Она вздохнула и отрицательно покачала головой. Найт взял ее за руку, и та улыбнулась. Его жена погибла, будучи беременной, и судя по лицу друга, девушка ему нравилась. А что, если она и есть его шанс на счастье? Ведь совсем неважно, кто отец малыша. Отец тот, кто воспитал. Найт как будто прочел мои мысли и вывел меня из блока.
— Лин, как думаешь, если я заберу Мишель в свою квартирку и стану отцом ее ребенка, моя Дженни простит мне это? — глаза парня заблестели от слез.
Я обняла его крепко за шею и тихо сказала.:
— Дженни желает тебе счастья. Поверь, я знаю. Я же ведьма, помнишь? Мне кажется, сама судьба дала тебе второй шанс, Найт. Но в одном ты не прав. Мы все вернемся в Калгари. Одной большой и дружной семьей. В доме восемь спален. Места хватит всем. И лесной воздух очень полезен детям, — подмигнула другу.
Найт улыбнулся и вернулся в палату Мишель. Та расплылась в улыбке и я, довольно улыбнувшись, вышла и уселась рядом с Лорой. Через полтора часа из операционной вышел Тернер. Поравнявшись со мной, он подмигнул мне.
— Полагаю, Дилана переехал все тот же поезд?
Я устало улыбнулась и посмотрела в глаза доктора.
— Этот поезд сошел с рельсов, док. Я могу посидеть рядом с мужем? Я не буду его тревожить. Просто хочу быть там, когда он откроет глаза.
Доктор смахнул со лба капельки пота и улыбнулся.
— Трудно отказать женщине, которая крепко сжимает в руках такой опасный предмет.
Я посмотрела на свою руку и вскрикнула. Я до сих пор держала Beretta, даже не замечая, как онемели пальцы. Чертов адреналин пульсировал в висках. Я почувствовала, как вспыхнули мои щеки и шея. Прежняя Лин возвращалась. Гибискус, не прощаясь, покидала мое тело. Я снова почувствовала боль, страх и безграничную любовь. Сунув пистолет за пояс узких брюк, я тихо открыла дверь в палату, где пищали какие-то датчики, а по экрану монитора ползли две линии. Они резко поднимались и опускались вниз.
Я смотрела на экран и видела, как работает сердце самого родного и любимого человека. Дилан лежал неподвижно, но я знала, что он жив и это было самым главным. Больше никаких войн, оружия, только наша семья и безграничное счастье, которое мы заслужили. Каждый из нас процарапывал себе дорогу к нему с болью и кровью.
Я поняла, что сильно устала и, сев рядом с мужем, взяла его прохладную руку, стараясь согреть. Положив голову рядом с ним, я закрыла глаза. Не важен штамп в паспорте. Он стал моим мужем в лесу, когда я пыталась бежать от прошлого.
— Все хорошо милый. Мы все живы. Ты выполнил обещание. Ты смог, слышишь? — я понимала, что он крепко спит и не слышит меня, но продолжала говорить. — Ты обещал мне отомстить Коучу, и ты это сделал. Не я, а именно ты. Без тебя я бы не справилась. Ты же знаешь, какая я трусиха, правда? Смотри, мои волосы снова становятся рыжими. В салоне красоты оказывается паршивая краска для волос, — хихикнула и крепче сжала его руку. — Ты спи. Я никуда не уйду и тебя не отпущу больше. Скоро мы вернемся домой, ты растопишь камин и в нашей комнате станет тепло. Мы будем смотреть, как пламя танцует свой странный танец и придумывать имена нашим детям. Помнишь, как ты рассказывал мне сказку? Сколько детей ты хотел?
По щекам потекли слезы, я закрыла глаза и услышала его голос.
— Четырнадцать...
Резко распахнув глаза, я увидела, что он не спит. Он улыбнулся, и я заплакала еще сильнее. Теперь мне стало легче, я должна была плакать и хотела. Я больше не сдерживала себя и рыдала громко, захлебываясь собственными слезами. Я отпустила прошлое и не жалела о нем.
В палату постучали, и я увидела Фила. Рядом с ним столпились все остальные. В руках у Тайсона был плюшевый заяц. Странно то, что он был довольно старым. Игрушка была смешной. Морда страшненькая. Она пожелтела от времени. В голове крутилась мысль, что я видела этого зайца, вот только не могла вспомнить, где.
Дилан засмеялся и, указав на зайца, тихо сказал: