерика коснулась щеки девушки, а потом покосилась на Виктора, который стоял неподалёку. - Ох, Виктор! Какая встреча. Хорошего кавалера ты себе выбрала, Марианна.
Мужчина усмехнулся:
- Ты мне льстишь, Фредерика. - Он перевёл взгляд на Элизабет. - Как же я давно тебя не видел, племянница!
Девушка сделала реверанс и подошла ближе, чтобы её дядюшка смог её разглядеть.
- Именно такой я тебя и представлял - невероятной красоты юная дева! - Элизабет покраснев, поблагодарила за комплимент Виктора, после чего он добавил. - Не против прогуляться в саду? Нам многое придётся наверстать.
- Но Вы, наверное, устали после долгой дороги.
- Ничуть. И даже если бы это было так, я бы не упустил возможности побеседовать со свое дорогой племянницей. - Элизабет не смогла сдержать улыбки. - Так что, ты не против?
- Как я могу Вам отказать?
Она взяла его под руку и они, о чём-то разговаривая, направились в сад. Тем временем все, кто встречал Марианну и её супруга, удалились в дом, чтобы отдохнуть перед запланированным ужином со всей семьёй.
***
Наши дни.
- И так, что мы имеем? - спросила Элизабет, стоя у входа в заброшенный клуб.
Серое и мрачное здание возвышалось к небу. Большинство окон были выбиты, а его стены покрывали разноцветные граффити. Все двери заколочены гнилыми досками, поэтому, чтобы пробраться туда, нужно было лезть через окно. Мрачности ему добавляли ещё вечнозелёные ёлки и статуя в самой серединке этого "сада". Там был изображён какой-то человек, но чтобы увидеть кто именно, нужно было подойди ближе, а им не хотелось этого делать, поэтому они остановились возле того окна, которое гарантировало им вход внутрь.
- Ничего, кроме плана этого здания, - сказала Фрея и достала потёртую бумагу из рюкзака. - Тут же нет охраны, правда? - Она посмотрела на Элизабет.
- Есть, поэтому нужно действовать аккуратно. Просто не хочу, чтобы потом все говорили о том, что Элизабет Уокер и Фрея Джонсон вломились на частную территорию. Не хочу иметь плохой репутации среди фанатов, - ответила она.
- Круто. Тогда может залезть внутрь и там уже разбираться с тем, что и где находиться?
- Согласна с тобой. - Элизабет посмотрела на окно, которое было не очень высоко. - Давай так: ты идёшь первой, а потом поможешь выбраться мне.
- Идёт.
Фрея с помощью подруги начала выбираться на подоконник. В попытках вылезти туда, она сломала ветку, на которую встала, чтобы забраться выше. Этот, казалось бы, небольшой прутик, больно хлестнул Элизабет по лицу, оставив царапину. Девушка автоматически сделала шаг назад и отпустила Фрею, которая повисла на подоконнике, держась изо всех сил, чтобы не упасть.
- Лучше бы я первой полезла, - опомнившись, сказала Элизабет, после подтолкнув девушку.
Бетти понадобилось меньше минуты, чтобы тоже оказаться внутри.
Девушки начали изучать чертежи клуба, тихо перешёптываясь о том, куда они направляться первым делом.
- Знаешь, - начала Фрея, - мы же должны знать свой дом. И про эту тайную комнату.
- Конечно, если сейчас в тебе вновь возродиться Марианна Австрийская, то да. - Элизабет вздохнула и произнесла. - Ладно, давай действовать наугад. Только осторожно, потому что здесь может быть охранник.
Фрея быстро спрятала план клуба в рюкзак и направилась за Элизабет, которая уже вышла с этой комнатушки, больше напоминавшей помойку.
Первое место, где они оказались, было помещение с огромной сценой. В воздухе летали клочки пыли, пахло сыростью, поэтому дышать было тяжело. Им постоянно приходилось смотреть под ноги, чтобы не упасть, ведь из пола торчали доски, и девушкам не хотелось напороться на одну из них. Это бы плохо кончилось для всех. Доски прогнили, из разных частей зала слышалось шуршание и тихий писк - скорее всего, здесь водились крысы. И, наверняка, одна из низ решила испустить дух среди этого мусора: вонь стояла неимоверная. Порванные красные шторы прикрывали края сцены. На самом деле, этот цвет сейчас сложно было назвать красным: ткань пропиталась пылью и бог знает, чем ещё.